замуж. К сожалению, брак был коротким: муж уехал воевать во Францию и через несколько месяцев погиб в бою. Но 19 сентября 1943 года Агата стала богаче: у нее появился первый внук Мэтью.
«А потом внезапно все кончилось, – так завершает Питер Акройд свой рассказ о военном Лондоне. – В конце марта 1945 года одна ракета упала на Степни, другая – на сектантский молитвенный дом на Тоттнем-корт-роуд. И больше взрывов не было: пусковые площадки перешли в руки союзников. Небо очистилось. Битва за Лондон была в конце концов выиграна. Погибло почти 30 000 горожан, полностью разрушено более 100 000 строений; треть лондонского Сити исчезла с лица земли. 8 мая 1945 года в Лондоне была отпразднована победа на европейском театре войны – на сей раз, в отличие от 1918 года, без всякой помпы и истерической радости. После пяти лет перемежающихся бомбежек и смертей участники торжеств были более усталыми, чем их предшественники на тех же улицах двадцать семь лет назад; к тому же еще шла война с Японией (победу в ней праздновали 15 августа 1945 года). Лондон тоже был теперь другим. По бытовавшему тогда выражению, “из него вышибло начинку” – то есть реальность истончилась, стала худосочной. Безусловно, город утратил немалую часть своей энергии и задора; он стал таким же потрепанным, как его обитатели, и ему нужно было время, чтобы оправиться».
Для Агаты же требовалось совсем немного: стоило вернуться из Северной Африки Максу, и она снова была в порядке. «Какой это был чудный вечер! – пишет она в автобиографии. – Мы ели подгоревшую рыбу и были счастливы!»
Празднование окончания войны в Лондоне. 8 мая 1945 года
Глава 30. Ясный вечер долгого дня
Потом у Агаты и Макса были еще тридцать счастливых и наполненных событиями лет. Они снова ездили на Восток. Макс копал холм Нимруд: раскапывал город Калах, столицу легендарного библейского зверолова Нимрода. Он открыл военную крепость, исследовал жилые кварталы города. Агату удивило и порадовало, что в городе был небольшой зоопарк, куда полководцы и цари свозили редких животных, пойманных или купленных ими в далеких походах, а также питомник с плодовыми растениями.
Потом Макс писал книгу о результатах своих раскопок, преподавал в университете. Агата была с ним, но всегда находила время раз в год порадовать читателей новым романом. Новые приключения Пуаро: «Лощина» (1946), «Берег удачи» (1948), «Мисс Макгинти с жизнью рассталась» (1952), «После похорон», «Хикори Дикори Док» (1955), «Кошка среди голубей» (1959), «Приключение рождественского пудинга» (1960), «Часы» (1963), «Карибская тайна» (1964) «Третья девушка» (1966), «Вечеринка в Хэллоуин» (1965), «Слоны умеют помнить» (1972).
Эркюль Пуаро разъезжает по всему миру, воюет со злом во всех его проявлениях, вспоминает прошлое (сборник рассказов «Ранние дела Пуаро» 1974 года) и даже совершает свои «двенадцать подвигов Геракла» (сборник «Подвиги Геракла» 1947 г.), но в 1975 году, когда был опубликован последний роман о Пуаро «Занавес», читателю стало известно, что и на совести великого детектива есть одно преступление [22].
Макс и Агата в своем поместье Гринвей
Трудится не покладая рук и мисс Марпл, помогая своим друзьям, попавшим в затруднительное положение. Читатель мог узнать о ее «трудах и днях» из романов «Объявлено убийство» (1950), «С помощью зеркал» (1952), «Карман, полный ржи» (1953), «В 4.50 из Паддингтона» (1957), «Зеркало треснуло» (1962), «Отель “Бертрам”» (1965), «Немезида» (1971) и «Спящее убийство» (1976). Уже после смерти Агаты Кристи был опубликован сборник рассказов «Последние дела мисс Марпл» [23].
Писала Агата и о пожилой, но неунывающей парочке Томми и Таппенс: «Пальцы чешутся, к чему бы?» (1968) и «Врата судьбы» (1974).
Кроме того, она написала несколько детективов и шпионских романов вне всяких серий: «Скрюченный домишко» (1949), «Багдадские встречи» (1951), «Место назначения неизвестно» (1955), «Горе невинным» (1957), «Вилла “Белый конь”» и «Двойной грех» (1961 г.), «Ночная тьма» (1967), «Пассажир из Франкфурта» (1970) [24].
* * *
Рассказать обо всех этих произведениях невозможно, да и не нужно. Интереснее другое. Персонажи Агаты Кристи по большей части типичные англичане: почти в каждом ее романе найдется старая леди, владелица поместья, юная девушка, выходящая в свет, молодой человек – шалопай, провинциальный доктор или священник, старая служанка-сплетница, молодая горничная-недотепа и т. д. В послевоенных романах закономерно появляется большое количество «жертв войны»: раненые летчики, девушки и юноши, отслужившие и с трудом находящие место в мирной жизни, дети, которых вывозили из Лондона в эвакуацию, разыскивающие своих близких. Но иногда Агата описывала ярких и необычных персонажей. И о них стоит упомянуть.
В фильмах «В 16.50 из Паддингтона» и «Самое глупое убийство» роль мисс Марпл сыграла Маргарет Резерфорд
Например, в романе «Лощина», опубликованном в 1946 году, появляется интересный персонаж – скульптор Генриэтта Сванлейк. Она тоже «немного Агата», когда-то Агата брала уроки ваяния. Генриетта любит своего друга детства, но остается верна творчеству, не жертвует собой, подобно Джейн, а напротив, с некоторым цинизмом находит даже в смерти любимого топливо для огня вдохновения.
«…Она добралась до своего дома, поставила машину в гараж и медленно поднялась по лестнице в мастерскую. Закрыла дверь и подумала: “Вот и настал момент, которого я так боялась, и который не мог не наступить. Я – одна, наедине со своим горем, и цели в жизни у меня больше нет!”
Она упала на стул, и слезы потекли по ее щекам. Генриетта оплакивала Джона. И вдруг ей показалось, что она слышит его голос:
– Когда я умру, первое, что вы сделаете – это со слезами, текущими по щекам, с лицом, пылающим от слез, вы начнете лепить женщину в трауре или какое-нибудь изображение скорби…
Почему эта фраза возникла у нее в памяти?
Скорбь… Голова покрыта платком, черты лица едва заметны, фигура из алебастра, удлиненная… Скорбь всего мира, подчеркнутая складками одежды, драпировкой…
“Когда я умру…” Огромная печаль охватила Генриетту.
Агата Кристи в 1946 году
“Я не такая, как все! Джон был прав. Я не могу любить, не могу отдаться своему горю! Мидж, Эдвард – они обыкновенные люди, они просто живут. А я не принадлежу себе. Что-то надо мной тяготеет, и я ничего с этим не могу поделать. Я даже не могу оплакивать своих умерших. Я беру свою боль и делаю из нее статую: экспонат № 58, „Скорбь“, алебастр, автор – мисс Савернейк…”
Задыхаясь, она шептала:
– Джон, прости, прости меня за то, что сильнее меня…»
И словно, застеснявшись того, что слишком серьезна, Агата создает еще одну творческую личность – автора детективных романов Ариадну Оливер. Ариадна персонаж скорее комический, погруженная в непрерывное сочинительство дамочка не от мира сего, общающаяся с друзьями короткими и невразумительными репликами – это, безусловно, шарж на саму Агату. При всем
