Бентли Литтл - Сгинувшие

– Мы все время крутимся вокруг самого важного момента, – сказала Кэрри, склонившись над столом.

– А именно?

– Все происходит практически одновременно.

Брайан внимательно посмотрел на нее.

– И не кажется ли вам, что все приближается к кульминации? Я имею в виду то, что об этом говорит происходящее вокруг: появление таких детей, как Хуан; богачи, слетающие с катушек и начинающие убивать направо и налево; лес, неожиданно появляющийся из ничего… Все это происходит сейчас, и создается впечатление, что все это ведет к чему-то… важному и значительному.

– Кульминация, – медленно кивнул Брайан. – Именно об этом говорил Уилсон. И я это тоже чувствую. – Он отпил чаю. – Вопрос в том, к чему это приведет. Что будет этим важным и значительным событием?

– Я думала об этом, – ответила Кэрри. – Я никак не могу забыть слова Филипа Эммонса: «Из того, что мне удалось выяснить, я понял, что они уничтожали чужаков, чтобы защитить и сохранить исчезающие дикие земли, где они жили. Так что это были защитные меры». Когда сегодня утром я рылась в библиотеке, то попыталась посмотреть на все происходящее именно под этим углом, и, должна признаться, во всем этом есть какой-то извращенный смысл. А что, если кто-то – или что-то – из этого умирающего племени пытается отвоевать землю, которую у них отобрали много лет назад, выйти из уголка дикой природы, куда их загнали, и нанести удар по доминирующему сейчас биотипу, который занял их место в пищевой цепочке? То есть по нам?

– Вы хотите сказать, что мы оказались в эпицентре экологического романа ужасов? – Брайан скептически посмотрел на Кэрри.

– Мне кажется, это не просто совпадение; лес вырос в тот день – в тот самый день, – когда с вырубки были удалены последние остатки старых деревьев.

– Я об этом ничего не слышал.

– Да что вы! Сейчас это новость номер один. – Кэрри взяла со стола и потрясла номером «Сан-Франциско экзаминер». – Все газеты только об этом и пишут. Вы какой-то странный репортер.

– Боюсь, что я слишком зациклился на собственных проблемах, – глуповато улыбнулся Брайан.

– И это еще не все, – продолжила Кэрри. – Что объединяет Лью, Стивена Стюарта и остальную компанию, помимо больших денег? Нефть, газ, строительство, недвижимость. Они все делают деньги на земле, на ее жестокой эксплуатации, или на краже полезных ископаемых. Конечно, кто-то из них возмещает потери и старается облегчить жизнь простым людям, но это только потому, что в глубине души они чувствуют свою вину и знают, что поступают неправильно.

– И что же вы этим хотите сказать? Что они убивают своих родственников и совершают самоубийства для того, чтобы прекратить качать нефть и строить новые дома? Довольно странный вывод.

– А во всем этом есть хоть что-нибудь не странное?

– Согласен; но вина, основанная на прогрессивных социальных взглядах, которая превращает миллионеров в убийц?.. Перестаньте!

– Хорошо, – согласилась Кэрри. – Оставим это. Давайте попытаемся посмотреть на все происходящее объективно. У вас нет впечатления, что они борются за свое и пытаются вернуть себе свою землю? Когда города расширяются и захватывают близлежащие территории, то животных, которые там живут, или переселяют, или уничтожают. Их или заставляют сосуществовать, или, как это происходит в большинстве случаев, выдавливают на клочки незанятых земель. А почему с этими существами должно быть по-другому? Да и вообще борьба за землю принесла человечеству больше войн, чем любая религия.

– Вы хотите сказать, что мы участвуем в войне?

– А разве нет?

Раздался звонок мобильного, и Брайан, взглянув на высветившийся номер, поднял трубку. Звонили из Лос-Анджелеса, но номер был ему незнаком. Однако Брайан решил ответить и снял трубку на четвертом звонке:

– Слушаю вас.

– Это Брайан? Брайан Хоуэлс?

– Да, – осторожно произнес журналист.

– Это Лиза Ламаньон. – Лингвист была взволнована. – Я сделала это! Я взломала код!

Ладонь Брайана покрылась потом, и он переложил трубку в другую руку, чтобы не уронить. Его охватил ужас.

– И что же там написано?

– Да здесь много всего. С чего начать? С вашего отца?

– Подождите, я буду записывать. – Брайан жестом показал Кэрри, что ему нужно записать информацию, и девушка быстро передала блокнот и ручку, которые лежали на полке под телефоном.

– Начинайте, – разрешил Брайан.

– Я расположила все в хронологическом порядке. Первое письмо вашего отца адресовано вашей матери. Он обращается к ней «СУКА», а потом пишет: «Я люблю ее больше, чем тебя. Я люблю ее тело. Я люблю все, что с ней связано. Я люблю секс. Но я не могу любить ее детей. Потому что люблю наших. Верни их мне. Я больше не хочу этого делать. Почему ты не можешь быть такой, как она?»

Брайан молчал, не зная, что сказать. У него было ощущение, что он получил нокаутирующий удар в живот.

– Я понимаю, что смысла в этом мало. Во всех этих письмах его почти нет. Но за точность перевода я ручаюсь.

Брайан еще раз перечитал свою запись.

– Мне продолжать? – спросила профессор.

– Да, – с трудом выдавил он из себя.

– Второе письмо, и опять «СУКА», а потом: «Я возвращаюсь, но не хочу возвращаться. Дети должны быть со мной. Все проходит. И это тоже пройдет». Он повторяет это восемь раз.

– А что в других посланиях? – негромко спросил Брайан. – В тех, которые были написаны на стенах на месте преступлений?

– А вот это уже интересно, – сказала лингвист. – Все они… секундочку. – Она замолчала и пробормотала что-то малопонятное. – Боже, а я не обратила на это внимания. Но сейчас, когда они все лежат прямо передо мной…

Брайан услышал, как она резко втянула воздух.

– Это все разные части одного и того же текста. Руководство, как добраться до какого-то места.

– До какого? Прочитайте.

– До Черной горы.

Неожиданно Брайану стало холодно. Он вспомнил сон, приснившийся ему в доме матери, в котором он шел по извилистой дороге, вымощенной желтым кирпичом, совсем как Дороти из «Волшебника из страны Оз». И направлялся он именно к Черной горе, по которой ползали огромные слизняки-альбиносы. А откуда-то из глубины горы до него доносились крики его отца.

– Я никак не помечала эти страницы, так что не могу сказать, какая из них откуда…

– Это не важно.

– Хорошо. Вот, например, на одной из них написано: «Мы живем среди больших деревьев к востоку от городов между руслами рек, где вы крали наше золото». А вот еще: «Из всех домов можно попасть к Черной горе».

Брайан чуть не задохнулся.

– А вот нечто более современное, хотя написано тем же языком: «Золотая тропа идет к востоку и к северу от Оук-Дро». Последнюю надпись я не смогла прочитать, потому что фото очень размытое. Но мне удалось понять несколько слов – опять «золото», «юг» и «смерть».

– Значит, они хотят, чтобы мы их нашли. Они сообщают нам свое местоположение.

– А может быть, и не нам. Или не всем и каждому. Возможно, только тем, кто читает на их языке. – Ламаньон помолчала. – А может быть, только вам.

– Помните, вы сказали, что этот язык вас пугает? – спросил Брайан, глубоко вздохнув.

– Да.

– И он все еще вас пугает?

– Да, – услышал он после секундного колебания.

– Очень хорошо.

– Мне придется сообщить обо всем этом в полицию, – сказала доктор Ламаньон.

– Конечно, – согласился Брайан.

– Надеюсь, что хоть чем-то помогла вам.

– Конечно. Спасибо. Я еще позвоню, – и Брайан отключился.

– В чем дело? – спросила Кэрри.

– Звонила доктор Ламаньон, профессор лингвистики. Она расшифровала надписи. Мой отец… – Брайан чуть не поперхнулся. – Мой отец вернулся домой потому, что хотел забрать меня и сестру. В эту их… деревню, наверное. То есть туда, где они живут.

– Значит, нам надо идти туда?

– Да. Мне надо идти именно туда.

– Нам надо…

– Хорошо. Нам.

– Но как мы узнаем, где это?

– Все это очень сложно, – ответил Брайан, – и начисто лишено всякого смысла. Вы же помните кровавые надписи, оставленные на местах убийств? Так вот, это инструкция, как туда добраться.

– Хорошо бы она была подробной. Вы же сами видели новый лес. Непонятно даже, как туда войти. Наверное, сейчас там работает с десяток ученых и правительственных чиновников, и уж если они ничего не нашли…

– А мы идем не туда, – покачал головой Брайан. – У вас есть карта Северной Калифорнии?

– Да. – Кэрри нахмурилась. – Но…

– Можно взглянуть?

Девушка вышла из кухни и через некоторое время вернулась с картой автомобильных дорог Калифорнии. Она развернула ее и разложила на столе.