Мистер Мейсон, я понятия не имела, что он затевает! Выслушав меня, Денби сказал, что возьмет ненадолго вашу машину. Мне же он оставил свою и велел выяснить, что происходит в доме. Служащий гостиницы «Монолит» рассказал ему о звонке Гарвина, о разговоре с Этель.
Я пересекла поле и подошла довольно близко к дому. Двор был освещен, и я видела Этель Гарвин и высокого мужчину. Они разговаривали. Мужчина заправил машину ночной гостьи, и они с Этель прошли в дом. Я попыталась подобраться еще ближе, но вдруг чуть не умерла со страху, увидев какую-то темную призрачную фигуру. Правда, потом догадалась, что это мистер Гарвин. Он шел по направлению к дому, явно пытаясь выяснить, что там происходит, но собака начала лаять, и мистеру Гарвину пришлось отойти подальше, чтобы она успокоилась.
Через некоторое время миссис Гарвин вышла на улицу, села в автомобиль и уехала. Мистер Гарвин кинулся за ней, но его машина стояла слишком далеко от дома, и, пока он бежал по полю, миссис Гарвин уже исчезла из виду.
Я села в машину Денби. Честно говоря, мне было ужасно не по себе, ведь я столько времени проторчала в темноте, пытаясь выяснить, что творится в доме Хэкли! Я боялась собаки, боялась, что кто-нибудь вдруг на меня бросится... Потом мне пришлось продираться сквозь кусты, и я потеряла шарф, порвала чулки... В общем, вид у меня был еще тот...
Я поехала в Оушенсайд, но мистера Гарвина и след простыл. Пока я ломала голову, не зная, что предпринять, появился подъехавший на вашей машине мистер Денби. Он был очень нервный и взбудораженный. Денби сказал: «Давай-давай, живенько прыгай в машину мистера Мейсона! Ты должна обогнать Гарвина, он возвращается в Тихуану. Жми на всю катушку! А как приедешь в Тихуану, сразу же поставь машину на стоянку. Утром быстренько расплатишься, уедешь из гостиницы и вернешься на самолете в Лос-Анджелес. Придешь домой – никуда не уходи. Если кто-нибудь спросит, где ты была, скажешь, что торчала на пожарной лестнице, наблюдая за офисом, а я всю ночь напролет работал. Обязательно упомяни, что я диктовал какие-то данные на диктофон. Больше тебе ничего знать не нужно.
И я действительно, – добавила Вирджиния, – ничего больше не знала. Я просто села в машину и поступила так, как он мне сказал.
Мейсон взглянул на секретаршу.
– Вы все записали, Делла?
Оторвавшись от блокнота со стенографической записью показаний Вирджинии, Делла кивнула.
– Думаю, картина ясная, – усмехнувшись, сказал Мейсон. – Надеюсь, ты понимаешь, что произошло, Пол? Поскольку Гарвин сказал жене, что они встретятся в том месте, которое когда-то принадлежало им, Денби знал, куда ехать.
Он знал, где это расположено. Приехав на площадку, Денби поставил машину на обочине дороги, прошел около сорока-пятидесяти ярдов, затаился и стал ждать. Когда Этель увидела припаркованную машину, она, конечно, решила, что это машина мужа. Она затормозила. Денби вышел из темноты. В руке у него был револьвер Вирджинии Байнум. Он убил Этель, перетащил тело на правое сиденье, подъехав вплотную к моей машине, перелез в нее, а затем свесил руку Этель над передним крылом, бросил револьвер на землю и укатил на моей машине в Оушенсайд. Там они с Вирджинией опять поменялись автомобилями, и Денби вернулся в Лос-Анджелес.
Денби долго обдумывал свое алиби. По диктофонным записям нельзя сказать, когда они сделаны. Денби тщательно сохранял все записи, касающиеся корпорации, и явно намеревался сказать, что они сделаны ночью, накануне собрания акционеров. Ему оставалось лишь прийти на работу пораньше, чтобы успеть достать надиктованный материал и положить его на стол секретарше для расшифровки. Она, конечно, не усомнилась в том, что Денби работал всю ночь напролет.
Мейсон обратился к Делле Стрит:
– Пожалуйста, позвоните секретарю Ассоциации адвокатов и соедините меня с ним.
Когда же Делла дозвонилась, Мейсон, ухмыляясь, произнес:
– Говорит Перри Мейсон. Ваша комиссия по жалобам хотела вызвать меня сегодня вечером, чтобы получить объяснения, почему это я обманным путем заставил Мортимера Ирвинга принять мою машину за ту, что он видел по пути в Оушенсайд в ночь убийства. Так вот, любезно довожу до вашего сведения, что это действительно была моя машина. И если вы теперь объясните мне, почему попытка убедить свидетеля говорить правду считается неэтичной и противозаконной, то, пожалуйста, исключайте меня из ассоциации.
И, подмигнув своей миловидной секретарше, Мейсон повесил трубку.
Спасибо (исп.).
Да, сеньор (исп.).
Секундочку (исп.).
Да, сеньор (исп.).
Очень старое (исп.).
Имение (исп.).
Добрый день (исп.).
Изгибами (исп.).
