Дэвид Хьюсон - Убийство-2

Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 129

— Хорошо, — прошептал он.

Мужчинам всегда недостает слов, чтобы выразить свои чувства.

Подбежал Йонас и молча вложил в руку Ярнвига игрушечного воина с мечом и щитом. Полковник крепко сжал в ладони подарок внука.

— Скоро приедет такси, — сказала Луиза, быстро целуя его в щеку. — Я позвоню. Пойдем, Йонас.

Они ушли не оглядываясь. Ярнвиг смотрел им вслед, по-прежнему сжимая в руке игрушечного солдатика.

Потом он долго сидел за обеденным столом, пытаясь представить себе этот дом без них, без энергии и тепла Луизы, без звонкого голоса Йонаса.

Дом будет мертвым. Просто еще одна кирпичная коробка за высокой стеной.

Зазвонил телефон.

— Вы просили, чтобы я нашел генерала Арильда, — сказал его новый заместитель.

— Да.

— Он здесь.

Арильд ждал его в кабинете. Он просматривал документы на столе, затягиваясь сигаретой. Ярнвиг не знал, как себя вести, поэтому только натянуто улыбнулся.

— О, да брось, Торстен, — сказал Арильд. — Ты же не собираешься разыгрывать передо мной невинно обиженного? Как девочка, ей-богу!

Ярнвиг занял свое место, Арильд подтянул стул и сел напротив.

— Я не понимаю, о чем ты.

Арильд обвел рукой кабинет:

— Ты опять здесь. Опять командуешь Рювангеном. Звание тебе вернули. Луиза жива и здорова. Все прекрасно. А ведь я мог бы отправить тебя под суд, если бы захотел.

— Рабен был прав.

Арильд насмешливо прищурился:

— Ну и что из того? Он был преступником, сбежавшим из тюрьмы, а ты помог ему скрыться от службы безопасности. Но не будем мелочиться! Что было, то прошло.

Ярнвиг молча кивнул.

— Вот так дела! — продолжал Арильд, широко ухмыляясь, словно все это его очень веселило. — Ну и наворотил наш Биляль, и все только для того, чтобы мы никогда не узнали, что на самом деле случилось в Гильменде.

— Но ведь ты знал?

— Я? — Арильд запрокинул голову и захохотал.

Иногда с трудом верилось, что он старше Ярнвига. Арильд сохранил отличную форму и мог бы хоть завтра отправиться в действующую армию, если бы захотел. Может, он и хотел.

— Откуда? Я всего лишь штабная крыса, перекладываю бумажки. Моя жизнь даже скучнее твоей.

Ярнвиг смотрел на него, все больше убеждаясь в том, что генерал обо всем знал.

— Ты веришь мне? — спросил Арильд.

— Нет, — твердо ответил Ярнвиг. — Я знаю, как организуется засылка спецназа в тыл, я ведь работал с тобой однажды…

— Это было давно. Сейчас другие времена.

— Никаких документов, никаких намеков, которые могли бы указать на человека, никаких следов…

— Все это твои фантазии, — отмахнулся Арильд.

— Если тебе есть что рассказать, скажи сейчас. Скрывать бессмысленно. Делом занимается полиция. Если ты признаешься, я постараюсь сделать все, чтобы не допустить огласки. Я не хочу, чтобы пострадала армия…

— Каким же самодовольным кретином ты стал, — заявил Арильд и выпустил струю дыма в потолок. — Ты не видишь дальше своего носа, весь твой мир заключен в этих жалких стенах. Ты даже понятия не имеешь, как изменилась жизнь вокруг, как все усложнилось.

— Офицер датской армии убивает невинных людей. Что тут сложного?

— Много чего, — ответил Арильд. — Мы должны защищать своих. — Он стукнул кулаком по столу. — Это наши люди! Никто другой не станет их защищать. Политики сидят у себя на Слотсхольмене и думают только о том, как бы отхватить кусок власти побольше. Пресса из кожи вон лезет, чтобы обвинить нас во всех грехах. Каждый год мы посылаем все больше и больше людей на смерть, а ради чего? Об этом все давно забыли, если вообще знали.

— Ты лгал полиции?

— Даже если и лгал, что из этого?

— Я не верю своим ушам…

— Поверь, Торстен, или мне все-таки придется натравить на тебя прокурора. Да, полиция приходила ко мне. Они спрашивали об одном офицере спецназа. О человеке, который служил родине храбро и преданно.

Ярнвиг слушал, сложив руки на груди.

— Он был под подозрением, — продолжал Арильд. — Я сказал им, что мы сделали запрос в архив и выяснили, что он был демобилизован за шесть месяцев до тех событий. — Он побарабанил пальцами по столу. — И что он даже не был в Афганистане в то время. — Пристальный взгляд на Ярнвига. — Это не было правдой в полном смысле слова. Он был там. Но ни в архиве, ни где-либо еще никаких доказательств этого никто не найдет.

— Тот район контролировался нашей частью! — воскликнул Ярнвиг. — Нам должны были сообщить.

— К вам он не имел никакого отношения! — рявкнул Арильд. — Этот офицер — высококлассный боец спецназа. А не сумасшедший с пистолетом и не военный преступник.

Ярнвиг схватил ручку и бумагу, начал писать.

— Не утруждай себя понапрасну. — Арильд откинулся на спинку стула.

— Я буду настаивать на расследовании.

— Оно ни к чему не приведет, как и предыдущее. Эта погибшая семья не была такой уж мирной или невинной. Отец финансировал талибов, занимаясь продажей наркотиков. К тому же был информатором, предателем и убийцей.

— Будет расследование, — повторил Ярнвиг.

Арильд выругался, замотал головой и рассмеялся еще громче, чем в первый раз.

— Ты никчемный идиот, — выговорил он, утирая глаза. — Ты так ничего и не понял. По-твоему, хороший солдат — тот, кто умеет слушать и выполнять приказы.

— Уходи, — сказал Ярнвиг, глядя на генерала.

— Для большинства это, может, и так, — продолжал Арильд, словно не слыша его. — Но в том сволочном мире все по-другому. Талибан никогда не играет по правилам, и тем хуже для нас, если мы этого не поймем.

— Убирайся!

Арильд не отреагировал.

— Знаешь, почему я перестал ходить с тобой на охоту? — спросил он.

Полковник молчал.

— Потому что в охоте ты тоже ни черта не смыслишь. Ты ждешь, чтобы добыча вышла к тебе. Ты думаешь, что достаточно спрятаться где-то и надеяться, что она сама тебя найдет.

Арильд наконец поднялся: крепкий, энергичный человек в ладном генеральском мундире, с пистолетом на ремне.

— Но к охоте это не имеет никакого отношения, — сказал он, снимая с вешалки шинель. — Настоящий охотник выслеживает свою добычу, преследует ее, изучает. А потом…

Он протянул вперед руку, согнув указательный палец, как на спусковом крючке, и направив его прямо в голову Ярнвига.

— Бум!

— Чтобы я тебя здесь больше не видел. Не смей приближаться ни ко мне, ни к моим людям!

Арильд сунул руки в карманы и улыбнулся.

— Я ясно выразился? — возвысил голос Ярнвиг.

— Ты перенервничал. Понимаю, тебе пришлось нелегко. Возьми-ка недельку отпуска. Это приказ. Когда вернешься, сразу приступай к подготовке следующей команды. Она должна быть такой же крепкой и надежной, как и предыдущие. Я буду заглядывать с проверками…

— Нет…

— Торстен, не заставляй меня повторять по буквам. Или ты настолько туп, что не понимаешь намеков?

Арильд похлопал ладонью по кобуре, застегнул пуговицы шинели, натянул кожаные перчатки, холодно посмотрел на человека за столом.

— Тронешь меня, и я выпущу из тебя кишки, — сказал он просто. — А все твое жалкое семейство пожалеет, что появилось на свет.

В его кармане пискнул мобильный. Арильд прочитал сообщение, убрал телефон обратно.

— Ну что ж, — сказал он. — Прошу меня извинить — меня ждет более интересная компания.

Она терпеть не могла посиделок с выпивкой на работе. Для спиртного существуют специальные заведения, и Управление полиции к ним не относилось.

Сидя за столом, который они делили вместе со Странге, Лунд поглядывала на коллег. Странге с банкой колы в руке ходил от одного к другому; все были веселы и расслаблены. Брикс, еще раз доказавший, что он не зря занимает кресло начальника отдела убийств, сидел с бокалом виски. Рут Хедебю ловила каждое его слово, несмотря на то что ее пожилой муж был тут же, стоял с унылым видом в противоположном углу рядом с одним из стажеров, слишком застенчивым, чтобы участвовать в общем веселье.

Лунд отметила, как захихикала Хедебю после анекдота, рассказанного Бриксом. Она прихлебывала вино, и ее блестящие глаза не отрывались от его лица. Было совершенно очевидно, что между ними что-то есть.

Странге поймал ее взгляд, ухмыльнулся. Его еще недавно напряженное, полное боли лицо теперь было счастливым и безмятежным.

— Пойдем, — одними губами произнес он и поманил ее рукой.

Она улыбнулась, кивнула:

— Через пару минут.

Потом отпила пива из бутылки, которую буквально навязал ей Брикс десять минут назад, и повернулась ко всем спиной.

На стене по-прежнему висели фотографии мертвецов. Анна Драгсхольм и Лисбет Томсен, Мюг Поульсен, Давид Грюнер и Гуннар Торпе.

Не было здесь только Саида Биляля, его разорвало на куски в подземном убежище за Хиллерёдом. Не было на стене и портретов афганской семьи, расстрелянной в собственном доме два года назад. Эту сомнительную привилегию они уже никогда не получат. А вскоре исчезнут отсюда и все остальные снимки.

Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 129