— Ты даже не представляешь, Джек, как Управление жаждет повязать тебя.
Тут Катрина не выдержала и спросила у мужчины:
— Так вы из ЦРУ?
— Специальный агент Рассел Новицки, — с готовностью представился тот. — Когда-то работал с Джеком Стоуном.
— Джек Стоун? — Девушка покосилась на упомянутую личность. — А ты представился Ривзом…
— Боюсь, я был с тобой не до конца откровенен, — мрачно ухмыльнулся тот.
— И ты работал на ЦРУ?
— Джек был одним из лучших наших сотрудников, — ответил вместо него Новицки. — Служил во многих странах: от Египта до Ирака. Но пару лет назад ему предъявили обвинение в уничтожении нескольких записей, свидетельствовавших о пытках водой подозреваемых в террористической деятельности. Министерство юстиции возбудило против него дело, и федеральный суд приговорил его к тюремному заключению. Однако во время конвоирования из суда Джек сбежал из-под стражи и с тех пор пребывал на нелегальном положении.
— Я верой-правдой служил своей стране! Из кожи вон лез ради Управления! — Подобной ярости в голосе Джека Катрина прежде не слышала. — Если бы те записи всплыли, это скомпрометировало бы причастных к допросам. Не говоря уж о том, что их жизни оказались бы под угрозой. И какую же благодарность за это я получил?
— Ты нарушил инструкции Белого дома.
— Только не приплетай к этому гребаную политику, Расс.
— Господи, Джек, да от нее же никуда не деться! Ты своими ковбойскими выходками такую бурю вызвал! Сам чертов директор предстал перед судом присяжных после той статейки в «Пост» о секретных тюрьмах ЦРУ за границей. Какое там, у президента возникли проблемы! Это, по-твоему, не политика? Кто-то должен был понести наказание.
— Да мне медаль должны были дать за это!
— Джек, убивать двух копов все равно не стоило.
— Что? — вырвалось у Катрины, все еще пытающейся переварить услышанное. История принимала слишком уж неожиданный, даже дикий оборот. — О каких двух копах вы говорите?
— Именно так он и совершил побег, — пояснил Новицки. — Прикончил двух полицейских, конвоировавших его из зала суда. Одному свернул шею, второго задушил надетыми наручниками. Захватил их машину и был таков. А потом исчез с радаров.
Девушка почти лишилась дара речи. А она-то переживала за Джека. Спала с ним!
Серийный убийца! Скорее всего, настоящий социопат!
Джек рывком поднялся, увлекая за собой Катрину, которой прикрывался.
— А теперь, Расс, я хочу, чтобы ты вышел и очистил улицу. Должна остаться только одна машина, с ключами в замке и заведенным двигателем. Девушка будет со мной. Увижу кого-то на улице — она получит пулю. Начнется погоня — получит пулю. Я понятно выражаюсь?
— Будь по-твоему, Джек, раз это то, чего ты хочешь. Без проблем. Сейчас я очищу улицу. Просто не делай больше глупостей.
И тут где-то позади Катрины и Джека раздался скрип.
Прежде чем она поняла, что происходит, Джек дважды выстрелил, и Новицки повалился на пол. А затем убийца резко развернулся и принялся без остановки палить по двери комнаты. Та распахнулась, и на пол гостиной рухнули два спецназовца в черной униформе.
А в следующее мгновение что-то смело Джека и Катрину, и вместе они полетели на пол. Убийца так и не отпустил девушку, и всей тяжестью она упала на него. От удара он выронил пистолет. Катрина тут же подхватила оружие, вскочила на ноги и, держа пистолет в вытянутых руках, попятилась.
К ее изумлению, Зак удерживал Джека с помощью приема «двойной нельсон», и это он, как поняла девушка, и сбил преступника с ног.
— Не двигайся, Джек! — заорала девушка.
Он вытаращил на нее полные ярости глаза:
— Ну и что ты сделаешь, Кэт? Пристрелишь меня?
— Именно!
— Да у тебя так трясутся руки, что ты и в слона с такого расстояния не попадешь.
— Клянусь, я сделаю это!
— Нет, не думаю. — Джек без особых усилий разорвал захват Зака и стряхнул парня с себя. — А знаешь, почему я так не думаю?
— Стреляй же! — завопил Зак, бросаясь к Катрине.
Джек угрюмо воззрился на него.
— Нет, все-таки зря я не прихлопнул тебя в твоем сраном подвале, когда выдалась такая возможность.
— Зак, — позвала девушка, не сводя глаз с Джека, — выйди на улицу и приведи помощь.
— Кого?
— Да кого угодно!
— Я не оставлю тебя с ним одну.
— Чудеса, да и только, — ухмыльнулся Джек и сделал шаг в сторону одного из спецназовцев, лежащих на полу, а вернее, к его оружию. — У нашего вуайериста даже хребет есть, оказывается.
— Я сказала, не двигайся!
— Да не пристрелишь ты меня, Кэт. Ты не сможешь убить. Я сразу это понял. — Он нагнулся и схватил с пола одну из двух штурмовых винтовок. — Разве я не прав?
Джек молниеносно взял Катрину на прицел. Однако на какой-то миг она его опередила и трижды нажала на спусковой крючок. Первая пуля, в точном соответствии с недавним предсказанием убийцы, прошла мимо, зато вторая пробила ему грудь. Третья лишь зацепила плечо, хотя от ее удара Джека развернуло на девяносто градусов. Замерев на какую-то долю секунды, он тяжело оперся о стену и съехал по ней вниз, оставляя на бежевой краске широкую алую полосу. Уже на полу закашлялся, отплевываясь кровью.
— Что ж, похоже, я ошибся, — пробормотал Джек.
Из его рта поползли кровавые пузыри, и, издав странный гортанный звук, он окончательно затих.
— Мертв? — спросил Зак, разом выведя девушку из транса.
Застывшее время ожило. Вернулись звуки.
Катрина обхватила Зака за шею и прильнула к нему. В этот момент входная дверь распахнулась, и в комнату ворвались остальные спецназовцы. Они тут же взяли их на прицел и начали выкрикивать приказы.
Эпилог
Прошло четыре месяца.
Катрина и Зак шли по засыпанной снегом Фронт-стрит. И хоть под ногами была слякоть, все равно Ливенворт, украшенный рождественскими гирляндами, выглядел великолепно. Когда они миновали ресторан «У короля Людвига», куда Джек водил Катрину на их первом свидании, мысли девушки вновь обратились к той страшной ночи. Тогда начальник полиции велел доставить Бандита в городскую ветлечебницу, а затем отвез их в полицейский участок, куда набились сотрудники ФБР и ЦРУ. Они дружно изводили ее бесчисленными вопросами о Джеке и всех событиях, приведших к кровавой развязке в ее доме.
Потом, на встрече с адвокатом, Катрина заявила о своем согласии с обвинительным актом, состоявшим из одного-единственного пункта и возлагавшим на нее ответственность за соучастие в убийстве. Данная мера позволяла избежать длительного судебного разбирательства, что ее вполне устраивало. Она знала, что совершила, искренне раскаивалась в содеянном и готова была понести заслуженное наказание. Однако ведший дело представитель окружного прокурора, учитывая ряд обстоятельств — личность Джека Ривза, или Джека Стоуна, а также отсутствие у Катрины криминального прошлого, — порекомендовал судье применить к ней минимальную меру наказания. Судья совету внял, назначив ей испытательный срок в один год.
И жизнь в Ливенворте пошла своим чередом. Катрина вернулась на работу в Каскадскую школу. Вопреки ее страхам, с ней не обращались как с преступницей. Наоборот, большинство коллег даже сочувствовали Катрине. В связи с наложенной на нее эпитимией все выходные она проводила в разных благотворительных учреждениях, требовавших разъездов по городкам округа Шелан.
Преподобный О’Донован назначил Катрине лишь сотню часов общественных работ, однако это занятие приносило ей подлинное удовольствие. Она осознавала, что по-настоящему помогает людям, и планировала продолжать филантропическую деятельность всю оставшуюся жизнь.
— Так где мы встречаемся с Крис? — спросила она Зака. Днем ранее сестра сообщила ей по телефону, что приедет к нему на выходные, и предложила поужинать всем вместе.
— Мы уже на месте, — ответил парень и указал на пивной бар, в котором Катрина еще ни разу не была.
Он жестом предложил ей войти первой, и девушка, переступив порог, оказалась в абсолютно темном помещении. Прежде чем она успела что-нибудь сказать, вспыхнул свет, и нестройный хор голосов прокричал:
