Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 140
В самом деле ситуация становилась абсурдной чем дальше, тем больше. В тот момент сэра Эрнеста Приттибоя больше волновало то, что магистратный суд не примет иск мистера Тодхантера против него самого, чем вероятность оправдательного приговора со стороны присяжных. Поэтому сэр Эрнест и мистер Фуллер решили вопреки, разумеется, мистеру Тодхантеру, что когда дело дойдет до суда, ему следует заявить, что он невиновен.
– Но я виновен! – подал голос с постели мистер Тодхантер. – Зачем утверждать, что это не так? Меня, чего доброго, оправдают!
– Да вас скорей оправдают, если будете настаивать, что виновны, – возразил сэр Эрнест. – Разве не понятно, что, приняв на себя вину, вы зарубите процесс на корню! Вы даже не сможете вызвать своих свидетелей, уж какие они у вас есть. А я не смогу метать в вас громы и молнии, чтобы бестолковые присяжные убедились в вашей вине. Они вас выслушают, посмеются и до конца дней засадят в лечебницу для душевнобольных, а Палмер останется в своей камере. Таково мое мнение.
– Но как я могу заявлять, что я невиновен? – спросил сбитый с толку мистер Тодхантер.
– Вы заявите, что в преднамеренном убийстве вы невиновны, а виновны в неумышленном, – бойко объяснил сэр Эрнест. – Заявите, что, собираясь к Джин Норвуд, захватили с собой револьвер, чтобы пригрозить ей, и пригрозили, но в волнении и по неопытности в обращении с оружием нечаянно выстрелили, и она погибла. Разве дело было не так?
– Боже мой, нет! – с отвращением выговорил мистер Тодхантер. – Я же с самого начала намеревался…
– Разве дело было не так? – во всю мощь хорошо поставленного голоса прогремел сэр Эрнест.
– Ладно, ладно, – скис мистер Тодхантер. – Так оно все и было.
– Ну вот, – удовлетворенно выдохнул сэр Эрнест.
– Только не вздумайте на этом основании меня оправдать! – грозно предупредил мистер Тодхантер.
– Не забывайте, дорогой мой, что я выступаю от обвинения, – заявил сэр Эрнест. – Я жажду вашей крови – и упьюсь ею.
– Тогда кто же будет защищать меня?
– В самом деле! – откликнулся сэр Эрнест. – Об этом надо подумать!
– Как насчет Джеймисона? – предложил Фуллер. – У него хватит ума, чтобы разыграть спектакль, но не настолько, чтобы оправдать нашего друга.
– Да, Джеймисон подойдет, – согласился сэр Эрнест.
– Подойдет? – уныло переспросил мистер Тодхантер.
Происходящее в самом деле угнетало его. Мистер Тодхантер всегда с трудом ухватывал детали, а процесс мало-помалу обрастал таким количеством сложных подробностей, что поневоле впадешь в отчаяние.
Например, Фёрз, который иногда принимал участие в этих совещаниях, тот, разумеется, давал поручения своим адвокатам, которые также были «в игре», и сэру Эрнесту, строго говоря, надлежало прислушиваться к указаниям этих адвокатов, в то время как мистер Тодхантер, постоянно консультирующийся с юристом, которому предстояло его обвинять, ни разу даже не встречался с юристом, которому предстояло его защищать от нападок этого обвинителя, каковые нападки сам мистер Тодхантер был всячески намерен поддерживать. От всего этого у него в голове была каша.
Пресса также пребывала в недоумении. Сэра Эрнеста Приттибоя в газетах обычно именовали представителем интересов мистера Тодхантера, как – неофициально – и было на самом деле, тогда как официально дело обстояло ровно наоборот, а мистер Тодхантер выступал одновременно главным свидетелем и обвинения, и защиты, и это соответствовало действительному положению вещей, если не де-юре, то де-факто. Некоторые из изданий поздравомыслящее, заботясь о читателе, время от времени пытались разгадать эту головоломку, описывая ситуацию в тоне холодном и отчужденном; менее здравомыслящие, не вникая в подробности, продолжали действовать на руку мистеру Тодхантеру, создавая вокруг него такую шумиху, что сэр Эрнест только довольно пофыркивал.
– Это не может не произвести впечатление на присяжных, – торжествовал он. – Никак не может! Они поймут, что им некуда деться, и вынесут вам обвинительный приговор. Вот увидите!
Тем временем подготовка к суду методически продвигалась вперед. Расспрашивали свидетелей, которые могли подтвердить эту невероятную историю с самого ее начала, которым мистер Тодхантер назначил тот небольшой ужин, на который созвал, как казалось теперь, призраков из далекого, далекого прошлого. К счастью, он советовался тогда с таким множеством народу, подробно обсуждая теоретическую возможность убийства, что не было недостатка в людях, которые могли подтвердить, что идея убийства уже тогда присутствовала в сознании мистера Тодхантера, а мистер Читтервик и Фёрз могли засвидетельствовать это более основательно. Таким образом, покуда все шло неплохо, и при поддержке столь многих свидетелей, считая и тех, кто без раздумий готов был заявить под присягой, что мистер Тодхантер «с детства был чудаком», ожидалось, что даже эта невероятная история приобретет в умах присяжных необходимую достоверность – хотя бы в силу того, что будет повторена раз за разом.
Недостаток вещественных доказательств, вот говоря о чем все скорбно покачивали головами, ибо приходилось признать, что по неблагоприятному стечению обстоятельств доказательства вины мистера Тодхантера определенно выглядят далеко не столь убедительно, как Винсента Палмера.
– Браслет! – стенал мистер Фуллер и только что не раздирал грудь ногтями.
Этот браслет с самого начала не давал ему покоя. Под руководством мистера Читтервика разыскания возобновились, по старому следу прошлись еще раз, но только по старому, потому что новых идей, где искать, не нашлось. Никаких результатов поиск не дал, но мистер Фуллер, единственный из них четверых, не сдавался.
– С браслетом мы точно выиграем, – повторял он, – а без него – не ручаюсь.
– Есть еще вторая пуля, – напоминал ему кто-нибудь.
– Которая доказывает, что мистер Тодхантер знал о ее существовании. Но не более. Полицейские просто ответят, что в тот вечер в саду он услышал два выстрела и, зная, что найдена только одна пуля, предположил, что нужно искать вторую. Вот и все.
И мистер Тодхантер, который находкой второй пули весьма гордился, снова сникал.
Исчезновение браслета, однако ж, отнюдь не выказало себя обстоятельством непреодолимой силы. Ибо в назначенный срок мистер Тодхантер покинул свою спальню и предстал перед магистратным судом, а в другой срок, гораздо позднее и после многих перед оным судом появлений, в ходе которых он чувствовал себя решительно лишним, обнаружил, что его делу назначено судебное разбирательство – каковое решение решительно сбитый с толку магистратный суд принял скорее всего затем, чтобы на всякий случай подстраховаться.
Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 140
