система слабенькая, то, соответственно, дожить до преклонных лет сложнее. У китов, как и у других, более мелких долгожителей, как выяснилось, в этим все в порядке.
Но почему тогда эти организмы такие разные? Как выясняется, природа может разными путями прийти к похожему результату
Конкретные гены, благодаря которым это достигается, могут варьировать от вида к виду, однако эти процессы играют решающую роль. Что приятно – все киты входят в десятку долгоживущих, но и человек тоже входит в эту десятку.
Однако человеку все мало, он хочет жить еще дольше, а еще лучше – вечно. Существуют ли тут какие-то универсальные механизмы?
Скорее всего, нет. По словам Алексея Москалева, механизмы, которые «придумывает» природа для разных организмов-долгожителей, отличаются друг от друга. Скажем, растения «изобрели» собственные способы защиты. В силу того, что им бежать некуда, у них другие стратегии выживания, чем у нас с вами. При этом ученый считает, бессмертных организмов не существует, зато есть медленно стареющие или, как еще их называют, несущественно стареющие организмы. Среди них действительно много растений, которые доживают до восьми, до десяти тысяч лет. А еще у растений протекают процессы фотосинтеза, которые сопровождаются огромным выделением свободных радикалов. Антирадикальные механизмы в растениях заложены самой природой – вот же повезло!
Как же мы можем продлить жизнь? Есть ли уже готовые технологии?
Сейчас, например, развиваются технологии заданного конструирования белков. Создаются ферменты, которых нет в природе, для того чтобы биотехнологически катализировать определенные процессы. Ученые пытаются придумать какие-то ферменты, которые будут перехватывать ошибки метаболизма, связанные с процессами старения, чтобы потом прицельно воздействовать на них. А еще уже сегодня с помощью генной терапии мы можем внести цельную версию гена и исправить тот или иной дефект. Это отсрочит риски хронических заболеваний, в том числе сердечно-сосудистых.
А вот Алексей Москалев, как и многие его коллеги, считает, что старение – это болезнь, которую можно и нужно лечить
Мы можем, воздействуя на причины старения, отодвигать риски заболеваний и смерти. От чего умирать, если ты здоров? Но рано или поздно, по его мнению, все равно придется покинуть этот мир.
Или не обязательно?
А что думает об этом Ольга Николаевна Ткачева, директор Российского геронтологического научно-клинического центра, главный гериатр России?
По словам Ольги Николаевны, тут нет никакой фантастики – продолжительность нашей жизни и так все время растет. За последние 100 лет средняя ожидаемая продолжительность жизни увеличилась на 30 лет. Это происходит в связи с развитием технологий, появлением новых медицинских методик, а также в связи с повышением нашего комфорта и улучшением питания. Человечество становится старше. Но становится ли оно здоровее? Не продляем ли мы жизнь больным старикам?
Поэтому, как говорят гериатры, нам нужно реализовывать другой сценарий – увеличение продолжительности здоровой, активной жизни, а это достигается путем профилактики. Мир сейчас идет именно по этому пути. Если мы не хотим болеть (а кто же хочет?), надо обязательно следить за своим здоровьем, пока еще есть, за чем следить. При этом Ольга Ткачева тоже считает, что разговоры о бессмертии фантастические и спекулятивные. Надо ставить реалистичные задачи, которые возможно достичь. Старение – процесс естественный и неотвратимый, но мы можем влиять на его скорость.
Есть очень интересная теория, гласящая о том, что существует много генов, которые отвечают за старение. Более 500 генов таких уже открыто. Но очень интересно, что есть гены старения и гены антистарения, то есть гены, которые способствуют возраст-ассоциированным болезням и старению, и гены, которые, наоборот, защищают нас от болезней и старения.
Так вот оказывается, большее значение имеют гены протективные, защитные. Мы живем в окружающей среде, мы травмируемся, мы неправильно питаемся, что-то все время происходит негативное. Но наш организм способен исправлять эти ошибки. А наша задача – идти по пути совершенствования этой системы исправления ошибок.
В будущем это генно-инженерные технологии. Сейчас мы тоже можем вмешиваться в этот процесс, когда лечим болезни или стараемся их не допустить. А еще, по мнению Ольги Ткачевой, надо запомнить одну простую вещь: старение начинается с внутриутробного периода. Человек еще не родился, а у него уже заложена скорость старения. И эта скорость зависит от двух факторов: от него самого, от его генетики, и от мамы, от ее здоровья. Поэтому, когда еще только планируют беременность, очень важно, чтобы мама соблюдала здоровый образ жизни. Иначе говоря, чем раньше мы понимаем, что здоровый образ жизни – это важная компонента долголетия, тем лучше. Это очень скучно, но это верно.
А знаете, представители какой профессии живут дольше всего? Дирижеры!
У них мозг все время работает, они организованы, все время двигаются, но в умеренных количествах. Постоянно идет работа центральной нервной системы. А еще известно: чем выше образовательный уровень, тем дольше человек живет. Важно при этом продолжать все время чему-то учиться, каждый день обязательно узнавать что-то новое.
Сергей Дмитриев, заведующий отделом взаимодействия вирусов с клеткой и лабораторией системной биологии старения НИИ физико-химической биологии имени А.Н. Белозерского МГУ тоже трудится в области изучения старения.
Ученый выяснил, что один из ключевых аспектов старения – ухудшение так называемого протеостаза. Протеостаз – это состояние баланса, в котором клетка или организм поддерживает свои белки, из которых мы все состоим и которые обеспечивают большинство биологических функций в клетке.
Клетка должна стремиться поддерживать свой белковый состав в нужном ей состоянии. Для этого есть два процесса, которые идут постоянно. С одной стороны, это производство новых белков, или биосинтез, а с другой – уничтожение, деградация тех белков, которые либо не нужны, либо испорчены. Баланс между синтезом и деградацией белков определяет равновесие в клетке.
Проблема в том, что с возрастом этот баланс начинает ухудшаться. Клетки перестают отслеживать изменения протеостаза, в результате накапливаются испорченные, «неправильные» белки, и в итоге в организме все, что называется, идет вразнос. Конечно, это всего лишь одно из проявлений старения, но его эффект очень серьезен.
Можно ли обернуть этот процесс вспять? Этим вопросом как раз и озаботился Сергей Дмитриев. Для этого он применил сложный высокотехнологичный метод – рибосомный профайлинг. Эксперимент проводили на мышах. Оказалось, что у самых старых мышек, которые доживали до трех лет (по человеческим меркам это около 90 лет), развивался диабет и иммунные
