Поспешно вытащив из ящика стола материалы своих дел, Лори отыскала среди них карточки Макгиллина и Морган. Найдя частично заполненные свидетельства о смерти, Лори взяла ручку. Первым оказалось свидетельство о смерти Макгиллина. Лори вдруг бросило в жар. В ней боролись чувство долга, обязанность выполнить указания руководства и этические соображения. Она была похожа на солдата, получившего приказ выполнить нечто несовместимое с его понятием о чести, за что его впоследствии могли привлечь к ответственности. Единственным утешением для Лори было то, что закрытие дел не являлось необратимым процессом и в дальнейшем можно было что-то изменить. Со вздохом она заполнила оба документа.
В этот момент Рива, положив трубку, развернулась.
— Где ты пропадала? Я несколько раз пыталась дозвониться до тебя по сотовому.
— В Центральной манхэттенской, — ответила Лори. Найдя в своей сумке телефон, она взглянула на экран. — Теперь понятно, почему я не слышала твоих звонков: я постоянно забываю включать эту паршивую штуковину. Извини.
— Келвин заходил дважды. Я оставила тебе две памятки, на случай если меня здесь не будет, когда ты придешь. Мягко говоря, он был не очень рад твоему отсутствию.
— И я знаю, в связи с чем. — С этими словами Лори, взяв со стола свидетельства, потрясла ими в воздухе: — Вот что ему нужно. Так что, надеюсь, все будет хорошо.
— Я тоже надеюсь. Хотя он был весьма не в духе.
— Я вижу, тут еще и Джек заходил.
— «Заходил» — скромно сказано. Он был здесь раз двадцать. Ну не буквально, конечно. И в конце концов не удержался от своих ироничных выпадов.
У Лори все заныло внутри. После стольких усилий, потраченных на уговоры пойти вечером поужинать, не хватало только, чтобы он передумал.
— Джек не сказал, что хотел?
— Нет! Просто искал тебя. Что касается последней записки, то Черил сказала, что это не столь важно, но все-таки позвони ей.
По-прежнему держа в руке свидетельства, Лори встала.
— Спасибо за твою секретарскую работу. Я у тебя в долгу.
— Ерунда, — ответила Рива. — Но мне все же любопытно: чем ты там занималась так долго?
— Я больше времени провела в такси, чем в самой больнице. А отправилась я туда, потому что у меня появилась идея, которая может пригодиться в моем предполагаемом расследовании.
— И что за идея?
— Потом расскажу. Сейчас я хочу отнести эти свидетельства лично Келвину, чтобы попытаться как-то смягчить ситуацию.
— Что сказать Джеку, если он вдруг снова появится?
— Скажи, я зайду к нему после Келвина.
Лори заторопилась к лифту. Она не говорила Риве о беременности, потому что не хотела, не переговорив с Джеком, никому об этом рассказывать. А если реакция Джека на эту новость окажется негативной — чего она совсем не исключала, — вполне возможно, что она вообще об этом никому не скажет.
В лифте Лори вновь взглянула на заполненные свидетельства. Даже несмотря на остававшуюся возможность их изменить — что, как она считала, вполне возможно и сделает, — ее все равно мучила совесть из-за того, что она заполнила их наперекор своей профессиональной этике. Ей казалось, что подобные действия в угоду бюрократии оскверняли память о жертвах.
Оказавшись в административном крыле, Лори подождала, пока Келвин освободится. Дверь в кабинет Келвина была закрыта, и его секретарша, Конни Иган, сказала, что шеф беседует с капитаном полиции. Лори подумала, что, может быть, это Майкл О’Рурк, непосредственный начальник Лу и родственник жертвы нападения в Центральной манхэттенской. Пока Лори ждала, она размышляла над тем, что скажет Джеку. Если он, как говорила Рива, так настойчиво искал ее, то наверняка поинтересуется, где она была столько времени. И если он так ревновал, как говорил Лу, новость о том, что, едва добившись от него согласия на совместный ужин, она побежала на встречу с Роджером, вряд ли обрадует его. Но Лори решила не врать.
Она вдруг вспомнила, что так и не заказала столик. Был уже полдень, и она понимала, что откладывать нельзя. Заметив неподалеку от себя на журнальном столике телефон, она попросила Риву найти в адресной книге нужный номер и позвонила в ресторан. Как она и предполагала, ей пришлось довольствоваться заказом на пять сорок пять вечера.
Дверь кабинета Келвина открылась, и Лори увидела типичного ирландского здоровяка в синей полицейской форме офицера. Попрощавшись за руку с Келвином, он кивнул Конни и Лори, надел фуражку и ушел. Взглянув на Келвина, Лори почувствовала, как его взгляд словно пронзил ее.
— Заходите! — рыкнул он.
Лори встала и робко прошла мимо него в кабинет. Захлопнув дверь, Келвин подошел к ней, выхватил из ее рук листки бумаги и, став спиной к столу, стал просматривать свидетельства. Удовлетворенный написанным, он бросил их на стол.
— Давно пора, — заметил он. — А где вас носило? Я предоставил вам «канцелярский» день для бумажной работы, а не для того, чтобы вы где-то шатались.
— Я хотела быстро съездить в Центральную манхэттенскую. К сожалению, полтора часа торчала в пробке.
Келвин подозрительно посмотрел на Лори:
— И можно поинтересоваться, что вы там делали?
— Я говорила с тем джентльменом, о котором рассказывала вам вчера, — руководителем медперсонала.
— Я очень надеюсь, что вы не делаете ничего такого, что могло бы навредить нашему департаменту.
— Насколько я могу судить — абсолютно. Я предоставила ему данные о случаях в Куинсе. И он сам решит, какие действия стоит предпринять.
— Мне бы очень не хотелось узнать, что вы преступаете границы своих полномочий, как это уже случалось с вами.
— Как я уже говорила вам вчера, это послужило мне уроком. — Лори слегка порозовела, оттого что вновь кривила душой.
— Хотелось бы надеяться. А теперь живо поднимайтесь к себе и закрывайте оставшиеся дела, а то будете обивать пороги в поисках другой работы.
Почтительно кивнув, Лори удалилась из кабинета Келвина. Она почувствовала облегчение. Лори готовилась к худшему, но все обернулось гораздо проще. Может быть, отношение Келвина менялось в лучшую сторону?
Лори решила заглянуть к криминалистам, чтобы потом не звонить. Она застала Черил и поинтересовалась, по какому поводу та ее искала.
— Я просто хотела тебе сказать, что звонила в больницу Святого Франциска и поменяла свой запрос по поводу медкарт на срочный.
— А я, увидев записку, подумала, что тебе их уже удалось получить.
Черил рассмеялась:
— Круглосуточный сервис по доставке медицинских карт?! Может быть, когда-нибудь такое и будет. Нам еще посчастливится, если мы заполучим их где-то недельки через две, несмотря на пометку «срочно».
Лори вернулась к лифту. Ожидая, она размышляла, насколько полезным могло бы оказаться вмешательство Роджера. У нее было предчувствие, что именно в медицинских картах была какая-то информация, которая могла стать ключом к разгадке этой тайны.
Поднявшись на пятый этаж, Лори немного подождала, переведя дух. Она хотела зайти к Джеку в офис поговорить, но ее останавливало его настроение. Да, их нынешнее отчуждение — ее вина, ее знакомство с Роджером. Но извиняться она не собиралась.
Сделав глубокий вдох, Лори двинулась по коридору. В отличие от предыдущего дня она уже не топталась возле входа. На едином дыхании она сразу вошла внутрь. Джек и Чет сидели за столами и что-то разглядывали в микроскопы. Она вошла так тихо, что ни один из них не заметил ее.
— Я бы поставил пять баксов, что это так и есть, — сказал Джек.
— Идет, — ответил Чет.
— Прошу прощения! — напомнила о себе Лори.
От неожиданности оба, резко вскинув головы, повернулись к ней.
— Вот уж поистине! — воскликнул Джек. — Легка на помине! Прямо-таки чудесное явление доктора Монтгомери.
— О чудо! — подыграл ему Чет и в шутку, будто в испуге, отпрянул.
— Ну хватит, ребята! Я не собиралась устраивать из этого комедию.
— Слава Богу — она живая! — не унимался Джек и характерным жестом приложил ладонь ко лбу, имитируя предобморочное состояние.
