– Все чисто, – сообщил он. – Вот только если начнете карабкаться, есть риск, что швы не выдержат.
Тот факт, что телохранитель упомянул о моем ранении в присутствии Нэша Хоторна, свидетельствовал либо о том, что он хочет проверить, как Нэш отреагирует на эту новость, либо же о том, что он безоговорочно ему доверяет.
– Швы? А что, кого-то ранили? – спросил Нэш, попавшись на эту удочку.
– В Эйвери кто-то стрелял, – осторожно пояснил Орен. – Вы точно ничего об этом не знаете, Нэш?
– Если бы знал, то быстро уладил бы этот вопрос, – понизив голос, ответил Нэш, и в его тоне слышалась нешуточная угроза.
– Нэш… – Орен посмотрел на него взглядом, в котором, по всей видимости, стоило бы прочесть совет «не соваться во всю эту историю», но я уже успела убедиться, что с чем с чем, а с такими задачами Хоторны обычно не справляются.
– Мне, пожалуй, пора, – будничным тоном сообщил Нэш. – Надо кое о чем расспросить своих людей.
Своих людей – а значит, и Мелли. Не теряя больше ни секунды, Нэш ушел. Я проводила его взглядом и посмотрела на Орена.
– Вы же знали, что он тут же пойдет опрашивать персонал.
– Они бы ему все равно обо всем рассказали, – уточнил Орен. – К тому же вы и сами сегодня с утра раскрыли все карты.
Я обо всем рассказала Грэйсону. А он – своей матери. Либби тоже была в курсе.
– Мне жаль, что так вышло, – сказала я и посмотрела наверх. – Полезу-ка гляну, что там и как.
– Стола я там не заметил, – предупредил меня Орен.
Я подошла к шесту и схватилась за него покрепче.
– Все равно полезу. – Я начала подтягиваться, но боль меня остановила. Орен оказался прав. Залезть в одиночку я не смогу. Я отступила от шеста и посмотрела налево.
Если с шестом точно не получится, надо опробовать скат.
* * *
Последняя библиотека в Доме Хоторнов оказалась крошечной. Под остроугольным куполом потолка, напоминавшего верхушку пирамиды, стояли незатейливые низкие стеллажи, доходившие мне только до пояса. Все они были уставлены детскими книгами: затертыми, зачитанными и, сразу видно, любимыми. Некоторые из них были мне знакомы – и несколько раз я ловила себя на том, что мне страсть как хочется схватить их с полки и погрузиться в чтение.
Но делать этого я не стала, а все потому, что неожиданно почувствовала легкий ветерок. Он шел не от окна – оно было плотно закрыто. А от полок у задней стены. Точнее, нет. Подойдя ближе, я обнаружила, что дует из щели между двумя полками.
Там что-то есть. Сердце взволнованно замерло в груди, а дыхание перехватило. Решив начать с правой полки, я положила руку на самую ее верхушку и потянула на себя. Особой силы прикладывать не пришлось. Полка держалась на петлях. Поддавшись мне, она повернулась, и за ней открылся небольшой проход.
Это был первый секретный коридор, найденный мною без посторонней помощи. Мысль об этом вскружила мне голову, точно я вдруг оказалась на самом краю Большого каньона или взяла в руки какой-нибудь бесценный шедевр. С колотящимся сердцем я нырнула в тайный ход и обнаружила лестницу.
Ловушка за ловушкой, пронеслось в голове, загадка за загадкой.
Я осторожно начала спускаться. С каждым шагом я все дальше уходила от света, льющегося сверху, и в какой-то момент мне даже пришлось достать телефон и включить фонарик, чтобы видеть, куда я вообще иду. Надо бы вернуться к Орену. Я это понимала, но только быстрее зашагала по лестнице, которая все извивалась у меня под ногами, пока наконец не закончилась.
Внизу, со своим собственным фонариком в руках, стоял Грэйсон Хоторн.
Он обернулся ко мне. Сердце бешено колотилось о ребра, но отступать я не стала. Я подняла взгляд и увидела, что на лестничной площадке стоит один-единственный предмет мебели.
Стол «Давенпорт».
– Мисс Грэмбс, – поприветствовал меня Грэйсон и снова обернулся к столу.
– Ну что, нашли уже? – поинтересовалась я. – Нашли подсказку, связанную с Давенпортом?
– Жду пока.
Трудно было понять, что стоит за этим тоном.
– Чего?
Грэйсон оторвал взгляд от стола и посмотрел на меня. Его глаза серебрились в полумраке.
– Джеймсона, судя по всему.
Джеймсон уехал в школу несколько часов тому назад, да и с того момента, когда мы с Грэйсоном виделись последний раз, минул уже не один час. Сколько же он тут уже ждет?
– Джейми не упустит очевидного, на то он и Джейми. К чему бы ни вела эта игра, она связана с нами. Со всей нашей четверкой. Средние имена – это подсказки. Разумеется, мы что-нибудь тут да найдем.
– Тут – это у подножия лестницы? – уточнила я.
– Тут – это в нашем крыле, – поправил Грэйсон. – Мы же выросли здесь – во всяком случае, Джеймсон, Ксандр и я. Нэш тоже, но он все-таки постарше.
Мне вспомнился рассказ Ксандра о том, что Джеймсон с Грэйсоном сперва сговаривались против него, а потом, у финиша, начинали соперничать друг с другом.
– Нэш знает о стрельбе, – сказала я Грэйсону. – Я ему рассказала.
Грэйсон остановил на мне взгляд, но я так и не сумела прочесть эмоцию, которую он выражал.
– Что? – спросила я.
Грэйсон покачал головой.
– Теперь он непременно захочет вас спасти.
– А это что, так уж плохо? – спросила я.
Новый взгляд – только на этот раз маскировка эмоций далась Грэйсону куда тяжелее.
– Покажите мне свою рану, – потребовал Грэйсон. Не то чтобы в голосе слышалось напряжение – но что-то странное в нем определенно было.
Наверное, он хочет выяснить, насколько серьезно мое ранение, сказала я себе, и все же эта просьба прошила меня насквозь, точно электрический разряд. Тело мгновенно отяжелело – сама не знаю почему. Каждый вдох давался с большим трудом. На лестничной площадке было тесно. Мы стояли совсем близко друг к другу, да и к столу.
После того случая с Джеймсоном я сделала свои выводы, но сейчас ситуация, как мне казалось, была совсем другой. Будто бы Грэйсон и сам хотел стать моим спасителем. Будто ему это было нужно.
Я взялась за ворот своей футболки и оттянула его вниз, обнажив ключицы и рану под ними.
Грэйсон коснулся моего плеча.
– Мне очень жаль, что с вами такое случилось.
– Вам известно, кто в меня стрелял? – тут же спросила я, пользуясь моментом. В конце концов, только что мне посочувствовал сам Грэйсон Хоторн, а он не из тех, кого легко пробить на эмпатию. Если он знает…
– Нет, – с жаром возразил Грэйсон.
Я поверила ему – во всяком случае, мне хотелось.
– Если я покину Дом Хоторнов, не прожив тут и года, все деньги пойдут на благотворительность. Если умру, то они либо пойдут на благотворительность, либо достанутся моим наследникам, – проговорила я и выдержала паузу. – А фонд перейдет вам четверым.
Пусть Грэйсон знает о моих подозрениях.
– Лучше бы дед изначально нам все это завещал, – проговорил Грэйсон, с трудом отведя взгляд от моей раны. – Нам или Заре. Мы получили особое воспитание, а вы…
– А я просто пустое место, – закончила я за него, хотя произносить эти слова было больно.
Грэйсон покачал головой.
– А вот этого я не знаю. – Даже в слабом свете фонариков я видела, как поднимается и опадает его грудь на вдохе и выдохе.
– Думаете, Джеймсон прав? – спросила я. – Стоит только разгадать эту головоломку – и мы узнаем всю правду?
– Что-то точно узнаем. Дедушкины загадки всегда что-то в себе таят. – Грэйсон ненадолго умолк. – А сколько цифр уже удалось найти?
– Две, – уточнила я.
– Мне тоже, – признался он. – Не хватает этой вот и Ксандровой.
– Ксандровой? – нахмурившись, переспросила я.
– Блэквуд. Это же среднее имя Ксандра. Уэстбрук – подсказка Нэша. Винчестер – Джеймсона.
Я перевела взгляд на стол.
– А Давенпорт – ваша.
Он закрыл глаза.
– После вас, Наследница.
Он явно неспроста предпочел сейчас прозвище, придуманное Джеймсоном, но к чему оно – я так и не поняла и переключилась на более насущную задачу. Стол был выполнен из дерева, выкрашенного под бронзу. Перпендикулярно столешнице располагалось четыре ящичка. Я проверила их по очереди. Пусто. Правой рукой я прощупала ящички изнутри в поисках хоть чего-нибудь необычного. Тщетно.
