посвящено письмо председателя Внешнеполитической комиссии ЦК ВКП(б) В. Григоряна тов. И. В. Сталину о советских гонорарах Бернарда Шоу:
«02.08.1949
Копия
Сов. секретно
тов. Сталину
Советский посол в Англии т. Зарубин сообщил, что писатель Бернард Шоу в беседе с сотрудником советского посольства заметил, что он не получает никакого гонорара за свои пьесы, идущие в советских театрах, и за книги, издаваемые в СССР.
Советские издательства опубликовали в 1946 году однотомник избранных произведений Б. Шоу, а также отдельные его пьесы. В театрах Советского Союза в 1946–1949 годах были поставлены пьесы Б. Шоу: „Пигмалион“, „Ученик дьявола“, „Профессия миссис Уоррен“ и другие. Одна из лучших пьес Б. Шоу „Пигмалион“ шла более чем в 80 театрах СССР. По сообщению Государственного издательства художественной литературы, Бернарду Шоу мог бы быть выплачен гонорар за выпущенный в 1946 году однотомник избранных произведений в размере 92 тыс. руб. и за постановку пьес в Советском Союзе, по сообщению Комитета по делам искусств, около 750 тыс. руб.
Гонорар Бернарду Шоу, как и другим иностранным авторам, не выплачивался ввиду того, что Россия и Советский Союз не присоединились к Бернской конвенции 1886 года, которой определяется порядок оплаты гонорара писателям при переиздании их книг на иностранных языках в других государствах. Вследствие этого Советский Союз может издавать книги иностранных авторов без их согласия и без оплаты гонорара.
Учитывая заявление Б. Шоу в беседе с сотрудником советского посольства и дружественное отношение Шоу к Советскому Союзу, целесообразно было бы разрешить Государственному издательству художественной литературы и Управлению по охране авторских прав Союза советских писателей перевести Бернарду Шоу гонорар за издание его произведений и постановку его пьес в советских театрах 10 тыс. фунтов стерлингов (213 тыс. руб.).
Перевод гонорара можно осуществить через БОКС.
Проект телеграммы тов. Зарубину по этому вопросу прилагается.
Председатель Внешнеполитической Комиссии ЦК ВКП(б)
В. Григорян.
2 августа 1949 г.
№ 25-С-3747». (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 1529. Л. 204. Машинописный подлинник. Подпись — автограф. Копии разосланы Молотову, Берии, Маленкову, Микояну, Кагановичу.)
Поставленный в депеше вопрос, естественно, был оперативно решён. Однако при дальнейшем неформальном общении секретарь Б. Шоу и его литературный агент Рут Э. Кеннел предложили ГИЗ оплачивать авторское вознаграждение в натуральном виде — лучше бриллиантами, исключительно в целях оптимизации налогообложения. Это предложение в ЦК решили вообще не рассматривать.
Учитывая специфику советского книжного рынка, а также многотысячные тиражи книг, издаваемых без соблюдения соответствующих юридических правил, даже с прогрессивными зарубежными писателями не всегда удавалось решить вопрос мирно. Несмотря на то что СССР присоединяться к международным конвенциям по авторскому праву по-прежнему не планировал, обращения от иностранных правообладателей в советские судебные инстанции по поводу нарушений таких прав периодически случались. Одним из таких заявителей был один из наследников всемирно знаменитого писателя А. Конан Дойла — его сын Адриан.
18 мая 1931 года в газете The Times было опубликовано завещание Конан Дойла-старшего, в соответствии с которым всё его недвижимое имущество и большую часть состояния унаследовала его вдова леди Джин Дойль, наследниками второй очереди стали его трое детей — Денис Перси, Адриан Конан и Джин Лена. Доходы, полученные за счёт авторских прав на произведения писателя, между вдовой и детьми были поделены поровну.
Адриан Малком Конан Дойл решил систематизировать архив отца и разобраться с его литературным наследием. Кроме того в 1962 году Адриан Конан Дойл совместно с Генри Э. Лестером основали кинокомпанию, выпустившую 3 фильма о легендарном герое, а в 1966 году был основан фонд имени Артура Конан Дойла с целью сохранения памяти о его жизни и творчестве. Вот как описывал эту историю Корней Чуковский: «…нашлись спекулянты-издатели, которые ради лёгкой наживы стали печатать в Америке, в Австралии, в Норвегии, в Турции, а также в России тысячи фальшивых книжонок, где распространяли о Шерлоке Холмсе всякую бездарную ложь, то есть выдумали своего собственного Шерлока Холмса, не имеющего ничего общего с тем, о котором мы сейчас говорили. И хотя этот поддельный Шерлок Холмс был раньше всего идиот, многие одураченные читатели не разглядели подделки и простодушно уверовали, что этот-то Шерлок Холмс и есть настоящий. Многим мелким лавочникам, обывателям, черносотенцам этот поддельный Шерлок Холмс понравился даже больше, чем подлинный. Подлинный был слишком интеллигентен для них, слишком много размышлял и разговаривал».
Идея продолжить цикл рассказов о Шерлоке Холмсе, что называется, лежала на поверхности. Первые 15 рассказов, написанных самим Адрианом в соавторстве с Гордоном Диксоном Карром, вошли в сборник «Подвиги Шерлока Холмса», а дальше была в прямом смысле детективная история с «неожиданным обнаружением неизвестных» рукописей писателя в семейном сундуке с документами, в которую никто не поверил.
В 1958 году Адриан Конан Дойл направил в МИД СССР претензию о том, чтобы советские издательства уплатили гонорарные отчисления за все изданные миллионными тиражами в СССР произведения его отца. По понятным причинам на него советское правительство решило не отвечать. Затем последовал иск гражданина Великобритании А. Конан Дойла о нарушении принадлежавших ему авторских прав в Московский городской суд. Представителем истца в судебном процессе был определён преподаватель советского права, профессор Гарвардского университета Вильям Берман.
14 августа 1958 года исковое заявление о взыскании авторских отчислений в размере 15 % полученного дохода от всех изданий писателя Артура Конан Дойла в СССР, общим тиражом в 3 5000 000 экземпляров на сумму 2 миллиона 333 тысячи рублей (207 тысяч фунтов стерлингов) было зарегистрировано.
Принимая во внимание, что законные основания для выплат бюджетных средств, по известным причинам, у государственных издательств отсутствовали, Московский городской суд в удовлетворении исковых требований гражданину Великобритании А. Конан Дойлу отказал.
Верховный Суд СССР, рассмотрев кассационную жалобу на решение Мосгорсуда, оставил его без изменений. Когда же это судебное постановление стало известно в Великобритании, другой не менее известный британский писатель — Арчибальд Джозеф Кронин — написал письмо в газету «Дейли Телеграф»: «Три миллиона копий моих книг напечатано в СССР. В течение более двадцати лет я пытаюсь получить за них хоть что-то. В 1936 году я просил — когда просьбы остались без ответа, я обратился в суд. Это тоже не помогло, и тогда я попросил власти СССР хотя бы прислать шубу для моей жены или организовать для меня поездку в СССР. Просьба также осталась без ответа. В последнем обращении я просил хотя бы выслать мне немного белужьей икры. Почему-то икру я тоже не увидел». А. Д. Кронин так пошутил…
Отдавая себе отчёт в бесперспективности апеллировать к советскому правосудию, западные писатели, чьи книги пользовались в СССР популярностью, заявляли исковые требования в европейские суды. Метод оказался эффективным, особенно в том случае, когда на той или иной международной книжной выставке была представлена советская
