class="p1">30. 8. 2019г. (ночь) Сегодня всю ночь, как Казанова у Марины Цветаевой, перебирал письма, бумаги, фотографии и газетные вырезки. Боже! Какая короткая, мгновенная, какая длинная и бесконечная жизнь! Восемьдесят лет почти беспрерывного счастья! Даже в самые тяжёлые и грустные, в самые омерзительные моменты (которые, кстати, вспоминаются как некие досадные природные явления, вроде грязекаменного потока), всё то же ощущение восторга и весёлой силы! Сколько смешного и радостного! Сколько отдано крови, и сколько взамен внимания, удивления и благодарности! Сколько поездок! Сколько друзей и завистников! Сколько прекрасных женщин! И как много разной работы – и бездарной, и вдохновенной!.. И только всё чаще и чаще приходят мысли о смерти, которой я совсем не боюсь, поскольку убеждён, что смерти нет, а есть только некий переход в другое, неведомое нам тело. Но будут
смертные муки, и от них никуда не денешься! И однажды ночью мне «явились» стихи:
Ночами кто-то мною дышит,
а днём я сам кому-то снюсь.
Душа не видит и не слышит,
в какую бездну я несусь.
Какие пробегают тени
в бессонной ночи надо мной,
какие мне пройти ступени
ещё предписано Судьбой!
А ЖИЗНЬ… Это, пожалуй, самое великое ЧУДО на свете – непостижимое и безграничное, как МЫСЛЬ! Как ВСЕЛЕННАЯ! Или, возможно, как извечное небытие, то есть НИРВАНА?! И остаётся только повторять, как молитву, как МАНТРУ: ЖИЗНЬ! БУДЬ БЛАГОСЛОВЕННА! И – ДА НЕ ОСКУДЕЕТ ТВОЯ КЛАДОВАЯ!!!
_______
Завершаю свой опус стихотворением, которое мне искренне нравится:
В этой ЖИЗНИ, похоже,
не вырваться мне в НИРВАНУ,
или хоть в Рай, что тоже
мне вовсе не по карману,
и тут уж ничем не помочь.
Так что ждёт меня не-
минуемая,
как на церковной стене
рисуемая
свистопляска – загробная ночь.
Я, как старик на вокзале,
не добежавший до поезда, –
стою, обливаясь слезами, –
ну почему же так поздно
я приближаюсь к СВЕТУ?!
А смутная память грозно
предупреждает: и эту
жизнь не профукай, как в шашки!
Вбей в извилины мозга:
живи до последнего вздоха,
не давая себе поблажки.
Мне не хватает всего-то
лет пятьдесят, не более,
чтобы из крови, пота,
памяти, слёз и боли
сотворить небольшое ЧУДО,
лёгкое, точно пух,
беспечное, как причуда,
всепроникающее, как Дух!
Эти слова капризны,
похожи на ересь.
Остаётся к нынешней жизни
относиться, доверясь
собственной интуиции,
всего лишь как к репетиции
жизни последующей – а вдруг
Судьба моя так качнётся,
что я попаду в тот круг,
где новая жизнь начнётся
с конца вот этой, моей,
где я, как больной соловей,
готовый все ночи петь,
могу лишь хрипеть.
Но когда же и где удастся
переродиться мне снова?
В семье артиста-красавца?
Литератора-пустослова?
У какой матери? От какого отца?
Китайца? Датчанина? Эскимоса?
Тибетца? Камчадала без носа?
Или родят меня, не дай Бог,
баран и овца?
Лет через сто или двести,
когда всё будет не так,
на этом вот самом месте
(дурак ли, чудак, простак?)
пройдя, если хватит силы,
неизвестно каким путём,
родиться бы снова в России,
что б ни случилось потом!
2010 г.
Лев Прыгунов, Москва 2020г.
