Уже через несколько минут Сара услышала в соединительном туннеле торопливые шаги. Вскоре Гленн Пэрис показался в запретной зоне здания «Чилтон». Она улыбался и приветливо махал захваченными с собой фонариками.
– Вверху все остановлено, – выпалил он, задыхаясь. – Как хорошо, что вы меня застали. Я уже собирался уходить на церемонию взрыва.
– Ну, я готова была в случае необходимости бежать к смотровой платформе.
Пэрис вошел вместе с ней в адскую темноту подвального помещения.
– Вы, наверное, не слышали о гибели Калина Смита, – сказал он, освещая дорогу фонариком. – Я только что сидел в своем кабинете и думал о нем.
– Мэт рассказал мне. Он сказал, что его убил Бленкеншип, но подстроил так, как будто это сделал Питер Эттингер.
– Вот сукин сын.
– Мэт находится вот здесь, с левой стороны, – показала Сара. – Мэт, дорогой, мы уже здесь.
– Слышу.
Пэрис остановился у двери в комнату и осветил ее внутренность с порога.
– Рабочие с кусачками сейчас подойдут, Мэт, – сказал он. – Они появятся с минуты на минуту. А пока, если вы немного можете продержаться, то я попросил бы Сару отвести меня к Бленкеншипу.
Сара колебалась.
– Идите, идите, – заявил Мэт. – Я уже много часов просидел здесь в одиночестве. Посижу немного еще.
Она взяла фонарик и повела Пэриса к отверстию в колодце лифта на цокольном этаже.
– Он свисает с порога второго...
Сара замолчала посередине фразы, направив луч света вверх и ахнула. На нее капнуло несколько густых капель крови. Она подалась в колодец и осветила пространство прямо над головой, у второго этажа. Часть ноги Бленкеншипа осталась в щели. Но самого его не было.
– Его там не...
Хрипя от боли и ярости, из темноты вывалился Бленкеншип, кувырком скатываясь с кучи мусора. Он столкнулся с Сарой, сбив ее с ног на бетонный пол. Сара взвизгнула, когда Бленкеншип схватил ее за коленку. К ним быстро подскочил Пэрис и наступил ногой на кисть его руки. Он не поднимал ногу, пока Бленкеншип не разжал руку. Потом Пэрис осветил фонариком лицо Бленкеншипа. Главврач походил на призрак – измазанный запекшейся кровью, бледный как смерть.
– Вы выслали группу помощи? – спросила Сара.
Пэрис не ответил. Он начал злобно бить Бленкеншипа ногой по лицу.
– Ты погубил меня, сукин сын, – приговаривал он. – Я вложил каждый цент, который могла выклянчить или занять больница, в это твое диетическое дерьмо, потому что ты поклялся, что тут все в порядке. Ты и не заикнулся, что там сидит чертов вирус, ублюдок. Ничего не сказал.
– Вы знаете об этом? – спросила пораженная Сара.
– Да, знаю. Я не кретин. К тому времени, когда я понял, как этот порошок действует на женщин, было уже поздно. Мы уже слишком глубоко влезли в это дело. Я все знаю также и о деньгах, Ели. Колин наводил справки относительно вас и о вашем липовом фонде с самого начала. И эта чертова лаборатория вон там... я узнал о ней много месяцев назад. Мы уже выявили два ваших счета. Но как только я вернусь к себе в кабинет, я наведу в этом порядок. А потом я решу, оставаться мне тут или смыться. Я собирался уехать подальше от всего, что здесь произошло. Моя карьера и репутация пошли коту под хвост, все винят меня за тех женщин. Но теперь я узнал от Сары, что все, кто мог бы притянуть меня к делу с этим чертовым порошком, погибли. Вы ведь это сказали, Сара, правда?
Он снова ударил Бленкеншипа носком ботинка, на этот раз в грудь. Не успела Сара моргнуть глазом, как Пэрис повернулся и схватил ее за волосы.
– Сожалею, что вынужден сделать это, – сказал он, не обращая внимания на ее вопли, – мне действительно жаль. – Он запустил руку в ее карман и вынул оттуда ключи Бленкеншипа. – Извините также, что я не отложил этот взрыв, – добавил он. – Обычно я не лгу.
Он заставил Сару лечь на живот и клейкой лентой связал ей за спиной руки. Потом поднял ее на ноги и потащил обратно в подвальное помещение.
– Я передумал строить на этом месте исследовательский центр, – объявил он. – Думаю, что лучше будет засыпать и заровнять это место, устроить тут парковочную стоянку... или, может быть, теннисные корты. Полагаю, что вы предпочитаете находиться внизу со своим адвокатом, нежели наверху с этим чудовищем.
– Пожалуйста, Гленн, – просила его Сара, когда он силой увлекал ее вниз по лестнице. Пожалуйста, не делайте этого. Умоляю вас. Я знаю, что лично вы никого не тронули. Я подтвержу это перед всеми.
– Виноват. У меня действительно нет выбора. Но я обещаю, что вы ничего не почувствуете.
Он втолкнул ее в помещение, которое опять превращалось в могилу. Не обращая внимания на мольбу Мэта и попытки Сары обратиться к здравому смыслу, Пэрис привязал ее к обнаженному брусу на другой от Мэта стороне, прикрепил также и колени.
Потом, не оглянувшись, он оставил их в темноте и торопливо вышел вон из здания «Чилтон».
Вскоре через динамики было объявлено, что до взрыва остается пятнадцать минут.
Глава 44
– ...Мы надеемся и мечтаем о том, что новый институт медицинских знаний станет золотым мостом между нашей быстро развивающейся медицинской технологией и более таинственным целебным искусством, выработанным в течение столетий во всем мире...
Гленн Пэрис с гордостью принял еще один, взрыв аплодисментов со стороны ответственных работников и других обладателей билетов, которые сидели на смотровой платформе, Было великолепное, ясное, солнечное утро, почти безветренное – отличные условия для предстоящего спектакля. Весь двор был заполнен народом – пациенты, сотрудники, посетители наблюдали из окон и даже с крыши. Здание «Чилтон» стояло одиноко на дальней стороне лужайки, свергнутая с престола королева перед толпой в ожидании гильотины.
– ...А теперь, перед тем как победитель лотереи поднимется к рубильнику и наступит торжественный момент, я хотел бы объявить минуту молчания в память Колина Смита, финансового директора этой больницы, который погиб вчера из-за трагического несчастного случая на судне... Я намерен рекомендовать совету директоров назвать одно крыло нового института именем Колина. Его будет очень не хватать... А теперь, губернатор, господин мэр, уважаемые коллеги и все, кто в течение многих лет сохраняли верность Медицинскому центру Бостона, – теперь мне доставляет удовольствие объявить победителя лотереи. Благодаря неустанным стараниям наших распространителей лотерейных билетов и сборщиков пожертвований нам удалось собрать почти тридцать три тысячи долларов для нового института... Спасибо, благодарю вас. Победительница здесь, рядом со мной. Это, – он взглянул на карточку, – миссис Глэдис Робертсон из Вест-Роксбури.
Под аккомпанемент негромких аплодисментов к Пэрису подошла нервно улыбающаяся женщина средних лет в цветастом платье и что-то шепнула ему на ухо.
– О, прошу прощения, – сказал Пэрис в микрофон. – Наша победительница – мисс Глэдис Робинсон. Вообще-то я не врач, но, видно, почерк у меня, как у доктора. – Пэрис явно наслаждался грохнувшим взрывом смеха. – Итак, значит, мисс Глэдис Робинсон из Вест-Роксбури, – повторил он еще раз. – Для вас наступил торжественный момент, вы займете свое место в истории. Мистер Крокер, будет ли зажигаться зеленый свет?.. Отлично. Мисс Робинсон, сначала прозвучит барабанный бой.
Пэрис указал направо. Из среды зрителей поднялись пять человек с барабанами. Это вызвало возгласы одобрения в толпе. Барабанный бой начался негромко, затем громкость стала нарастать. Пэрис ждал... и ждал, пока напряжение не достигло наивысшей точки.
– Включайте! – крикнул он.
Тысячи глаз были прикованы к зданию «Чилтон», когда мисс Глэдис Робинсон включила рубильник, установленный на платформе. Сначала смолкшая толпа ничего не услышала. Потом из фундамента здания вырвались клубы дыма, а за кирпичной стеной раздался глухой рокот. Вздрогнула земля. В небо вырвалось огромное густое облако серой пыли, которое окутало первые два этажа. Потом, со страшным грохотом, стены здания рухнули прямо вниз, в разверзнувшуюся серую пропасть.
