Удивительные истории о собаках - Александр Бессонов

Ей стало страшно. Она сползла вниз, под переднее сиденье.

Снаружи существо спросило у отца:

– Судья Кулагин?

– Да, – подтвердил отец. – Что за маскарад?

– Я по твою душу. Пора ее взвесить. Не только тебе судить других.

Раздался хлопок. Что-то ударилось о дверь машины и свалилось на землю.

Девочка догадалась, что это не «что-то», а папа.

Стало тихо.

У нее сжалось сердце. Ее всю колотило.

Снаружи ничего не происходило. Это пугало еще больше.

Что там с папой? Ей выходить из машины или ждать внутри?

Вдруг резко открылась водительская дверь. Она закричала.

В пассажирском окне напротив девочка увидела отражение маски собаки – острые уши, острый нос. Сквозь узкие прорези в маске на нее смотрели глаза, похожие на человеческие.

– Я не за тобой приходил… пока что, – прошептало нечто и закрыло дверь.

* * *

Сергей припарковал машину, перешел улицу и сразу же заприметил и мощного добермана, и стройную девушку в плаще. Они стояли в той самой точке Семимостья, откуда были видны сразу семь петербургских мостов.

Здоровенный пес возлежал на парапете, подобрав под себя задние лапы и вытянув передние. Словно статуи сфинксов на Университетской набережной. Но те сфинксы были из серого известняка, а у этого гладкая короткая шерсть отливала черным мрамором.

Фигура девушки тоже казалась окаменевшей из-за длинного черного кожаного плаща. И пусть плащ был совсем не по погоде в это теплое июньское утро, но смотрелся стильно.

Рисунок, размытый под ярким солнцем: Никольский морской собор, мосты и набережные на пересечении каналов. А поверх такой воздушной акварели угольным карандашом тонко начертаны силуэты девушки и собаки.

– Красавец! – с восхищения начал разговор Сергей, подойдя и встав рядом.

– Да, Питер – красавец, – согласилась девушка.

Она продолжала смотреть в перспективу Крюкова канала.

– Я про вашего добермана, – пояснил Сергей.

– А-а!

– Как он величественно и невозмутимо возлежит на этом граните. Я решил было, что в Петербурге прибавился еще один сфинкс, – пошутил Сергей, сам себя удивив красноречием.

Но реакция оказалась не той, что он ожидал.

– Сфинкс?! – усмехнулась девушка. – Вы сказали «сфинкс»? Почти угадали. Его зовут Инпу, в честь древнеегипетского бога!

– Ого!

Сергей еще и присвистнул. Девушка решила, что он удивился кличке. Но его поразило не это – за годы работы кинологом и не такого наслушался, – а ее непростая внешность.

Голубоватые глаза были обведены черным контуром. На губы густым слоем была нанесена черная помада. Выкрашенные в цвет вороного крыла волосы гладко ниспадали на плечи. Худое продолговатое лицо еще больше вытягивали сережки в форме креста с петлей сверху.

Девушка была одета во все черное: высокие ботинки-берцы с частой шнуровкой, кожаные брюки, обтягивающие тонкие и длинные ноги, облегающая майка с причудливым изображением глаза с завитушками, и поверх всего – тот самый кожаный плащ.

– Ксения, верно? – решил удостовериться он.

– Верно, это я, – подтвердила она. – А вы, должно быть, Сергей?

– Он самый.

Сергей вдруг поймал на себе взгляд пса и посмотрел в ответ тому в глаза. По спине у него пробежала дрожь, от пса действительно веяло холодным камнем. Сергей же вспомнил теплый шерстяной запах, который окутывал их двор, и собачий питомник по соседству, где работал отец.

* * *

Учительница представила Ксюшу классу и показала ей на выбор одно из двух свободных мест: рядом с толстым мальчиком или с девочкой во всем черном. Первый глуповато улыбался, поэтому Ксюша выбрала вторую, молчаливую на вид.

Но стоило Ксюше сесть, а учительнице вернуться к доске, как новая соседка по парте тут же шепнула:

– Ты из какого города переехала?

– Я из Москвы. Мы только район сменили.

– А почему?

Ксюша оказалась не готова к такому допросу. Не станет же она говорить незнакомой девочке, что после убийства отца мама захотела избавиться от всего, что навевало болезненные воспоминания. Но и придумывать что-то Ксюше не хотелось.

– Пришлось, – сказала она. – Мы потеряли папу.

Соседка понимающе покивала, а потом тихим доверительным голосом сообщила:

– Я сама не переживала утрату близкого человека, но мне кажется, что я знаю, что ты чувствуешь.

Ксюша вопросительно посмотрела на новоиспеченную одноклассницу. Ну и фразу она выдала: «Не переживала утрату близкого человека».

– Я – гот, – в доказательство способности сочувствовать пояснила девочка.

– Кто? – переспросила Ксюша.

А сама в этот момент поглядывала на учительницу: ой как не хотелось в первый же день на первом же уроке получить замечание за болтовню.

– Гот. Готы. Слышала про такое движение?

– Нет, наверное, – извиняющимся тоном призналась Ксюша.

– Мы, готы, живем очень близко к царству скорби, но мы не скорбим. Мы можем наслаждаться позитивными эмоциями, но вдохновенье мы черпаем из депрессии, отчаянья и душевной боли…

– Лариса, оставь Ксению в покое! – скомандовала учительница. – Лучше помоги мне раздать тетради.

Лариса, спеша выполнить поручение, выскочила из-за парты и случайно смахнула с полочки под столешницей колоду карт. Они рассыпались по полу. Ксюша наклонилась собрать. Карты были размером с обычные игральные. На них были реалистично изображены фантастические существа в золотых и серебристых нарядах на черном бархатном фоне. С одной из них на Ксюшу взирала собачья голова, водруженная на человеческие плечи. Остроконечные уши будто протыкали рамку. Точь-в-точь такие, какие были на маске убийцы ее отца.

– Что это? – спросила Ксюша у Ларисы, когда та вернулась за парту.

– Настолочка. «Загробный мир Египта».

– Я про это, – Ксюша ткнула на карту с собачьей головой на человеческих плечах.

– Ролевые карточки всяких обитателей…

– Я хочу узнать, кто это такой. Вот именно этот.

Ксюша старалась держать себя в руках, но ее трясло, почти так же, как в папиной машине, когда стало тихо после выстрела.

– А-а, этот персонаж? – сообразила Лариса. – Это Анубис. После уроков расскажу.

* * *

– Ты из этих, что ли… Ты гот? – спросил Сергей.

– Правильней говорить готесса. И еще, Сергей, я бы предпочла оставаться на «вы», – обозначила дистанцию Ксения.

А он как раз думал обращаться к ней Ксюша, но теперь осекся. Не хватало еще упустить эту клиентку из Москвы, обещавшую выложить круглую сумму за то, чтобы он присмотрел за ее собакой три неполных дня.

– Пойдемте прогуляемся, чтобы пес начал привыкать к нам, – предложил Сергей и направился к мосту.

– К кому – к нам? – переспросила девушка.

– Ну, мы же на «вы», значит, меня тут много, точно больше одного, – подмигнул Сергей и засмеялся.

Девушка не стала отвечать, повернулась к псу и, немного повысив голос, дала команду:

– Рядом!

Доберман легко для своего веса привстал на лапы, спрыгнул с