человек, которого можно просто убрать, не вызвав лавины последствий поистине непредсказуемого масштаба.
Он застал Габора врасплох — это было видно сразу. Тот метнул взгляд на меня, затем снова на Риттека, который как раз извлек карманные часы из жилетного кармана.
— Почему я это знаю, а вы — нет, Габор? Не желаете объяснить?
— Нет. — Габор выпрямился. — Эта небрежность полностью на моей совести. Но если бы план, который я запустил еще несколько месяцев назад, сработал, то и эта проблема была бы решена одним ударом.
Фон Риттек вздохнул.
— Что ж, тогда я решу ее за вас. Придется. Вы несостоятельны, Габор. И недостойны принадлежать к Штаффелю 444.
Впервые на лице Габора отчетливо проступил гнев, который он до сих пор подавлял изо всех сил.
— Да, я потерпел неудачу. Но не я один. Вы прислали ко мне Бартша, уверяя, что это специалист высочайшего класса. Светило в вопросах человеческой психики — это были ваши слова. Но если бы он выполнил свою задачу как следует…
Бартш до этого момента оставался в тени. Теперь он выступил вперед и встал рядом с фон Риттеком.
— Я выполнил свою задачу в точном соответствии со всеми указаниями. Замысел принадлежал вам, господин Габор. Замысел был хорош, я не стану этого отрицать. Но безупречным он не был никогда.
Габор, внезапно оказавшийся перед двумя противниками, коротко и презрительно рассмеялся.
— Значит, теперь уже не был безупречным? Вот как? А два месяца назад вы говорили совсем иначе. Тогда вы едва не рвались сесть в самолет.
Бартш покачал головой.
— Да перестаньте. Вам не удастся сделать меня козлом отпущения. В этой истории я не допустил ни единой ошибки.
— Вот как? — Габор вытянул руку, указывая на меня. — Если бы это было правдой, перед нами сейчас стояла бы убийца.
https://nnmclub.to
ГЛАВА 48
Габор говорил о высокой стене, за которой должен находиться ангар. Стена, перед которой я сейчас стою, и есть та самая.
Когда я дохожу до её конца и мне открывается вид на территорию за ней, я замечаю тёмный лимузин, припаркованный прямо у ангара. Инстинктивно отступаю на несколько шагов в сторону и прячусь за высокой стопкой европоддонов.
Неужели в лимузине люди Габора?
Я смотрю на часы. Через две минуты истекают отведённые полчаса. Придётся рискнуть. Времени не осталось.
Вскоре я подхожу к въезду шириной около трёх метров.
Ангар стоит в глубине участка. Ворота разных цветов и погрузочные платформы подсказывают, что здание делят между собой несколько фирм. Но площадка перед ним почти пуста. Лишь у крайнего правого крыла стоят несколько легковушек.
Именно туда, по словам Габора, мне и нужно.
Он велел подойти к синим воротам. Вот они — впереди, как раз там, где стоит тёмный лимузин.
На место я добираюсь минутой позже назначенного срока. Ворота заперты. Я оглядываюсь, не имея ни малейшего представления, что делать дальше. Габор ничего об этом не сказал, а я не догадался спросить.
Время уходит.
Я сжимаю руку в кулак и несколько раз колочу в ворота. Толку почти никакого: металл глушит удары, зато костяшки тут же отзываются болью. Я разворачиваюсь и бью пяткой. Результат немногим лучше.
— Хватит.
Я даже не успеваю понять, откуда этот человек взялся так внезапно. Он стоит сбоку от меня, и пистолет в его руке не оставляет ни малейших сомнений, на чьей он стороне.
— Меня зовут Эрик Тибен, — осторожно говорю я. — Я хочу к господину Габору.
— Закройте рот и идите за мной.
Он уводит меня от ворот за угол ангара. Здесь между наружной стеной и ограждением не больше двух метров. У двери стоит ещё один мужчина — высокий, массивный, с каменным лицом. Молча отступив в сторону, он открывает вход.
Передо мной тянется узкий проход, заканчивающийся двустворчатой маятниковой дверью. Примерно посередине вправо уходит ещё более тесный коридор.
— Прямо, — бросает тип у меня за спиной.
Маятниковая дверь легко поддаётся, и передо мной открывается отгороженная часть ангара. Я быстро обвожу её взглядом, пытаясь оценить обстановку.
Отсек метров сто в длину и примерно столько же в ширину. Узкие верхние окна справа и несколько стеклянных вставок в крыше заливают стальные балки и бетон тусклым, бесцветным светом. В воздухе стоит запах масла, каменный пол испещрён тёмными пятнами.
По обеим сторонам тянутся высокие стеллажи, перед ними громоздятся деревянные ящики и гружёные поддоны. Похоже, здесь хранятся машины или детали для каких-то крупных установок. Центральная часть свободна до самой дальней стены. Там вмонтированы роллетные ворота — достаточно высокие и широкие, чтобы пропустить тяжёлый грузовик.
Неподалёку замерли два погрузчика. Перед ними стоит группа людей, и теперь все поворачиваются в нашу сторону. Кажется, я узнаю Габора и Бартша.
Но где Джоанна?
Не дожидаясь команды мужчины у себя за спиной, я иду вперёд. Желание сорваться с места и побежать удерживаю с трудом.
Что они сделали с Джоанной?
Я ускоряю шаг.
— Эй, медленнее! — кричит тип позади, но мне уже всё равно.
И тут я наконец вижу её. До сих пор Джоанну заслонял один из людей Габора.
Кто-то держит её сзади, зажимая ладонью рот.
Облегчение длится лишь миг — затем я замечаю стволы, направленные на меня.
Если бы только Гэвин со своими людьми уже был здесь… Но что тогда делать мне? И главное — как поведут себя эти типы? Не откроют ли они огонь, если австралийцы вдруг ворвутся в ангар?
— А, Эрик. Вот и вы, — говорит Габор, поднимая руку и демонстративно глядя на часы. — И даже почти вовремя. Надеюсь, у вас хватило благоразумия не обращаться в полицию. Мои люди расставлены вокруг ангара. Они сразу заметят, если сюда приблизятся силовики. И тогда мы без промедления убьём вас обоих.
Нас разделяет ещё около десяти метров. Я так сосредоточен на Габоре и Джоанне, что старика замечаю лишь теперь.
Он стоит чуть наискосок от Габора, опираясь на трость. Не сгорбленный, без малейших признаков немощи. При его прямой, подтянутой осанке трость кажется бутафорией — реквизитом, который должен лишь изображать слабость.
Именно по этой трости я его и узнаю. Это тот самый человек, которого я видел в приёмной Габора. Тогда я почти не обратил на него внимания, да и он на меня — ещё меньше. Теперь он, по крайней мере, смотрит на меня, возможно, даже узнаёт, но
