За Родину! Неопубликованное - Владимир Николаевич Войнович

в этом доме, написал писатель Войнович и книгу воспоминаний «Автопортрет. Роман мой жизни», и новый роман «Малиновый пеликан», и «Фактор Мурзика», и осуществил переиздание ряда книг и пьес, а также несколько художественных выставок своих живописных работ. И в том, что до последнего вздоха Владимир Войнович оставался и физически, и творчески активен, немалая заслуга принадлежит его верному другу и заботливой жене Светлане Колесниченко.

Несколько раз я приезжал к Володе по делу, когда готовил к изданию книги Василия Аксёнова, будучи его доверенным лицом, а потом доверенным лицом его вдовы Майи: уточнял те или иные факты из канувшей в прошлое эпохи, просил написать воспоминания об Аксёнове. Но с воспоминаниями получилось не сразу, потому что в свое время Войнович дважды был обижен на Василия. Первый раз, когда Аксёнов не отнесся с должной серьёзностью к попытке отравления Войновича сотрудниками КГБ в ходе встречи с ними в гостинице «Метрополь»: Аксёнов посчитал это преувеличением и не поверил, что такие вещи возможны. Однако после покушения на самого себя во время возвращения на машине из Казани, куда ездил проститься с отцом перед отъездом в эмиграцию, Аксенов осознал свою неправоту. Еще одним поводом для обиды стало нежелание Аксенова привлекать к участию в альманахе «Метрополь» явных диссидентов, каковым на тот момент уже являлся Войнович. Я сказал Володе, что буду рад, если он включит это в свои воспоминания об Аксёнове, ибо правда важнее всего.

В этом упорстве весь Войнович: нужно попробовать еще раз, нужно продолжить борьбу, нужно добиться победы.

…Теперь уже не помню, в каком году умерла дочь Володи от первого брака Марина. Она вдруг пропала, перестала звонить, не отвечала на звонки. Войнович с Пашей поехали к ней в квартиру, но и в квартире ее не оказалось. Отец в недоумении уехал домой, а Павел остался и, открыв дверь на балкон, обнаружил труп сестры — вероятно, задыхаясь от астмы, от которой страдала, она вышла на балкон, и там ее и настигла смерть. Врачей она почему-то не признавала, предпочитала самолечение.

В дни рождения Володи за столом собиралось много народу: Петр Ефимович Тодоровский, Эдуард Успенский, Виктория Токарева, а также вдова Тендрякова, совсем седая, но статная. Бывали политики нынешние и бывшие: Леонид Гозман, Яков Уринсон и другие их сподвижники, издатели Леонид Шкурович, редактор Ольга Аминова. Пели под гитару Татьяна и Сергей Никитины.

Несколько раз бывал я и на вечерах Войновича в клубе «Эльдар» на Ленинском проспекте и в других местах. С некоторых пор Володя в ходе выступлений начал уделять внимание своим стихам, что вызывало неудовольствие Бена Сарнова, который не раз сетовал в разговорах со мной: «Сколько раз я говорил Володе: таких поэтов, как ты, наберется не менее сотни, а прозаик Войнович — один!».

…После смерти Бена Сарнова мы стали еще чаще перезваниваться с Володей. Открылась еще одна общая тема: кризис в Русском ПЕН-Центре. В результате около девяти десятков человек, в том числе и я, вышли из организации, превратившейся из правозащитной в проправительственную. Войнович поддержал эту акцию и незадолго до нее тоже покинул ряды Русского ПЕНа, обосновав своё решение довольно обстоятельным письмом в адрес его руководства, где, в частности, отметил, что активная правозащитная деятельность «очень не одобряется руководством и основным составом ПЕН-Центра, которые, опасаясь за свой статус, предпочитают подменять реальную правозащиту ее имитацией».

26 апреля 2017 года Володя позвонил мне и пригласил приехать, чтобы отпраздновать пятьдесят пятый день рождения Паши. Отмечали эту дату, которая оказалась последней в жизни и для отца, небольшой компанией: Паша, Володя, Света и мы с Милой (моей женой с 2013 года).

А в марте рокового 2018 года поступило невероятное известие о смерти Павла в Черногории, где он жил последние годы, и, видимо, это событие сыграло роковую роль в жизни 85-летнего отца.

До последнего дня он был бодр и активен, провозглашая насущную необходимость свободы и правды для плодотворного развития отечества.

Но до последнего дня он был бодр и активен, бывал на «Эхе Москвы» и в Питере у Виталия Дымарского в программе «Дилетант», постоянно давал интервью отечественным и зарубежным журналистам, провозглашая насущную необходимость свободы и правды для плодотворного развития отечества.

Юрий Зарубин,

Светлана Березницкая

Народный Войнович России

Юрий Зарубин. По первой профессии инженер-автомобилист. Окончил МАМИ, Московский автомеханический институт, работал по распределению на Московском заводе малолитражных автомобилей испытателем моторов. Был Международным арбитром по шахматам, кандидатом в мастера. По рекомендации Михаила Ботвинника его назначили ответственным секретарём Шахматной федерации СССР, где он проработал восемь лет. Там начал писать о соревнованиях, о выдающихся шахматистах в «Литературной газете», «Труде», других изданиях и… превратился в журналиста.

В 2013 году Союз журналистов России наградил Юрия Зарубина Почётным знаком «Честь. Достоинство. Профессионализм». В течение десяти лет Юрий Зарубин был руководителем шахматного клуба Центрального дома литераторов в Москве. Основатель первой в Германии русскоязычной газеты «Европацентр», в которой печатались Владимир Войнович, Аркадий Арканов, Лев Анненский, Алла Боссарт, Олег Битов, Пётр Вайль, Александр Генис, Юрий Гинзбург, Лев Новожёнов, Вячеслав Куприянов, Владимир Маканин, Игорь Померанцев, Андрей Плахов, Виктор Топаллер, Борис Хазанов и другие авторы.

Светлана Березницкая. Филолог по образованию. Работала в газетах «Вечерняя Москва», «Московская правда» и (до самого отъезда в Германию в 1991 году) в течение девяти лет была московским корреспондентом польской газеты «Червоны Штандар». Юрий Зарубин и Светлана Березницкая — создатели и бессменные руководители сетевого журнала «Сфера» (www.sphaereZ.de).

* * *

Что определяет место и значение писателя в жизни и литературе? Если звания и отличия, то у Войновича их немало: член Баварской академии изящных искусств и Сербской академии наук и искусств, почетный член Российской академии художеств и почетный доктор Ноттингемского университета в Англии и Мидлберри, колледжа в Соединённых Штатах, почетный член Американского общества Марка Твена… Тиражи книг? Они — миллионные. Языки, на которые эти книги переведены? Их десятки. Наконец, Владимир Войнович — автор «Чонкина», а солдат Чонкин стал именем нарицательным. И этим уже многое сказано. Из-за «Жизни и необычайных приключений солдата Ивана Чонкина», напечатанной на Западе, Войнович в 1980 году лишился советского гражданства и вынужден был покинуть родину. Сегодня «Чонкин», принесший Войновичу всемирную славу, переведен на 35 языков. Только на английском «Чонкин» издавался больше десяти раз, а общий тираж перевалил за полмиллиона…

Отвечая на вопрос о собственном месте в литературе, писатель напомнил о разговоре, который