Верно! Из-за того, что был включен режим записи речи.
Он переключил свой телефон на этот режим для того, чтобы во время так называемого «разговора» с Анук ему не могли помешать входящие звонки. Однако при этом нельзя было заблокировать международный сигнал сбора на занятия по отработке действий при кораблекрушении (семь коротких и один длинный гудок).
Не позднее чем через двадцать четыре часа пребывания на борту лайнера каждый пассажир был обязан принять участие в подобных мероприятиях, чтобы знать, как пользоваться спасательным жилетом и где находятся спасательные шлюпки. Даже если в других вопросах капитан и не придавал большого значения соблюдению норм морского права, то этого предписания он придерживался строго.
Мартин снова переключил свой мобильник на прием входящих звонков и смахнул капли дождя с лица. Вслед за выглядевшей расстроенной юной парочкой, которая, видимо, представляла себе начало своего сказочного путешествия несколько более радужным, мимо них проследовала двухместная детская коляска со спящими детьми. Елена подождала, пока все отошли достаточно далеко и не могли ее слышать, и поставила свой медицинский чемоданчик на металлический столик, находившийся под тентом. Инструкторы по подводному плаванию проводили там свои вводные занятия с начинающими ныряльщиками, прежде чем тем разрешалось прыгнуть в бассейн с маской и аквалангами.
— Как я слышала, у вас состоялся довольно оживленный разговор с моим женихом. Я должна передать вам вот это. — Елена открыла чемоданчик и достала из него гибкий магнитный диск без защитного конверта. — Это компакт-диск со списком пассажиров за последние пять лет, — предвосхитила она его вопрос. — Кроме того, распределение находившегося на борту обслуживающего персонала на всех маршрутах, на которых обнаруживался «двадцать третий пассажир».
— Что мне с этим делать?
— Я тоже спросила об этом Даниэля. Он ответил, что будет очень удивлен, если вы еще не начали свое расследование. На этом диске вы найдете также горизонтальные проекции и схемы палуб «Султана», газетные статьи и пресс-релизы обо всех известных случаях исчезновения людей во время круизов, а также перекрестное сопоставление с другими судами.
У Мартина буквально зачесались руки, когда он схватил компакт-диск с бесценной информацией.
— Я хочу вам сказать, что все эти документы, которые Даниэль собрал за последние месяцы, являются доказательством его доброй воли, кроме того…
В этот момент зазвонили мобильники. Оба.
Сотовый Мартина. И докторши.
Они удивленно посмотрели друг на друга и одновременно сунули руки в карманы своих брюк.
— Проклятье! — воскликнула докторша и оставила Мартина, не имевшего понятия, кому принадлежит длинный номер на дисплее его мобильника, одного на палубе.
— Куда же вы? — крикнул он вдогонку Елене, которая на секунду задержалась перед дверью, открывающейся в обе стороны и ведущей во внутренние помещения судна. Елена обернулась.
— Это Анук, — сказала она. — Мы подключили ее сигнальную кнопку и к вашему мобильному телефону, доктор Шварц.
Пять минут спустя в третий раз за этот день Мартин вышел из шлюза со стальными стенами, двинулся в сторону «Адской кухни», пересек вестибюль карантинного отсека и увидел, как Елена Бек вставляет свой электронный ключ в считывающее устройство.
Входя в палату, он еще думал, что это была ложная тревога.
Но уже в следующую секунду он поразился, откуда здесь взялось столько крови.
На кровати Анук.
На ее теле.
Повсюду.
Глава 30
— О боже! О боже…
Елена бросилась к кровати, перед которой на корточках сидела малышка, зажимавшая правой рукой левое предплечье, залитое кровью. До начала учений это предплечье девочки было забинтовано, а сейчас повязка валялась на полу, как размотавшийся рулон туалетной бумаги.
— Что случилось, моя малютка? Что с тобой произошло? — воскликнула докторша и присела рядом с перепуганной девчушкой.
В то время как Елена все еще находилась в состоянии шока, Мартин уже обнаружил причину ранения.
Кровь была на постельном белье, на лице Анук, на ее руках, пальцах и на ночной рубашке. Мартин заметил несколько капель крови даже на полированной поверхности шкафчика из нержавеющей стали под телевизором, что указывало на то, что кровь брызнула из артерии по высокой дуге.
— У нее разрезана артерия, — сказал Мартин и спросил Елену, где находятся дезинфицирующие средства и чистые бинты.
Судя по цвету лица Анук, все было не так плохо, как могло показаться на первый взгляд. По собственному опыту Мартин знал, что потеря даже небольшого количества крови может выглядеть очень страшно.
— Артерия? — удивленно воскликнула Елена и показала на дверь, ведущую в ванную. Она назвала ему код, значение которого стало ему ясно только тогда, когда Мартин обнаружил в ванной под раковиной шкафчик, похожий на сейф. Из соображений безопасности этот шкаф с медикаментами был оснащен кодовым замком.
Наряду со шприцами, иглами для инъекций, шлангами, ножницами и другими материалами, которые могли быть использованы для суицида, Мартин нашел необходимый дезинфицирующий спрей и перевязочный материал.
Он отнес все Елене и наблюдал за тем, как она приподняла подбородок обессиленной девочки. Глаза Анук были закрыты. К пушку на ее верхней губе приклеилась маленькая белая точка. Клочок ваты или кусочек бумажного носового платка.
Мартин стянул с больничной койки белье и вытряс его. Потом он приподнял матрас, снял с него гигиенический чехол, но и там ничего не обнаружил.
Ни лезвия, ни ножа, ни острого карандаша.
— Вы были последним, кто посещал ее, — с упреком в голосе сказала Елена, после того как отвела Анук к кожаному дивану, где осмотрела руку девочки. Когда Анук перестала прижимать ладонь к запястью, кровь снова начала капать, как капли дождя, стекающие по ветвям ели. Поэтому Елена поспешно наложила на руку девочки давящую повязку.
— Вы намекаете, что это я побудил ее к этому, когда оставался с ней один? — раздраженно спросил Мартин.
— Нет, конечно нет, но… — Уголок глаза Елены нервно задергался. — Кто это был, моя сладкая? — Она нежно погладила Анук по щеке. — Кто тебя поранил?
Ответа не последовало.
— Я знаю, кто это сделал, — прошептал Мартин.
— Что? Кто? — Елена подняла голову.
— Она сама.
— Что вы сказали? Нет! Это невозможно. И вообще, зачем ей это делать?
Существует несколько возможных причин: она хочет уменьшить давление, выпустить боль из своего тела, почувствовать, что она еще жива…
— Во всяком случае, она нанесла себе эти повреждения не для того, чтобы убить себя, — сказал он.
В противном случае она бы не пыталась перевязать себе руку. И не нажала бы тревожную кнопку.
Для него все указывало на то, что хотя она и хотела себя поцарапать, но нанесла себе такую глубокую рану не преднамеренно.
— Как это могло произойти? — опустошенно спросила Елена. — Здесь нет никаких острых предметов, до которых она могла бы добраться. Я клянусь, после инцидента с цветными карандашами я тщательно обыскала всю каюту.
Цветные карандаши. Совершенно верно!
Мартин подождал, пока Елена закончила накладывать давящую повязку, и спросил ее:
— Сколько листов бумаги вы дали ей в тот день?
Она испуганно посмотрела на него:
— Я не знаю. Я их не считала.
Ошибка. Грубая ошибка.
Елена заметила, что Мартин совершенно подавлен, и поспешно прикрыла ладошкой рот.
— Вы считаете… — Она повернулась к Анук. — Дорогая, скажи мне, пожалуйста, ты обрезалась листком бумаги?
Анук ничего не ответила, но Мартин был уверен, что так оно и было. В общении с психическими больными никакая предосторожность не бывает излишней. Во время обучения он знал одну шестнадцатилетнюю девушку, которая провела острой кромкой листка бумаги по своим глазам.
