– У нее есть связи, – сказала Луиза. – Среди Владычиц.
К Владычицам данных обращались в тех случаях, когда требовалась информация, так что водить с ними дружбу и поддерживать связи было очень и очень полезно.
– И что же это за аудит?
…Из-за мелких прегрешений Леонарда Брэдли было решено провести так называемый аудит, который больше напоминал инквизицию. Новый председатель Комиссии по ограничениям Роджер Лотчинг воспользовался этой возможностью, чтобы, так сказать, расчистить конюшни; со всем персоналом провели обстоятельные беседы, досконально проверяя финансовое, трудовое, эмоциональное, психологическое, сексуальное и медицинское состояние работников, дабы убедиться в их кристальной чистоте и не допустить подобного конфуза в будущем.
– Фигней страдают, – сказал Мин. – Виноват-то Брэдли. Так что конфуз приключился не с Парком, а с Ограничениями.
– Добро пожаловать в наш мир, детка, – сказала Луиза.
Впрочем, нет худа без добра.
– Тавернер, наверное, места себе не находит, – задумчиво протянул Мин.
Обсудить, чем занимается Тавернер, они не успели, потому что тут появился Джеймс Уэбб, который и назначил им эту встречу на природе.
Уэбб был из пиджачников. Правда, сегодня он пришел не в пиджаке, а в черном плаще, под которым виднелись светло-коричневые брюки и темно-синяя водолазка, но это нисколько не скрывало пиджачную натуру Уэбба – пырни его ножом, и кровь пойдет в тонкую полоску. Свой сегодняшний прикид он явно считал предпочтительным для агента-профессионала, проводящего оперативную разработку на пленэре в парке, но создавалось впечатление, что он заглянул в свой любимый магазин на Джермин-стрит, объяснил продавцу, что идет на прогулку в парк и хочет выглядеть соответственно. Образ человека в будничной одежде он создал с той же убедительностью, что и дамочка в розовом – образ бегуньи.
Однако же он был из Риджентс-Парка, а они – из Слау-башни. Когда Уэбб им позвонил и потребовал встречи, оба разинули рты от удивления. Теперь он кивнул, они кивнули в ответ и пошли рядом, по обе стороны от него.
– Все обошлось без приключений? – осведомился он таким тоном, будто спрашивал о дорожных пробках.
– Задняя дверь рассохлась. Приходится ее пинать и одновременно поворачивать ручку, – сказала Луиза. – Но мы с ней справились. А потом все путем.
– Я имел в виду Лэма, – пояснил Уэбб.
– А Лэма не было, – сказал Мин. – Он что, об этом не должен знать?
– Ну, он потом узнает. Дело-то пустяковое. Вы ко мне прикомандированы. Ненадолго. Недельки на три.
«Вы ко мне прикомандированы». Можно подумать, он большая шишка. В Парке, когда Ингрид Тирни была в Вашингтоне (а она проводила там половину времени), всем заправляла Леди Ди, то есть Диана Тавернер, одна из первых заместителей, которую, кстати, и упоминали первой, едва возникали слухи об очередном дворцовом перевороте. К должности Паука Уэбба никаких номеров не прилагалось, он вроде бы служил в отделе кадров и был как-то связан с Ривером Картрайтом, но ни Луиза, ни Мин подробностей не знали, кроме того, что Уэбб с Картрайтом вместе проходили боевую подготовку и Уэбб подстроил Риверу какую-то подляну, из-за чего Ривер угодил к слабакам.
Похоже, Уэбб сделал какие-то выводы из молчания Луизы и Мина, потому что сказал:
– Значит, теперь вы подчиняетесь мне.
– А в чем состоит задание?
– Присмотр. И может быть, проверка.
– Проверка?
Проверка была именно тем видом административно-канцелярской деятельности, которая, в общем-то, входила в обязанности слабаков, но требовала ресурсов, Слау-башне не полагавшихся. Как правило, проверку проводил департамент Информации, занимавшийся скелетами в шкафах, а Псы – подразделение внутренней безопасности – в случае необходимости обеспечивали должное прикрытие.
Однако Уэбб сделал вид, что Мин не знает этого термина.
– Да, проверка. Подтверждение личности, выявление связей, обеспечение безопасности местонахождения. И тому подобное.
– Ах, проверка, – сказал Мин. – А мне послышалось «примерка», вот я и подумал, с чего бы это.
– Ничего сложного, – заверил его Уэбб. – Было бы сложно, я к вам, умникам, не обратился бы. Впрочем, если вам это не по уму, так сразу и скажите. – Он остановился, а Мин и Луиза по инерции шагнули вперед, а потом обернулись. – В общем, чешите в свою Слау-башню, наверняка вас там важные дела заждались.
Мин раскрыл рот прежде, чем сообразил, что ответить, и Луиза его опередила:
– Никаких важных дел у нас сейчас нет. Так что мы согласны.
Она покосилась на Мина.
– Ага, – сказал он. – Нам в кайф.
– В кайф?
– Он имеет в виду, что это в пределах нашей компетенции, – пояснила Луиза. – Просто нас несколько озадачил твой выбор места встречи.
Уэбб огляделся, будто лишь сейчас заметил, что они в парке: озеро, деревья, птицы. За парковой оградой, по дороге у Букингемского дворца почтительно катили машины.
– Да, – сказал Уэбб. – Что ж, иногда неплохо и прогуляться.
– Особенно когда дома все собачатся, – не удержался Мин.
Луиза покачала головой: и вот с этим я должна работать?
Уэбб задумчиво выпятил губы:
– Да, в Парке сейчас суета.
Ага, и ты прогибаешься перед крохоборами, которые вас всех сейчас вовсю имеют, подумал Мин. А потом вы с коллегами сравниваете свои ощущения.
– Любой организации время от времени необходима встряска, – заявил Уэбб. – Посмотрим, как оно все будет, когда пыль уляжется.
Мин и Луиза одновременно сообразили, что после встряски Уэбб твердо намерен обзавестись должностью повыше и поважнее. Номерной.
– Ну а покамест приходится обходиться чем есть. Сами понимаете, департамент Информации занят аудитом персонала Парка, поэтому мы вынуждены…
– Задействовать сторонние ресурсы.
– Если угодно.
– Лучше объясни, что там за присмотр, – попросила Луиза.
– Мы ждем гостей.
– Каких?
– Русских.
– Как мило. Они же теперь наши друзья?
Уэбб вежливо хохотнул.
– И по какому же случаю?
– Переговоры о проведении переговоров.
– Оружие, нефть или деньги? – спросил Мин.
– Цинизм – чересчур перехваленное качество, тебе не кажется? – Уэбб зашагал вперед, и Мин с Луизой двинулись вместе с ним, по бокам. – Правительство ее величества… Так вот, ПЕВ считает, что на Востоке дует ветер перемен. Все пока еще расплывчато, однако нам необходим задел на будущее. Так сказать, протянуть руку дружбы тем, кто в один прекрасный день приобретет… э-э… значительное влияние.
– Значит, нефть, – сказал Мин.
– И кто же этот гость? – спросила Луиза.
– Его фамилия Пашкин.
– Как у поэта?
– Почти. Пашкин, – повторил он. – Аркадий Пашкин. Сто лет назад он был бы военачальником. Двадцать лет назад – главным мафиозо. – Уэбб помолчал. – Ну, двадцать лет назад он, возможно, им и был. А сейчас он миллиардер.
– И ты хочешь, чтобы мы его проверили?
– Нет, что ты! Человек владеет нефтяной компанией. В его шкафу может быть целый некрополь, но ПЕВ это неинтересно. Вместе с ним приедет антураж, сопровождающие лица, будут переговоры на очень высоком уровне, и все это должно пройти гладко. А если случится прокол, то Парку понадобятся виноватые.
– То есть мы.
– То есть вы. – Он коротко улыбнулся, возможно давая понять, что это шутка, но улыбка не убедила ни Мина, ни Луизу. – Справитесь?
– Нам не впервой, – сказал Мин. – Справимся.
– Очень на это надеюсь. – Уэбб снова остановился.
Мин вспомнил, как гулял со своими двумя сыновьями, когда они были помладше. Дойти куда-нибудь было просто невозможно: все, что мальчишки замечали на пути – прутик, резинку, смятую квитанцию, – вызывало пятиминутную остановку.
– Что ж, – как бы между прочим произнес Уэбб. – Как дела в вашем имении?
«В нашем имении», – хотел было передразнить его Мин. Ишь ты какой выискался.
– Все так же, – сказала Луиза.
– А Картрайт как?
– Без изменений.
