Она поправила прическу, изящно оперлась локтем о стол и принялась смотреть на Алешку из-под полуопущенных ресниц. На третьей минуте испытания Алешка сдался. Он подавился булочкой, закашлялся и покраснел – то ли от нежности устремленного на него взгляда, то ли оттого, что подавился.
Видимо желая окончательно добить свою несчастную жертву, Настя обольстительно улыбнулась.
Алешка вздрогнул и заметался, не зная, куда деть недоеденный кусок. Он то бледнел, то наливался краской и явно не представлял, что ему делать.
– Ну как? – спросила у подруг довольная Настя.
– Убедительно, – согласилась Алька. – И что, ты так любого можешь?
– Ну, если захочу… – Настя достала из сумочки зеркальце и влюбленно посмотрелась в него.
– Тогда победа у тебя, считай, в кармане. Главное – двоек не нахватай.
– Не нахватаю. Я вообще-то из Москвы приехала. А там уровень обучения повыше будет. И вообще светской жизни… дискотек… побольше. У вас здесь прям как болото. Никаких тебе развлечений! А я люблю внимание, кипение жизни!
– Тебе бы в артистки! – с завистью протянула Ирка.
Глава 4
Два свидания на школьном дворе
Следующим уроком по расписанию стояла история.
Опроса сегодня не предполагалось, и Алла Викторовна, известная в школе как Соколиха, тут же перешла к новому материалу. «Чирк-чирк», – противно царапал по доске мел, выводя белым по черному ужасно важные для истории Отечества даты.
Соколиха говорила негромко и так монотонно, что не заснуть под ее бормотание уже казалось тем самым подвигом, достойным занесения в анналы истории.
«Жаль, Ирку от меня отсадили. Насколько с ней веселее-то было», – печально размышляла Алька, разрисовывая тетрадку гирляндами неизвестных ботаничке цветочков.
– Наступил переломный момент, отразившийся на всей истории двадцатого века, – говорила Соколиха, глядя куда-то за спины сидящих перед ней учеников.
Класс занимался своими делами. Алька уже было собиралась повернуться к Ирке, но тут поймала на себе внимательный Димкин взгляд.
Димка разглядывал ее так, будто перед ним вдруг оказалось какое-то экзотическое насекомое.
– Со мной что-нибудь не так? – осторожно поинтересовалась Алька, думая, не позеленела ли у нее кожа или не выросли ли щупальца, как у Ктулху.
– Ну… – с сомнением протянул Димка, – тебе виднее.
– Что виднее?
Он замялся.
– И что же? Нос, глаза на месте? Кожа не зеленая? – уточнила она. – Чего смотришь-то?
– Да я не об этом. Ты бы того… определилась. Либо огрызайся, либо на свидания приглашай. Не все же сразу, – насупился Димка.
– Куда? – Альке показалось, что в классе воцарилась напряженная тишина, и только Соколиха монотонным голосом продолжала рассказывать про переломный этап истории начала двадцатого века.
– На свидание, – терпеливо повторил Димка. – Я получил твою записку.
– Чего?
– Шустова, не тормози. Тебе что, по два раза повторять нужно? Получил, говорю, записку, в которой ты приглашаешь меня прийти к школьным воротам в семь часов.
– Куда?.. Я тебя приглашаю?.. – Время растягивалось, точно дешевая жевательная резинка.
– К школьным воротам. В семь, – терпеливо повторил Димка. – Нет, мне, конечно, очень лестно, но ты все-таки определись, а? И не волнуйся, я же нормально такое воспринимаю. Чего ты покраснела? Думаешь, меня раньше девчонки на свидания не приглашали? Нет, если ты стесняешься и предпочитаешь общаться письменно…
– Ну, знаешь, – нашлась наконец Алька, – это верх наглости. Все ты врешь! Никакой записки я тебе не писала! Небось сам написал, чтобы хвастаться, какой ты у нас неотразимый. Ага, ни в одном зеркале!
– Шустова! – Голос Соколихи для разнообразия стал возмущенным. – Тебе, кажется, не интересно то, что я рассказываю? Ну-ка, повтори, что я сказала, или немедленно вон из класса!
Алька поднялась.
– Наши войска… – взволнованно зашептала ей Ирка, от волнения вытягивая шею и складывая губы в трубочку.
Но Алька не стала прислушиваться к подсказке.
– Извините, Алла Викторовна, – скороговоркой пробормотала она и вышла из класса.
Есть в школьном дворе уголок, будто отгороженный от всего остального мира. Там, среди высоких кипарисов, стоит сломанный турник, еще не до конца потерявший свою ядовито-оранжевую окраску, и именно там ищут укрытия и прибежища все обиженные и угнетенные школы.
И в этот раз ноги сами принесли Альку туда.
Чтобы взобраться на колченогий турник, требовался некий навык, но Алька обладала им с первого класса и, легко справившись с этим, уселась на перекладине. В голову лезли абсолютно абсурдные мысли.
«Вот, – размышляла Алька, забывая о сегодняшних неприятностях и переносясь в более уютные для нее сферы, – во всех сказках принцессам угрожают злобные колдуньи, их похищают драконы и спасают отважные рыцари. А бедным принцессам, значит, только и остается ждать, когда их похитят или спасут. Для этого поистине железное терпение требуется. Несчастные принцессы!»
Тут Алька попыталась представить себя принцессой. Платье такое же, как было у Оксанки на прошлом новогоднем вечере, туфельки на высоком каблучке (интересно, а ходить в таких вообще можно?), Иркина новая заколка… Принцесса должна была получиться вполне себе супер, однако труднее всего оказалось вообразить в этом великолепном наряде себя. Совершенно обыкновенную, вовсе не похожую на принцессу, как назойливо напоминало по утрам зеркало. С драконом получалось лучше. Сверкающая чешуя, распахнутые кожистые крылья, длинный гибкий хвост, горящие рубиновым огнем глаза – что уж тут представлять?.. Однако с рыцарем оказалось тоже весьма непросто. Ну кто из их класса кинулся бы ее спасать? Кто не побоялся бы ради нее сразиться с ужасным чудовищем?..
Тот же Димка мало походил на рыцаря. Да и к тому же ради чего ему спасать Альку? Небось и не заметил бы ее исчезновения. Или, еще лучше, «приятного аппетита» дракону пожелал.
Черт! И надо же ему было так ее унизить! Откуда же взялась эта несчастная записка? Все-таки вряд ли Димка написал ее сам. Выходит, кто-то хотел посмеяться над ней и подставить ее – Альку. «Кто подставил кролика Роджера?» – как говорили в одном старом фильме. Эх, надо было хотя бы взглянуть на эту писанину, чей там почерк…
– А давайте в «цепи кованые»! Чур, наша команда здесь! – послышались со двора громкие голоса.
Началась перемена. Пора убираться отсюда, пока ее тут не застали любители покурить и посекретничать.
Алька спрыгнула на землю и в тот же миг поняла, что немного опоздала. Ветки дрогнули, и перед ней появился Андрей:
– Привет, а я тебя везде ищу.
– Это зачем? – искренне удивилась Алька.
– Так, поговорить хотелось.
– Ну… говори…
– Тебя одну просто не застать! Все время со своей Иркой! А ведь я хотел тебе предложить: давай без нее и без Насти встретимся. Вдвоем. Сходим куда-нибудь, поболтаем.
Алька оторопела. Не каждый день ее приглашают на свидание. Тем более старшеклассники. Хотя, постойте, к чему бы это повторяется уже второй раз за сегодняшний день… да что там – за этот час.
Она ясно увидела тянущиеся со всех сторон щупальца всемирного девичьего заговора. Небось дурой ее выставить захотели. Не выйдет! Не на ту нарвались!
– А где встречаться-то будем? В семь часов у школьных ворот, да?
Андрей растерянно пожал плечами.
– Ну как хочешь. Хочешь у школьных ворот – давай у школьных ворот…
– Я тоже думаю – прекрасное место. Очень удобное для наблюдения, не правда ли? – Алька вложила в этот вопрос всю присущую ей язвительность. – Вот и славно! Пропусти меня!
Оттолкнув Андрея, она нырнула в лазейку, выскочила на школьный двор и, не обращая внимания на суетящихся под ногами малышей, пошла по направлению к школе. Не успела она еще уйти далеко, как навстречу попались Ира и Настя. Альку неприятно царапнул внимательный, колючий взгляд, который бросила на нее Настя. Захотелось накинуть на плечи мамину теплую шаль.
– Ты чего, ромашки? – непонимающе захлопала глазами Иринка, когда Алька, поежившись, прошла мимо них.
Хорошая она, эта Ирка, добрая, только какая-то… маленькая еще, что ли? – подумалось Альке.
– И вправду – чего? – Настя поднесла руку к голове, поправляя прическу. – Я же вижу, ты на всех срываешься. Есть проблемы – давай решать их вместе, мы же друзья, в конце концов?
Все вроде правильно, но что-то не так. Да и какие там друзья – без году неделя. «Подружки песочные», – как говорит тетя Наринэ о кратковременной дружбе, действительно непрочной, как песочный куличик.
– Да так, пустяки, – отмахнулась Алька.
– Тебя что, Димка достает? – От любопытства Ирка даже вытянула шею.
– Наоборот. То есть… – смешалась Алька. – Ну, в общем, ему кто-то записку от моего имени подкинул. Мол, я его на свидание зову.
– Да ты что?! – Глаза подруги удивленно расширились.
