В том царстве Солнца – и твои мечты…»
И. В. Гёте, «Волшебная флейта», фрагмент
Как мы и условились, к коттеджу Дуды я подъехал к 10 часам. Соню оставил в отеле. Припарковал свой автомобиль в двухстах метрах и задами полисадника пробрался во флигель.
Там меня ждал доктор Гунтер фон Дуда. Он стал говорить дальше, будто наша встреча и не прерывалась. Он зачитал самое главное о том, что в завещании графа Дейма-Мюллера от 22 января 1804 года, как и в описи наследства от 1828 года вдовы Терезии Брунсвик, назывались важные артефакты: посмертная маска Моцарта и восковая фигура, или «бюст В. А. Моцарта»…
– Настоящая детективная история, – сказал я. – Каков же итог вашего титанического труда? После столь обстоятельного исследования посмертной маски Моцарта?
– Мне кажется, разумнее ответить на ваш вопрос вопросом: а вполне ли Австрийское государство и, прежде всего, Интернациональное учреждение Моцартеум в Зальцбурге, осознали свой долг и ответственность перед всем миром? Мы с герром Дитером Кернером рука об руку занимались разгадкой гибели Бога музыки Моцарта. Герр Кернер умер, и весь его архив перешёл к его жене Сильвии Кернер.
– Да, печальная потеря.
Дуда вдруг оживился.
– Вы могли бы встретиться с бароном Эдуардом Александровичем Фальц-Фейном в Вадуце…Он мог бы вам помочь. Во многих вопросах – профессионал с заглавной буквы. Если честно, то все, что связано с Моцартом негласно патронировал он.
– Вот вам мой презент – моя последняя книга «Богом данные»?
– О-о!.. Спасибо! Пакет я, разумеется, передам…
– Вот и чудесно!
– Хорошего должно быть помаленьку, – признался я.
Дуда спохватился:
– Давайте-ка я спрячем артефакты от греха подальше…
Он аккуратно сложил бумаги, документы и посмертную маску в тайник за картиной. И мы, важно и не торопясь, вышли из флигеля.
Завтрак был скорым, так что Евгений и Ольга успели к самому моему отъезду. Они выбежали на порог в последний момент.
– Куда вы в такую рань? Может, еще побудете до вечера. И вместе поедем в Мюнхен, к нам в гости?
– У меня самолёт в Турцию, на роскошные пляжи Капакабаны, ой простите, Анталии.
– И когда будете в Москве?
– Недели через три.
– Мы вас найдем, договорились?
– Я мечтал об этом.
Не договариваясь, все наперебой закричали:
– Tschüß, mach's gut! (Всего хорошего!)
Я прошёл метров двести, уселся в машину и, взглянув на пакет с верительными грамотами к самому барону Эдуарду Александровичу Фальц-Фейну, усмехнулся и дал газ.
Сдал машину. И мы с Соней вернулся в Мюнхен, – а с вылетом в Берлин решили повременить. Выработали план, как нам попасть в Лихтенштейн к барону Эдуарду Александровичу Фальц-Фейну, патрону всех дел, связанных с Россией, включая грандиозный проект «Русский Моцартеум», к которому он руку приложил.
XIV. Бросок через Альпы
«Ко мне сегодня приходила
Моя любовь. Она молила,
Чтобы остаться навсегда
Там, где горит твоя звезда…»
Л. Темнова, «Видение»
В Мюнхене мы с Соней остановились в гостинице «Арабелла». Я в своём забронированном номере, а ей мы сняли одноместные апартаменты. Наутро, хорошо выспавшись, мы решили отправиться в Лихтенштейн, чтобы навестить барона Александра Эдуардовича Фальц-Фейна. Нашли пункт проката автомобилей, и стали счастливыми обладателями новеньких «Опель Corsa» и «Опель Astra» с пробегом до 4 тысяч километров (механика, кондиционер, радио, без навигатора). В документах я прочитал, что страховка на автомобиль оформлена была только по Германии и Австрии, что не помешало нам посетить Лихтенштейн.
Мюнхен – город красивый, это признанный туристический центр юга Германии, столица Баварии. Город с прекрасно организованным автомобильным движением. Город, где я ни разу не попадал в автомобильные пробки. Город для шопинга и прекрасных экскурсий. На прощание мы решили хорошенько покутить. Как всегда была великолепной кухня в ресторане «Ratskeller München» у Новой Ратуши.
…До Вадуца от Мюнхена примерно 320 километров. Сначала мы добирались до Инсбрука – 150 километоров прекрасного немецкого и австрийского автобана. Ну а столица Лихтенштейна – Вадуц находилась в 170 километрах от Инсбрука. Мы решили выехать рано утром и за 4 часа добрались бы до Лихтенштейна. Интересной особенностью дороги является наличие множество достаточно протяженных туннелей. Проезд по части туннелей платный (от 3 до 10 евро), протяженность отдельных туннелей составляла свыше 10 километров.
В городке Фелдкирх, где нам нужно было свернуть с автобана и поехать в Лихтенштейн, мы невероятным образом заплутали, и это стоило нам примерно потерю 1, 5–2 часов. Временами подъем был настолько крут, что хотелось выйти и подталкивать машину руками. Однако, справились. Тогда мы остановились, я пересел в машину Сони.
Тут произошло странное происшествие: раздался хлопок позади нас. Я посмотрел в боковое зеркало и увидел, что мой «Опель Astra» задним ходом покатился вниз. Тут пригодилась моя закалка и хорошая спортивная форма. Уж какую я включил у себя сверхскорость, но успел добежать и не дал ему грохнуться в пропасть…
Рельеф местности в Австрии таков, что с востока на запад все время нужно ехать в горку. Однолитровый движок откровенно не тянул. Ужас начался, когда от Инсбрука нам нужно было подняться выше – в Оберперфюсс. Временами подъем был настолько крут, что хотелось выйти и подталкивать машину руками. Решили переночевать.
Апартаменты оказались трехкомнатной квартирой на втором этаже в трехэтажном доме. Вокруг – Альпы и альпийские луга. Внизу – Инсбрук и аэропорт. Красота!
Подъезжая к нашему отелю, я увидел, что меня обогнала Сонина «Опель Corsa». Я видел, как Соня вышла из своего автомобиля.
Тогда я отъехал от отеля, чтобы выйти на связь с Сансанычем. Мне пришлось остановиться у телефона-автомата и позвонить в Берлин, чтобы узнать дополнительную информацию о Романцовых, о достопочтенном Михаиле Глотцере из галереи на Курфюнстердамм и его телохранителе Красавчике-Нике. Чтобы узнать все эти имена в подробности, мне пришлось заплатить немаленькую цену.
После этого я отзвонил Соне и вновь въехал на стоянку к отелю. Припарковался недалеко от «Опеля» фрау Шерманн.
Когда я вошёл в номер к Соне, то она подбежала ко мне.
– С тобой всё в порядке? – взволнованно проговорил она. – Когда я заметила, что тебя нет позади, я начала волноваться. Пойдем скорее.
Она взяла у меня ключ от номера и пошла открывать.
– А теперь можно мне выпить?
– Хоть двойную порцию.
Соня пошла в дальний угол. На ней всё было летнее: цветастое платье с длинной юбкой и крошечным лифом; правда, она сняла туфли на высоком каблуке и надела белые пушистые тапочки, более неподходящие для её роли
