части её свободной блузки.
— Эй! — резко сказала Снид.
Бармен обернулся, чтобы посмотреть, что за шум. Крейн поднял руки ладонями наружу.
— Мне нужно было проверить, — сказал он Снид. — Дай мне свой телефон.
— Я не дам тебе свой телефон, — сказала Снид.
— Я проверю твой телефон, или разговора не будет. Хочешь денег или нет?
— Ладно.
Снид открыла маленькую сумочку, лежавшую на стойке рядом с её бокалом. Она достала телефон и передала ему. Это был ход, который Стилвелл предвидел и подготовил ответ.
— Разблокируй, — сказал Крейн.
Он поднял телефон, и Снид ввела пароль. Крейн начал просматривать её приложения. Бармен поставил перед ним бокал вина и отошёл. Крейн наконец нашёл приложение для голосовых заметок, открыл его и увидел, что идёт запись.
— Любительница, — сказал он. — Думаешь, я глупый?
Он остановил запись, удалил её и положил телефон на стойку.
— Думаешь, можешь так меня провести? — сказал он. — Ну, пошла ты, милая. Разговор окончен.
Он встал и оттолкнул стул ногой.
— Уйдёшь — пожалеешь, — сказала Снид, мастерски произнеся фразу, которую дал ей Стилвелл.
Крейн остался стоять, но не двинулся к выходу. Он наклонился к Снид, явно пытаясь запугать молодую женщину.
— Чего ты хочешь? — спросил он.
— Я сказала, чего хочу, — ответила Снид. — Хочу денег. И ещё я решила, что хочу работу в «Чёрном Марлине». Я устала обслуживать туристов и потных гольфистов, которые думают, что они остроумные. Хочу того, что было у Ли-Энн.
— Или что?
— Или я позвоню Стилвеллу, тому парню из службы шерифа, который приходил спрашивать про Ли-Энн, и расскажу, что она мне сказала утром перед тем, как её убили. Я как-то упустила эту часть, когда он приходил.
— И что именно она сказала?
— Что она собиралась встретиться с тобой, чтобы забрать свои деньги и сказать, что увольняется из клуба… и бросает тебя.
Это была ещё одна фраза, которую дал ей Стилвелл — предположение, основанное на том, что он узнал в ходе расследования. Реакция Крейна здесь определит, есть ли основания для дела.
— Ты врёшь, — сказал Крейн. — И ты это знаешь.
— Правда? — возразила Снид. — Она жила со мной, тупица. Я уверена, она тебе это говорила. И она только позволяла тебе её трахать, чтобы сохранить работу и зацепить одного из тех богатых придурков, вроде Истербрука. Тем утром она шутила, что бросает тебя. Сказала, что ты отвратительный и что ты не примешь это спокойно. Похоже, ты не принял.
Снид теперь отклонилась от сценария. Стилвелл задумался, действительно ли состоялся тот разговор, о котором она рассказала, или она просто импровизировала. В любом случае, она была хороша, и её слова сильно задели Крейна. Даже на камере сверху Стилвелл видел его яростную реакцию и понял, что выбор публичного места для встречи был правильным. Это единственное, что сдерживало Крейна. Он был напряжён и готов наброситься на Снид.
В тот момент Стилвелл понял, что Крейн убил Ли-Энн Мосс.
— Что она сказала, что тебя так взбесило? — сказала Снид. — Должно быть, это было тяжело принять после всего времени, когда ты думал, что ты главный. Тяжело узнать, что она тебя использовала, а не наоборот. Ты, должно быть, боялся, что она сделает дальше, кому расскажет.
Крейн снова наклонился, чтобы ответить.
— Вы все одинаковые, да? — сказал он сквозь стиснутые зубы. — Думаете, что можете уничтожить мужчину. Ну, твоя подружка получила то, что заслужила, и ты тоже получишь, если думаешь, что можешь отнять у меня то, что принадлежит мне.
Это не было полным признанием, но близко к тому. Стилвелл почувствовал холодок по спине. Он почти получил то, что нужно. Слова Крейна также намекали, что Ли-Энн, возможно, угрожала ему на их последней встрече — угрожала разоблачить его, что стоило бы ему работы и средств к существованию.
— Слушай, я больше не собираюсь это обсуждать, — сказала Снид. — Ты знаешь, что город объявил награду. Десять тысяч долларов — и члены твоего клуба сказали, что удвоят её. Я прикинула, что получу это и ещё кое-что от тебя, или получу после того, как сдам тебя. Что выберешь?
— Думаешь, у меня есть двадцать тысяч долларов? — огрызнулся Крейн. — Ты такая же, как она. Ей было мало зарплаты. Она хотела большего. Хотела всё, что у меня есть, и я не собирался ей это давать. Ты совершила большую ошибку, милая. Как и она.
— Не пытайся меня запугать. Я посажу тебя в тюрьму.
— Ты меня шантажируешь, и это плохая идея. Спроси свою подружку. О, постой, точно, ты не можешь, потому что она мертва.
Гнев и ненависть Крейна излучались с экрана, и Стилвелл вдруг засомневался, что Снид в безопасности, несмотря на публичное место. Крейн пока не инкриминировал себя напрямую, но сказал достаточно, чтобы убедить присяжных. Стилвелл снял наушники и отошёл от монитора. Он сунул рекордер в карман и быстро вышел через лобби отеля в бар. Подойдя к Крейну незаметно сзади, он положил руку ему на затылок и толкнул вперёд и вниз, прижав грудью к стойке, опрокинув его бокал с вином.
— Чарльз Крейн, — сказал он. — Вы арестованы за убийство Ли-Энн Мосс.
Стилвелл достал наручники из кармана и ловко защёлкнул их на запястьях Крейна за спиной.
— Что за чёрт? — сказал Крейн.
— Вы слышали, — сказал Стилвелл. — Вы арестованы.
Стилвелл посмотрел на Снид.
— Отличная работа, Лесли, — сказал он. — Мы получили, что нужно. Можешь отойти.
Снид соскользнула со стула и посмотрела на Крейна, отходя.
— Приятно иметь с тобой дело, милый, — сказала она.
Крейн рванулся к Снид, но Стилвелл легко удержал его и резко прижал обратно к стойке.
— У вас, ребята, ничего нет! — закричал Крейн. — Я ничего не сделал. Она шантажистка, а я просто пытался её отпугнуть.
Стилвелл удерживал Крейна у стойки, начиная обыскивать его карманы. Из одного он вытащил пачку стодолларовых купюр. Он бросил её на стойку, и они рассыпались. Похоже, там было больше тысячи долларов.
— Серьёзно? — сказал Стилвелл. — Ты собирался отпугнуть её стодолларовыми купюрами?
— Это не для неё, — сказал Крейн. — У вас нет доказательств.
— Как скажешь, Крейн. А теперь послушай.
Стилвелл зачитал предупреждение Миранды. Произнося слова, он думал о Ли-Энн Мосс и Дэниеле Истербруке и о том, как преступление, совершённое Крейном, разрушило гораздо больше, чем одну жизнь.
46
КРЕЙН СИДЕЛ
