Так начался разрыв с Голланцем, и издателями Оруэлла стали «Секер и Уорберг».
После сильного кровохарканья Оруэлл 15 марта 1938 года был помещен в санаторий «Престон-холл» в Эйлсфорде (близ Мейдстоуна), в Кенте. Подозревали туберкулез, но пришли к выводу, что, по всей вероятности, это бронхоэктаз левого бронха (см. Shelden, pp. 316–319). Он пролежал в больнице все лето, а книга «Памяти Каталонии» вышла малым тиражом в 1500 экземпляров 25 апреля. Хотя она считается теперь одной из лучших книг Оруэлла (и очень важным личным свидетельством о гражданской войне в Испании), даже этот маленький тираж не разошелся ко времени второго издания в 1951 году, уже после смерти Оруэлла. В «Престон-холле» 13 июня 1938 года Оруэлл вступил в Независимую лейбористскую партию, и 24-го была напечатана его статья «Почему я вступил в НЛП» (CW, XI, pp. 167–169). В начале войны он вышел из партии из-за ее пацифистской линии, считая, что «они городят вздор», чем «играют на руку Гитлеру». Себя он характеризовал как безусловно «левого», но как писателю ему лучше «быть свободным от партийных ярлыков» (CW, XII, p. 148). Из больницы он вышел только в конце августа. Ему рекомендовали провести зиму в теплом климате. Они с Эйлин выбрали Марокко (не лучший, кстати, вариант), получив то ли в подарок, то ли в долг £300 от анонимного жертвователя. Оруэлл так и не узнал, что деньги дал романист Л. Г. Майерс, они поступили через посредницу Дороти Плауман (см. CW, XI, p. 452). Впоследствии он был в состоянии отблагодарить щедрого дарителя из гонораров за «Скотный двор», но уже после смерти Майерса. Навестив тяжело больного отца в Саутуолде, Оруэлл с женой 2 сентября отплыл из Тилбери на лайнере «Стратеден».
В 1938 году Оруэлл вел два дневника: Домашний дневник и дневник, посвященный его и Эйлин пребыванию в Марокко, включая тамошние поездки и возвращение. Его Домашний дневник начинается 9 августа 1938 года, Марокканский дневник — 7 сентября. Домашний дневник — рукописный, Марокканский большей частью напечатан на машинке (см. введение к записи от 12.3.39). Незначительные ошибки исправлены без комментариев. Оруэлл вклеивал в Домашний дневник газетные вырезки. Они здесь не воспроизведены, но заголовки и краткие описания даны в квадратных скобках, где отмечено, что именно привлекло его внимание. Тексты этих вырезок можно найти в Архиве Оруэлла в Лондонском университетском колледже. Некоторые записи Оруэлл сопровождал иллюстрациями, обычно на чистых оборотных страницах. Они здесь включены в соответствующие записи. Примечания даны непосредственно после записей. Даты записей и разбивка на абзацы (в рукописи отступы имеют разную длину) унифицированы.
Даты записей в дневниках перемежаются. Оруэлл часто делал записи в обоих дневниках в один и тот же день. В этих случаях первой приводится запись из Домашнего дневника и она помечена буквой «Д»; марокканские записи помечены буквой «М».
Домашний дневник, том I. 9 августа 1938 — 28 марта 1939
9 августа 1938 [Д]
Поймал большую змею в траве рядом с дорожкой. Около 2 футов 6 дюймов длиной, серая с черными отметинами только на брюхе, и одна на затылке в форме наконечника стрелы (
). Не уверен, что гадюка, у них, по-моему, обычно отметины в виде широкого наконечника ( ) по всей спине. Из предосторожности взял ее за самый кончик хвоста. Когда держал так, она почти могла извернуться и укусить меня за руку, но все же не совсем. Маркс[85] сначала заинтересовался, понюхал, но испугался и убежал. Люди здесь обычно убивают змей. Язык называют «жалом»[86]. 10 августа [Д]
Моросит. Вечером густой туман. Желтая луна.
11 августа [Д]
Сегодня утром все поверхности, даже в доме, влажные из-за тумана. Странный осадок на моей табакерке — видимо, от действия влаги на лак.
Очень жарко, но во второй половине дня дождь.
Мне сказали, что утром люди поймали еще одну змею — на этот раз точно ужа. Они обвязали ей шею бечевкой и пытались отрезать ножом язык, чтобы после этого она не могла «ужалить».
Сегодня первые яблоки «батская красавица».
12 августа [Д]
Утром очень жарко. Во второй половине дня — внезапная гроза, ливень. Ярдах в 50 от ворот на дороге и тротуаре вода глубиной в фут — всего после полутора часов дождя.
Начала краснеть ежевика.
16 августа [Д]
Несколько дней неустойчивой погоды, дожди, временами жара. Пшеница и ячмень по большей части убраны, в скирдах. Два дня назад дети собирали более или менее спелую ежевику. Ночью два дня назад видел белую сову, первый раз за два года. И вдалеке еще одну птицу, возможно домового сыча. Конские каштаны полного размера, но еще неспелые. Хмель величиной с лесной орех. Вчера опять был в зоопарке[87]. Новый выводок львят, чуть крупнее кошки, и все пятнистые. Те, что родились год назад, ростом уже с сенбернара. Мясной рацион льва — думаю, это единственный прием пищи за день — около 6–7 фунтов.
У самки сардинского муфлона[88] большое вымя, как у козы, и дает, наверное, пинту или больше. Заметил, что копыта у зебры, по крайней мере передние, почти перпендикулярны, а у помеси зебры с ослом — такие же, как у лошади. У гибрида чуть-чуть крупнее уши, а в остальном сложен почти так же, как зебра.
17 августа [Д]
Тепло, ясно, довольно ветрено.
Ячмень на поле в 22 акра еще не заскирдован, а пшеница в двух скирдах: насколько могу судить, 30×18×24 (высота) фута и 18×15×20 (высота) футов. Если эти оценки верны, то общий объем 14040 кубических футов с поля площадью около 14 акров. Если считать, что акр дает 1 тонну зерна, получается, что в 1000 кубических футах скирды одна тонна зерна. NB. Проверить, когда заскирдуют урожай всего поля.
Кошачья мята, перечная мята и пижма в полный рост. Крестовник и кипрей пошли в семя. Немного спелой ежевики. Начала краснеть бузина.
Дубовый гонт из сучьев, а не из ствола, несколько дешевле.
Отслужившие шпалы продаются по 1 ф. 1 ш. за 10 британских центнеров. Вероятно, получается 1 ш. за штуку, т. е. 2 п. за фут.
[Вырезка из газеты — краткая статья о древесине железного дерева.]
19 августа [Д]
Справился о скирдах на поле. На самом деле площади под пшеницей и под ячменем почти одинаковые; четыре скирды: две — 30×18×24 (высота) фута, две — 18×15×20 (высота). Получается 28000 кубических футов в
