Она не ждала ответа, и такового не последовало.
— Как я уже сказал, решать вам, — повторил Байарс.
— Я не уверена, что объявление принесет пользу, но оно точно посеет панику среди детей, — сказала Кэролайн. — Мое решение — рискнуть и подождать.
— Кроме того, ведь мы не до конца уверены, что девушка заболела именно этой болезнью, — вступил в разговор Кинселла. — Это может оказаться банальным гриппом или вообще… результатом переутомления.
— Значит, решено — обращения не будет? — спросил Байарс.
— Решено. Я собираюсь отложить его на какое-то время, — сказала Кэролайн. — Возможно, завтра мы будем знать точно, что с девочкой.
Байарс напомнил всем, что завтра в три часа дня состоится заседание, и Кэролайн с Кинселлой удалились.
Когда дверь за ними закрылась, Джордж Байарс спросил Стивена, есть ли какой-то прогресс в выявлении источника заболевания.
— Я думал, что нашел связь между вспышками в Манчестере и в Хитроу, но оказалось, что ошибся, — признался Стивен.
— У профессора Кейна тоже неудача. Такое впечатление, что этот чертов вирус появился из ниоткуда.
— Нет, — сказал Стивен. — Так не бывает. Уж в этом мы можем быть точно уверены.
По дороге в отель Стивен попросил водителя такси провезти его по улице, где жили Дэнби. Как он и предполагал, толпа фотографов и репортеров осаждала двери коттеджа, отчего такси пришлось медленно протискиваться между беспорядочно припаркованными автомобилями.
— Вам-то что за дело? — неприязненно спросил водитель.
— Просто любопытно, — ответил Стивен.
— Бедолагам хватает забот из без таких любопытствующих, как вы.
— Возможно, вы правы, — сдержанно согласился Стивен.
— Если хотите знать мое мнение…
— Не хочу, — отрезал Стивен, и оставшаяся часть пути прошла в неловком молчании.
Вернувшись в номер, он заказал в гостиничном буфете кофе с бутербродами и снова принялся просматривать папку от «Сай-Мед» в поисках какой-нибудь информации, которую мог пропустить. Пройдет не меньше чем пара дней, прежде чем интерес прессы к Дэнби спадет настолько, что у него появится возможность поговорить с матерью Энн. В это время ему нужно что-то делать, и его внимание сосредоточилось на фирме, в которой работала Энн. «Тайн Брукман», издательство научной литературы, располагалось на Ллойд Стрит. Раньше нужно было об этом подумать, проворчал Стивен себе под нос. У Энн могла быть близкая подруга из числа сотрудников, которой она рассказала свою тайну. Эту возможность определенно стоило проверить, но сначала нужно арендовать машину. Кажется, придется задержаться тут дольше, чем он рассчитывал. Стивен попросил портье заняться этим, и через час на гостиничную стоянку въехал «Ровер» семьдесят пятой серии.
Наскоро проконсультировавшись с автомобильной картой, Стивен объехал южное крыло здания муниципалитета и оказался на Фоунтэйн Стрит, откуда ему надо было свернуть на Ллойд Стрит. В последний момент он увидел, что въезд на улицу закрыт, словно там была дорога с односторонним движением, и ему пришлось подъезжать к издательству через Альберт Кросс Стрит с западной стороны, с Дингсгейт.
«Тайн Брукман» располагалось в потемневшем от времени трехэтажном здании в викторианском стиле. Высокие потолки усугубляли скудное освещение, желтоватый тусклый свет в холле навевал уныние. Когда Стивен дернул за ручку, дверь с покрытым изморозью стеклом захлопнулась еще плотнее, и чтобы открыть ее, потребовались большие усилия.
— Она прилипает, — констатировала очевидный факт молоденькая девушка, сидевшая за стойкой.
Показав свое удостоверение, Стивен спросил, может ли он поговорить с заведующим.
— Мистера Финли нет, а мистер Тэйлор на похоронах своего брата, — ответила девица.
— Может, есть кто-то еще? — предположил Стивен, размышляя, почему многие компании ставят между собой и клиентами идиотов.
— А вы можете сказать, в чем дело?
— Вы знали мисс Дэнби, которая здесь работала?
— Не очень. Она работала на компьютере.
— Так, может, вы позовете кого-нибудь из компьютерного отдела?
— Я могу попробовать позвать миссис Блэк, она работает в компьютерном отделе, — сообщила девушка. Интонация фразы была вопросительная, и Стивен кивнул. Пока девушка звонила по телефону, он огляделся вокруг. Простые желтые стены были украшены вертикальными полосками мишуры. Одинокий северный олень, улыбаясь, скакал над постерами, рекламирующими новинки, — гордостью издательства были «Молекулярное понимание белковых взаимодействий» и «Европейский взгляд на Американское корпоративное право».
— Смотрю, здесь есть парочка блокбастеров, — пошутил Стивен, когда девушка закончила разговор.
Она непонимающе посмотрела на него, затем сообщила:
— Миссис Блэк готова встретиться с вами. Она работает этажом выше, кабинет номер двенадцать.
Миссис Блэк оказалась крайне симпатичной блондинкой лет двадцати пяти, одетой в белую блузку и узкую голубую юбку. Когда Стивен вошел, она встала из-за стола и протянула руку.
— Хилари Блэк. Чем могу помочь вам, доктор Данбар? — дружелюбно спросила она приятным голосом.
— К сожалению, не совсем четко представляю, чем, — признался Стивен. — Я пытаюсь воссоздать картину жизни Энн Дэнби, поэтому решил зайти, поговорить с людьми, которые ее знали. Насколько я понимаю, вы входите в их число?
— Она была нашим системным администратором.
— А вы?
— Теперь я наш системный администратор, а раньше была помощником Энн.
— Понимаю. Вы хорошо ее знали?
— Она была замечательным специалистом.
— Я не совсем об этом спрашиваю.
— Мы иногда заходили в кафе после работы — выпить кофе или поесть пиццу. Скорее коллеги, чем друзья.
Стивен кивнул и, помолчав, спросил:
— Как бы вы ее описали?
Хилари Блэк откинулась на спинку кресла и глубоко вздохнула.
— Приятная, ответственная, надежная, интеллигентная, себе на уме…
— Одинокая?
— Одинокая? Нет, я бы так не сказала. Энн не была одинокой. Одиночество — это вынужденное состояние. С Энн все было по-другому. Она нравилась людям, но держала их на расстоянии по собственному желанию.
— Что вы подумали, когда узнали, что она покончила жизнь самоубийством?
— Я была шокирована… как и все остальные.
— Удивлены?
— Да… и это тоже, — согласилась Хилари, но менее уверенно.
— В вашем голосе звучит сомнение…
— Последний месяц перед смертью Энн явно была в депрессии. Она скрывала это от остальных, просто потому что привыкла все скрывать, но как коллега я точно знаю, что она была обеспокоена чем-то, подавлена.
— Вы спрашивали ее?
— Да, я хотела помочь, но она отказалась. Совершенно в ее стиле. Но когда я сейчас об этом думаю, то вспоминаю, что в какой-то момент мне показалось, будто она справилась с этим — как раз за неделю перед смертью, потому что в этот день она пришла на работу и вся сияла… Но это продлилось всего один день.
— А вы можете вспомнить, какого числа это было? — спросил Стивен.
— Погодите минутку… — Хилари открыла свой настольный ежедневник и пролистала страницы, затем провела указательным пальцем сверху вниз по одной из них. — Это было в четверг, — сказала она. — В четверг, восемнадцатого ноября.
— Спасибо, — сказал Стивен. Этот день был обозначен в ежедневнике Энн буквой «В», что, вероятно, означало последнее свидание с возлюбленным.
— Это что-то значит?
— Само по себе нет, — улыбнулся Стивен, — но это один из кусочков головоломки, которые постепенно встают на место. У Энн был возлюбленный?
— Такого, о котором она говорила, не было.
— Странный ответ…
— Хорошо — нет, у нее не было возлюбленного, — сказала Хилари.
— Но на самом деле был? — настаивал Стивен.
Хилари улыбнулась.
— Может, и был. Во всяком случае, мне так казалось. Я решила, что он, наверное, женат.
— Полагаю, что его имя никогда не упоминалось?
— Однажды мне показалось, что Энн назвала его имя, но она так ловко перевела тему, что я отнесла это на счет своего воображения.
