вас поверит в другой конец нашей истории, поверит в удачу, в свободу, которую способен подарить только морской простор. Уж Франческо бы точно поверил. Если у вас морская душа, вы не станете сомневаться, что «Морской ангел» существует.
«Мария-Тереза» будет плавать и дальше, но в конце концов уйдёт на дно и расскажет воде все наши тайны. В те дни, когда вы услышите мой рассказ, на морском дне будет не найти даже её остова. Да и сама эта крепость в Аликанте состарится и сохранит одно лишь воспоминание о своей прежней грозной силе. А море, небо и земля останутся теми же. Время человеческой жизни быстро истекает, а зелёная вода моря хранит в себе все времена…
События, произошедшие недавно, кажутся такими яркими – а о том, что случилось давно, можно вспоминать спокойно, даже если когда-то это было очень больно. Как будто просто сидишь на берегу и слушаешь, как шумит прибой. Мне становится легко на душе от мысли, что когда-нибудь всё заживёт. Не думайте, что мне не повезло, – я знавал многих, кому пришлось гораздо хуже. Судьба моряка всегда горчит, как морская вода.
А если я что-то недосказал, море доскажет. Оно всех помнит – и Франческо, и старого Таддео, и Руджеро, и Филиппо, и Роберто, и меня… Вы можете прийти на берег и прикоснуться к солёным волнам; такие же волны когда-то несли наши корабли. Море помнит о множестве безымянных моряков, которые, как и я, нашли в нём или на его берегах свою судьбу и свою смерть. Их имён теперь никто не знает, отголоски того, что они пережили, звучат разве что в матросских песнях. Я хочу, чтобы эта история стала выходом из забвения не только для меня, но и для них. Для каждого из них – ведь перед волнами и ветром все равны.
Кто-то из древних сказал: «Плавать по морю необходимо; жить – не так уж необходимо». Уж не знаю, прав ли он, но точно знаю другое: море не отпускает. Невозможно утолить жажду морской водой, и невозможно наплаваться вдоволь. Море манит к себе всю жизнь, манит даже тех, кому оно принесло только горести и потери. Любовь к морю бывает болезненной, как кровавые мозоли, только она никогда не заживает, не проходит, не забывается до самого последнего дня. И не наяву, так во сне напоминает о себе тоской по синему горизонту, по вольным дорогам рыб, китов и облаков, по парусам, поймавшим ветер, по запахам нагретой солнцем палубы, солёной воды, дёгтя и мокрых канатов, по шуму волн и мерному скрипу корабля.
Приложение
ИЗ СУДОВОГО ЖУРНАЛА ГЕНРИ ГУДЗОНА,
МОРЕПЛАВАТЕЛЯ, ПЕРВООТКРЫВАТЕЛЯ,
ПУТЕШЕСТВЕННИКА И ГЕОГРАФА
(КОРАБЛЬ «ХОУПВЕЛЛ»)
«15 июня 1607. Этим утром один матрос из нашей команды взглянул за борт и заметил морскую деву. Он позвал других посмотреть на неё, и подошёл ещё один. К тому времени морская дева приблизилась к самому борту, серьёзно глядя на матросов. Немного погодя её опрокинуло волной. От пупка и выше её спина и грудь были как у женщины; её тело было такого же размера, как у нас; у неё была очень белая кожа и длинные чёрные волосы. Когда она уплывала, матросы увидели её хвост, похожий на хвост морской свиньи или дельфина, только пёстрый, как у макрели. Имена тех, кто её видел, – Томас Неллес, Роберт Райнер и Джозеф Уилсон».
ИЗ ИСТОРИЧЕСКОЙ ХРОНИКИ
В июле 1850 года жители посёлка Истонс-Бич близ Ньюпорта, штат Род-Айленд, увидели парусник «Сибёрд», на всех парусах идущий к берегу. Судно остановилось, врезавшись носом в песок. Жители посёлка поднялись на его борт. На судне не оказалось никого, кроме дрожавшей от страха собаки в одной из кают. При этом на плите камбуза кипел кофе, в салоне были расставлены тарелки для завтрака, а в каюте капитана стоял запах табака. Груз древесины и кофе, навигационные приборы, карты, лоции и судовые документы были на месте. Последняя запись в вахтенном журнале сообщала: «Вышли на траверз рифа Брентон» – этот риф находится всего в нескольких милях от посёлка Истонс-Бич. Как выяснилось позже, местные рыбаки видели судно незадолго до исчезновения команды примерно на траверзе рифа Брентон и обменялись с ним приветствиями. В тот момент на «Сибёрд» всё было в порядке. Что случилось с командой «Сибёрд», куда она исчезла и почему, осталось невыясненным.
В сентябре 1894 года в Индийском океане с немецкого парохода «Пиккубен» заметили трёхмачтовый барк «Эбий Эсс Харт», на мачте которого был поднят сигнал бедствия. Когда немецкие моряки поднялись на борт «Эбий Эсс Харт», обнаружили, что все 38 членов экипажа мертвы, а капитан сошёл с ума.
3 октября 1902 года немецкий четырёхмачтовый барк «Фрейя» вышел из мексиканского порта Мансанильо. Через 17 дней он был обнаружен полузатопленным, с сильным креном на левый борт. Его стеньги были сломаны, хотя никаких штормов у берегов Мексики в то время не наблюдалось. Экипажа на борту не оказалось, и куда он исчез, неизвестно.
Корабли, находящиеся в плавании с погибшим или пропавшим экипажем, называют кораблями-призраками. Истории известны ещё десятки подобных судов (самые знаменитые – «Октавиус», «Мария Целеста», «Керрол Диринг», «Бэйчимо», теплоход «Холчу», теплоход «Оранг Медан» и др.). Самым научным и наиболее вероятным объяснением этого явления считается инфразвук – звуковые колебания, имеющие частоту ниже воспринимаемой человеческим ухом, до 16 Гц. Инфразвук очень слабо поглощается средой, поэтому может распространяться на значительное расстояние от своего источника, а за счёт длинной звуковой волны он способен огибать препятствия. В море инфразвук возникает во время бурь, ураганов, цунами. Академик Шулейкин даже назвал инфразвук голосом моря. Инфразвук опасен тем, что способен резонировать с внутренними органами человеческого организма. Наиболее опасна частота в 7 Гц, которая обычно приводит к смерти. Слабый инфразвук вызывает недомогание, чувство усталости, страх, дурноту, различные неприятные ощущения, а сильный – панику, помутнение сознания и остановку работы жизненно важных органов.
Известно, что некоторые морские создания, например медузы, способны узнавать о надвигающемся шторме почти за сутки до его начала, то есть раньше, чем этот шторм предсказывает барометр, – они улавливают инфразвук, индуцируемый ветром и ударами штормовых волн, и заранее уходят на глубину.
Но инфразвуком можно объяснить далеко не все случаи появления кораблей-призраков. Многие из них и по сей день остаются загадкой.
ИЗ СУДОВОГО ЖУРНАЛА ФРЕГАТА
ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА ВЕЛИКОБРИТАНИИ
«БАККАНТЕ», 11 ИЮЛЯ 1881 ГОДА
«В четыре часа утра „Летучий голландец“ пересёк наш курс. Странный красный свет корабля-призрака пылал, и в середине его
