class="p1">Феофания Ивановна и Азамат Магомедович похвалили Полищука и сказали:
— Конечно, все вы знаете наизусть стихи Пушкина, и это очень хорошо. Но давайте прос-то про него подумаем.
— Что про него думать? ― не понял Аглынин. ― Он великий, про него и так все знают.
— Ну вот смотри, ― сказал Азамат Магомедович. ― Тебя кто знает? Мама с папой, родные и друзья. Немного вроде, но они о тебе думают, помнят. А Пушкина знают все сто сорок миллионов людей в России, и в мире тоже ещё многие. Получается, что он всеобщий, но совершенно ничей. Думают про него только специалисты, или те, кто изучает русский язык, или артисты, которые поют оперу «Пиковая дама» или играют в спектакле «Борис Годунов».
— Не факт, что артисты про него думают, ― засомневалась Феофания Ивановна. ― Просто поют, играют, и всё.
— А Пушкин нам всем, кто живёт в России и говорит по-русски, ― как родной. Без Пушкина и его стихов не было бы современного русского языка. До Пушкина стихи писали только по торжественным случаям, чтобы поздравить с днём рождения царей, и в стихах было очень много слов, которые простые люди не могли понять. Пушкин первый стал писать стихи нормальным человеческим языком, а не трудными непонятными словами. Он вообще любил народные, разговорные слова, которые раньше в стихах, считалось, употреблять нельзя.
— Как «ништяк» и «зашквар»? ― уточнила Катя Дёмина.
— Точно! ― сказала Феофания Ивановна. ― Только раньше вместо этих слов были другие, но их в стихах никто не писал, а Пушкин не побоялся. Потому что он храбрый.
— Так что, друзья, задание такое ― подумать про Пушкина, ― решил Азамат Магомедович. ― Думайте про него, ему будет приятно. Это ничего, что он давно умер, ведь душа его живая и он, на самом деле, слышит наши мысли. Давайте подумаем, например ― если бы Пушкин оказался с нами сегодня, в нашей сегодняшней жизни, то как бы он жил? Ждём ваших мыслей к завтрашнему дню. Можно в письменном виде, на листочке.
Прозвенел звонок. Звонок в Никитиной школе играет начало песни «Где-то на белом свете» из старинного фильма про Шурика.
— А можно не подписывать? ― спросила Анжела, главная красавица класса.
— Что же такое ты про Пушкина думаешь, что подписываться не хочешь? ― засмеялась Феофания Ивановна, достала из сумки два банана и один дала Азамату Магомедовичу. ― Ладно, можно!
Никита и прабабушка как следует подкрепились и стали выполнять задание по литературе.
«Если бы Пушкин оказался сейчас тут, вместе с нами, в нашем времени, он бы, конечно, сначала очень удивился, а потом бы обрадовался. Ещё бы! Ведь можно сесть на самолёт и полететь в Африку, на родину предков!
Он бы так и поступил первым делом, интересно же. Из Африки Пушкин инстаграмил бы прикольные фоточки и видосы и постил бы репортажи на «Фейсбуке». Прабабушка сказала, что Пушкин ни разу не был за границей ― царь не пускал. Нет, ну реальный зашквар! Никита в свои десять лет уже побывал в Черногории, Хорватии и Латвии. Отжёг вообще царь ― Пушкина за границу не пускать! Хотя понять можно ― вдруг Пушкин там, вдали от дома, потеряется и не вернётся обратно? А ведь он ― наше сокровище! После Африки Пушкин поехал бы путешествовать, а мы бы следили за ним в «Инстаграме». Потом Пушкин вернулся бы в Россию и занялся шопингом ― а то неудобно в таком плаще и шляпе. Так, стоп, нет. Пушкин бы сначала пошёл покупать современную одежду, а потом уже в Африку. Интересно, какую бы одеж-ду он купил?»
Думать про Пушкина оказалось так интересно, что Никита с прабабушкой исписали несколько листочков. А назавтра оказалось, что интересно было всем ― про Пушкина набралась целая кипа! Весь урок читали и разговаривали, и про перемену никто не вспоминал.
«Пушкин бы очень обрадовался, что живёт в наше время. Он пошёл бы на шопинг, но решил бы, что модно одеваться ― полная ерунда, и наряжался бы во всё прикольное из секонд-хенда. Ходил бы в старых джинсах, толстовке, военной куртке и майках с принтами. Потому что Пушкин умный ― он понимает, что модная одежда, всякие там коллекции «Весна ― Лето» ― это ерунда для девчонок, а носить надо то, в чём тебе легко и удобно. Пушкин слушал бы рок и рэп и сам сочинял бы стихи для рокеров и рэперов. Пушкин бы никогда не важничал и не воображал. Он бы дружил с простым народом, например, с гастарбайтерами ― они бы рассказывали ему легенды и сказки своих далёких родин, и он бы сочинил много новых сказок. Пушкин завёл бы аккаунты во всех социальных сетях. Потом он купил бы машину. "Какой русский не любит быстрой езды!"»
— Это сказал Гоголь, ― поправил Азамат Магомедович.
— Но Пушкин же русский, значит, любит быструю езду, ― решила Феофания Ивановна.
«Пушкин пошёл бы покупать машину… Нет, ему бы правительство выдало машину с водителем, телохранителем и мигалками. Но Пушкин бы только рассмеялся в ответ, купил бы себе старый-престарый «Запорожец» или даже «Мос-квич четыреста два», поставил бы на него двигатель от «БМВ семёрки», покрасил бы в чёрный цвет, повесил белые занавесочки и летал бы на этой машине, как пуля».
(Это Сидоренко придумал, у его папы шиномонтажка и автосервис, они всей семьёй на машинах помешанные.)
А где бы жил Пушкин? В Москве или в Питере? «Конечно, в Москве! Ведь он в Москве родился, а в Петербурге ― наоборот. Но Пушкин бы много ездил по всей России, чтобы его все люди видели, и, когда бы ему говорили: «Можно с вами сфотографироваться?», он бы никогда не отказывал».
Что бы Пушкин любил есть? «Суши бы ему точно понравились, а так, конечно, жареную картошку и яблочный пирог».
«Пушкин встретил бы мою старшую сестру, влюбился и посвятил ей стихи». Это Анжела написала! Все повернулись и посмотрели на неё, а она показала всем язык.
«Пушкин не говорил бы «зашквар» и всякое такое. Он придумывал бы другие слова, свои собственные, и все бы тут же их подхватывали. И никто бы, никакие учителя и родители, не стали морщиться ― Пушкин придумал, и всё тут! У Пушкина был бы кот мейн-кун, настоящий Кот Учёный, и Пушкин водил бы его на золотой цепочке.
Но самое главное ― Пушкина бы люди слушались. Он бы сказал: «Нельзя обижать животных, нельзя мусорить и мучить природу, нельзя враждовать разным народам, богатые должны помогать бедным».
