class="p1">Он допил свой напиток как раз перед тем, как в дверь позвонили.
Кит прошел через гостиную босиком. Прохладный деревянный пол никак не мог унять бурлящий внутри жар. Отпирая засовы, Кит держал одну руку на дробовике, установленном рядом с окном, выходящим на переднее крыльцо. Он посмотрел в глазок и увидел макушку Авы, ее лицо, искаженное линзой.
– Привет, – сказала она, когда Кит открыл дверь.
Девушка шагнула внутрь и поцеловала его в щеку. Кит понюхал ее волосы, вдыхая аромат женственности, прежде чем поцеловать ее чуть пониже уха, пробуя на вкус мягкую кожу. Такая чистая. Такая ангельская. Такая юная. Поставив на пол сумку, Ава выскользнула из зимнего пальто, и Кит подошел к ней сзади, чтобы помочь. На ней были серая водолазка, джинсы в обтяжку и кожаные сапоги до колен, такие же черные, как и ее волосы. Из-за макияжа загадочные глаза девушки казались еще темнее.
На Ките все еще была офисная одежда. Серые брюки цвета хаки, белая рубашка с закатанными до локтей рукавами и болтающийся галстук на шее. Кит побрился в шесть утра, но щетина уже проступила. Он даже не потрудился привести себя в порядок или побрызгаться одеколоном. Несмотря на то что Кит был хорош собой, он знал, что сейчас выглядит не особо аппетитно. Но ему это и не требовалось. Только не с Авой.
– Ну, чем хочешь заняться? – спросила она.
Он просунул палец в петлю на ее ремне и притянул девушку к себе.
– Нежнее, – сказала она, игриво приподняв бровь. – Давай-ка полегче в этот раз.
Кит уткнулся лицом в шею Авы, и когда она повернула голову, то увидела по телевизору программу новостей. Репортер рассказывала о преступлениях Эдмунда Кокса.
Ава закатила глаза.
– Боже. Неужели тебе не хватает всего этого на работе?
Она высвободилась из его объятий, схватила пульт и начала переключать каналы. Кит стоял у нее за спиной, ожидая, мучаясь, стараясь не злиться.
– Выбирай что хочешь, – сказал он. – Без разницы.
Ава продолжала щелкать пультом, покачивая бедрами. Она остановилась на фильме с Дженнифер Энистон в главной роли, затем отошла назад и плюхнулась на диван, не отрывая взгляда от экрана. Кит навис над ней, будто родитель, собирающийся отчитать ребенка. Ава похлопала по месту рядом с собой.
– Давай, – сказала она, глядя на него своими глазами с поволокой. – Ты ведь этого хочешь, верно?
Кит прочистил горло, хотя ему нечего было сказать. Он затушил сигарету, сел рядом с Авой и обнял ее. Она прижалась к Киту, положив голову ему на плечо, ее рука медленно описывала круги по его животу, пальцы играли с пуговицами его рубашки. Взгляд Авы был прикован к телевизору. Кит закрыл глаза, и все ощущения обострились. Прикосновение кончиками пальцев к ее водолазке. Стойкий аромат ее шампуня.
Теплое тело прижималось к нему.
Ава была права. Именно этого он и хотел. Такая терапия стоила потраченных денег.
Глава 2
Гэри повернулся на бок и взглянул на часы на прикроватной тумбочке. Была четверть одиннадцатого утра. Проснувшись в восемь, он сходил пописать, а затем вернулся в постель и уставился в потолок. Он знал, что больше не заснет. Даже не хотел этого. Вставать было неохота, и причиной тому была не измотанность, а желание избежать повседневной мирской суеты.
Гэри Чатмон, работавший не по найму, сам определял свой график. Недостатком такой роскоши было то, что у него зачастую не было причин заводить будильник или выпрыгивать из постели с восходом солнца. Это позволяло депрессии каждое утро ложиться камнем Гэри на грудь, пригвождая его к матрасу. Несмотря на затяжную боль из-за Лейси, он никогда не признавал испытываемые чувства, хоть и осознавал эту тьму внутри себя. Это был угрюмый гость, приносящий с собой апатию и горечь – еще больше мусора на свалку его души. Иногда из-за этого Гэри оставался в постели до полудня, но сегодня ему было ради чего вставать.
Гэри свесил ноги с края кровати и сел, поводя плечами и хрустя позвонками, прежде чем подняться, словно зомби, восставший из могилы. Он никогда не включал обогреватель, когда спал, и холод в номере мотеля пронизывал насквозь, пагубно воздействуя на суставы. Гэри ворчал, натягивая брюки. Ему еще не было и пятидесяти, а колени уже подводили.
Надев фланелевую рубашку, Гэри раздвинул шторы, чтобы посмотреть, какой день его ожидает. Бледный солнечный свет заставил прищуриться. Клен перед домом был почти голым, несколько желтых листьев прилипли к стволу, остальные унесло ветром в канавы. Из-за утреннего инея создавалось впечатление, что окна машины запорошило снегом. Району это особой красоты, впрочем, не добавляло.
Гэри уставился на маленькую закусочную «Вкусно едим у Дотти» на другой стороне улицы. С настоящей жестяной крышей.
Такое только в Бийце.
Городок будто сошел со старого снимка из какого-то забытого времени, захолустный айсберг для горцев и бродяг. Его население составляло менее тысячи человек, ранчо и лачуги у реки располагались на большом расстоянии друг от друга. Мотель находился в центре, на деревенской улице, полной крошащегося бетона, битого стекла и заколоченных окон. Там была парикмахерская, перед входом в которую пожилые мужчины играли в шашки, а старый пес сидел под столом и наблюдал за прохожими глазами, пораженными катарактой. Еще имелись почтовое отделение размером не больше чуланчика для швабр, второэкранный кинотеатр и сельский магазин на грязной стоянке с телефонной будкой перед входом. Самым дальним от остальных зданием был джук-джойнт[10] с потрескавшейся вывеской над дверью: «Джуниорз».
Прошлой ночью Гэри припарковался на другой стороне улицы, наблюдая за тем, как в «Джуниорз» субботним вечером собирается толпа ради живой музыки и барбекю. Чернокожих посетителей было больше, чем белых, но соотношение мужчин и женщин было равным. Детям вход был воспрещен. Потягивая из фляжки, Гэри слушал доносившийся оттуда южный блюз. Он сделал несколько фотографий из своей машины, а затем отправился в мотель. Ему бы больше повезло в воскресенье, когда толпа не была такой плотной и шумной и люди могли слышать разговоры друг друга. Местные жители и так были настроены сдержанно, когда дело доходило до ответов на вопросы. Лучше у них ничего не спрашивать, пока они мертвецки пьяны и пытаются хорошо провести время. В этом мире мало путей к даже кратким мгновениям счастья, и, судя по тому, что Гэри видел в городке Бийц, радость была более редкой и ценной, чем бриллианты.
Может быть, это и заставило тебя сбежать из родного города, Джессика. Так вот что произошло? Ты уехала туда, где могла бы найти радость, обрести будущее? Трудно поверить, что
