Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 112
– И с его замом, вице-президентом холдинга Олегом Костиным. Они, насколько я знаю, дружат с детства…
– Как проходила встреча, что они вам сказали?
– Встреча была короткой… Собственно, главное я вам рассказал… А подробности несущественны…
– Но все-таки…
– Они были приветливы, дружелюбны… Сказали, что рады встрече, что давно следят за моими успехами… Все это было лицемерием!.. Потом заявили, что я им должен…
– Должен? Как это – должен?
– Потому что они долго терпели, не беспокоили меня, давали возможность поставить дело… Сволочи! Извините, Марина Петровна, мне тяжело вспоминать этот разговор…
Марина пожала плечами и принялась звонить. На сей раз ей повезло.
– Александр Иванович, – поздоровалась она, – тут надо помочь одному человеку… Что случилось? Наезд… Он тебе все сам расскажет… Но ситуция сложная и только два дня в нашем распоряжении… Он сейчас у меня в редакции… Ты сам подъедешь? Могут следить? Все возможно. Хорошо, хорошо… Как скажешь, так и будет…
Она положила трубку. Закурила.
– Кто это – Александр Иванович? – прервал молчание Серегин.
– Магринов… Следователь… Занимается организованной преступностью… Я давно его знаю, человек порядочный… Времени мало, вот в чем дело!
– А я думаю, мало улик, – Николай Андреевич волновался. – Чувствую себя, как больной, который вызвал врача и боится, что его сочтут симулянтом… Ничего же не случилось!
– Пока не случилось, – Марина встала из-за стола. – Пойдемте, Николай Андреевич, я покажу вам нашу редакцию… Вы ведь у нас здесь не были…
Леночку она попросила заказать Александру Ивановичу Магринову пропуск и велела найти ее, как только тот придет.
Журнал «Воздух времени» начал выходить чуть больше года назад. Он отличался от своих лакированных собратьев прежде всего тем, что меньше всего занимался мало кому доступной «высокой модой» и рассказывал о готовой одежде, которую обычно называют «прет-а-порте». Марина, разработавшая концепцию журнала, была убеждена, что моду определяет улица или покупатели, проголосовавшие за новые модели своим кровным рублем, а потому не признавала диктата моды. Она считала недопустимым навязывать кому-либо мнение о том, как следует жить, как есть и как одеваться, и предлагала читателям делать выбор самостоятельно, сообразуясь со своими потребностями и возможностями. «Если мода не подходит вам или если вы не подходите моде, пропустите ее!» – любила говорить Марина. Она сумела привлечь к сотрудничеству совершенно неожиданных авторов, не относящихся к разряду азартных потребителей новых ценностей жизни, с юмором воспринимающих всякую рекламную шумиху и попытки навязать товары, не отличающиеся ни стилем, ни качеством. Это внесло в журнал парадоксальную остроту и расширило круг его читателей. И все же журнал находился еще в процессе формирования – и, возможно, это был лучший период его существования…
– Мы живем скромно, – сказала Марина. – Главное, у нас есть своя фотостудия, получше, чем когда-то в «Журнале мод»… Сейчас я вам ее покажу…
Они не стали заходить в редакционные кабинеты и прошли в конец коридора, к массивной двухстворчатой двери, из-за которой доносилась музыка.
– Похоже, идет съемка, – заметила Марина и открыла дверь.
Но съемка еще не началась – шли приготовления. В просторном зале с тремя высокими окнами, закрытыми плотными шторами, было светло от софитов. Свет концентрировался на огромном экране, перед которым располагался небольшой, но довольно высокий подиум. Фотограф Владислав Ломцев, высокий брюнет в джинсах и свитере, что-то говорил визажисту, своей жене, о том, что он хотел бы видеть девочек более романтичными и менее яркими… Она не отвечала, только посмеивалась…
– Приветствую вас, коллеги! – сказала Марина громко, и все повернулись к ней. – Позвольте представить вам Николая Андреевича Серегина, директора и художественного руководителя Дома моды «Тренд»…
В ответ раздалось недружное «здравствуйте!», и только Ломцев сказал:
– А мы знакомы.
Он передал камеру ассистенту и подошел к Серегину, чтобы по доброй мужской привычке пожать ему руку.
– Какими судьбами? – спросил он Николая Андреевича. – Уж не собираетесь ли вы разместить у нас свою рекламу?
Серегин на минуту растерялся, не ожидая подобного вопроса, но быстро нашелся:
– Пока присматриваюсь… У вас хорошая студия!
– Нормальная… – ответил Владислав. – По крайней мере, здесь можно профессионально снимать и моду, и макияж, и натюрморт… Драгоценности и овощи, если потребуется…
Он засмеялся.
– Надо подумать… – ответил Серегин. – Может быть, я зря избегаю рекламы…
– Конечно, зря! – радостно воскликнул Владислав. – Я давно мечтаю снять вашу джинсовую коллекцию…
– Ну, положим, джинсовую коллекцию надо не у меня снимать, а у американцев, на худой конец, у немцев или итальянцев… – возразил Серегин. – А я что? Всего лишь эпигон, старающийся сделать более дешевым и привлекательным традиционный классический вариант…
– Ладно, не прибедняйтесь… – заметил Ломцев и обратился к жене: – Слушай, на тебе сейчас джинсовая куртка не от Серегина случайно?
– От него! – сказала она. – Хотите лейбл покажу? Вот – «Тренд» написано… Сделано в России…
– Так-то, Николай Андреевич… Моя жена что попало носить не будет! А вы говорите…
Серегин улыбался. Он был доволен, и Марине показалось, что страхи его отпустили.
Она подвела Николая Андреевича к кронштейнам, на которых висели модели, отобранные стилистом для съемки. Серегин посмотрел их, не снимая с кронштейна – так пролистывают скучную книгу – машинально, без всякого интереса, и Марина поняла: мысли его далеко, он ждет, когда приедет следователь. Она посмотрела на часы:
– Ну что ж, пойдемте ко мне, обсудим наши дела… Серегин нервничал, нервничала и Марина, чувствуя, как уходит время, которого у них почти нет…
– Я не понимаю, Марина Петровна, – сказал Серегин, когда они пришли в ее кабинет и закрыли за собой дверь, – зачем вам понадобилось заводить дорогостоящую студию, когда сейчас у каждого хорошего фотохудожника есть собственное ателье?
– А мы и не заводили. Она нам по наследству досталась. Мои издатели начинали свой бизнес с рекламного агентства и весьма преуспели на этом поприще… Им и сейчас принадлежит солидная доля московского рекламного пирога… Кстати, не только стенды на улицах и перетяжки… Поэтому у нашего журнала проблем с рекламой нет и, я думаю, не предвидится…
– Что ж, это хорошо…
Николай Андреевич нервно ходил по кабинету. Он и всегда был нетерпелив, а тут…
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 112
