пристает к его потенциальной покупательнице сувениров. Вот разгневанный продавец антиквариата подослал на расправу со мной первую подвернувшуюся уличную шантрапу.
Я пережил несколько весьма неприятных секунд, пока они подкрадывались сзади. Сами-то они, должно быть, искренне считали, что ступают бесшумно, как кошки…
Мой затылок противно ныл в ожидании сильного удара. В следующий миг один из налетчиков сунул мне в бок ствол пистолета, а второй скаканул вперед и принялся размахивать у меня перед носом финкой. Это выглядело настолько наивно, что я даже посочувствовал им. В один прекрасный день бедолаги нарвутся на парня, который не захочет им подыгрывать.
– Не двигайся, гад! – угрожающе выкрикнул субъект с финкой. – Прикрой меня, Дитрих!
Клаус держал меня на мушке, пока его подельник спрятал свою финку, а затем обыскал меня настолько тщательно, что даже не обнаружил небольшой складничёк-ножичек – в кармане брюк. Что ж, молодо-зелено. Может, еще научится уму-разуму, если проживет достаточно долго, хотя последнее представлялось мне маловероятным.
Клаус, лица которого я до сих пор не видел, сказал:
– Герр Рудольф садитесь в машину и поехали к почётному бюргеру Берлина Михаилу Глотцеру.
Затем он прочистил горло и произнес слово, которое явно не срывалось с его уст за последние годы:
– Пожалуйста.
Я взглянул на них взглядом беспомощного пленника, безропотно ожидающего своей участи под дулом пистолета, и как можно поглупее спросил:
– А что вы собираетесь делать со мной?
– Герр Михаил Глотцер велел доставить вас в его апартаменты. Я просто выполняю приказ.
– Ах, приказ! Тогда другое дело…Я поеду с вами.
Транспортировали меня в большом «мерседесе». Клаус сидел за рулем, а Дитрих охранял меня на заднем сиденье, выполняя свою роль крайне ответственно. Думаю, что сумел бы быстро обезоружить его пять раз и даже больше.
Выглядел Дитрих непрезентабельно: тощий, почти тщедушный, длинноволосый хиппи в кричаще-яркой одежде.
Когда «мерседес» наконец затормозил, мне предложили выбраться из машины под дулом пистолета, спрятанном в кармане, я заметил, что мы находимся на Ku'damm, на которой располагался антикварный магазин Глотцера.
Поднявшись в лифте на неизвестно какой этаж, мы вышли, оказавшись в типичном гостиничном коридоре, отличавшемся разве что тем, что в ближайшей нише, сидя на кожаном диване, нас поджидали два крепких парня. Один из них встал и подошёл ко мне.
– Подождите, – предупредил он.
Мужчина отлучился и через минуту вернулся.
– Идите сюда, – обратился он ко мне. – А вы куда? – осадил он доставивших меня, которые двинулись было за мной.
Мы прошли по коридору до двери, на которой не было никакой таблички. Наш сопровождающий распахнул её и отступил, пропуская меня вперёд, и закрыл дверь за моей спиной, оставшись снаружи.
Мне сразу стало понятно всё. Да, Глотцер позволил Красавчику отправить за мной зелёных юнцов, но вовсе не потому, что не знал, кто я такой и почему я здесь. Он шепнул так тихо, что услышал его только я.
Голос был вежливый, вкрадчивый, с лёгким английским акцентом – совсем не голос гангстера по кличке Красавчик.
– Добро пожаловать, Рудольф, – прошептал он. – Друг Виктора – это мой друг.
Что ж, теперь, по меньшей мере, я знал, почему Виктор так рвался ко мне перед смертью. Он пытался предупредить меня, что не выдержал под пыткой и выложил про меня всё, что знал. Вот почему оруженосец Глотцера спокойно мог выбрать, что делать дальше: навязать свой вариант действий, либо отдать пальму первенства боссу. Теперь Ник выбирал, предпринимать ли что-нибудь самому, либо предоставить Глотцеру сделать это за него.
Красавчик отступил в угол, откуда мог без помех наблюдал за нами, а я переключил внимание на человека, сидящего за роскошным письменным столом.
За столом восседал сам Михаил Глотцер – мафиози, возглавляющий антикварный бизнес в Берлине. Он был довольно крупного сложения, с короткой стрижкой тёмных волос.
Физиономия не очень приятная, черты лица крупные, тройной подбородок и цепкий взгляд всёвидящих глаз. Он чему-то улыбнулся неожиданно подкупающей улыбкой.
В какую-то секунду мне даже захотелось вполне искренне извиниться перед ним. Возможно, он обладал какими-то способностями гипнотизёра. Впрочем, Михаил Глотцер быстро выбил такие мысли у меня из головы.
Он встал и уставился на меня. Потом обогнул стол, подошел ко мне и придирчиво осмотрел меня с ног до головы. И вдруг наотмашь ударил по лицу.
– Куда ты лезешь, кто просил тебя?
Удар получился довольно тяжелый, хотя размахивался он медленно. В последнее мгновение я успел чуть откинуться, в противном случае он мог сломать мне челюсть. Я грохнулся на пол. Пусть думает, что мне крепко досталось, что, впрочем, было недалеко от истины. Но Глотцер еще не чувствовал себя удовлетворенным. Он шагнул вперед и сильно ударил меня ногой под ребра. Потом вернулся к столу и сел, горделиво потирая костяшки пальцев.
Немного отдышавшись, я взглянул на Красавчика. Тот кивком показал, что я могу подниматься. Приятно было иметь дело хотя бы с одним профессионалом. С любителями надо всегда держать ухо востро.
Одно утешение – в присутствии Красавчика меня хотя бы не убьют по неосторожности. Мне показалось, что в его глазах мелькнул огонек. Красавчик явно забавлялся. Он нисколько не возражал, чтобы Глотцер отделал меня как следует.
– Это он расправился с нашим старейшим сотрудником Юнгом под Инсбруком? Сколько раз я твердил о том, что на задание надо посылать молодёжь, а не пенсионеров…
Установилось молчание. Я не смотрел на Красавчика-Ника.
Наконец тот заговорил:
– Герр Глотцер, может быть, мне не стоит оставлять вас?
– Не волнуйся, я как-нибудь управлюсь. Ты же видел, как я его…
Я знал, что внутри Ник весь извивался, как дождевой червь на крючке. Он не хотел уходить. Он должен был проследить, чтобы я получил своё. Но теперь настал его черед выдерживать роль до конца.
– Я бы посоветовал…
– Кому нужен твой совет, болван! – взорвался герр Глотцер. – И еще, Ник…
– Да, герр Глотцер? – голос Красавчика звучал глухо.
– Как только получишь данные об артефактах от этой пары, то возвращайся сюда.
– Слушаюсь, герр Глотцер.
Прежде чем дверь за ним закрылась, я успел заметить за ней охранника, который доставил меня сюда.
Своего я уже достиг: познакомился с Глотцером и понял, чего ждать от Красавчика. Больше делать здесь было нечего и пора было приступать к «отрыву от противника».
Глотцер ожёг меня злобным взглядом.
– Значит, ты меня не испугался? – прошипел он. – Сейчас мы это проверим.
Он вышел из-за стола и приблизился ко мне.
Этого я ожидал – мне уже становилось ясно, как функционирует его серое вещество. Впрочем, это не повысило в моих глазах его статус законопослушного и
