Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 172
Действительные члены-фармацевты занимались вопросами финансово-хозяйственной деятельности комитета. Они проверяли счета за лекарства и медицинские приборы, вели учет финансов и материальных ценностей медико-филантропического комитета. Собственно врачей для бедных, непосредственно занимавшихся оказанием медицинской помощи неимущим, в комитете состояло 15 человек. Каждый имел помощника-фельдшера. В комитете также состояли несколько зубных врачей и около трех десятков повивальных бабок. Фармацевты занимались составлением лекарств.
Врачи и фармацевты исполняли свои обязанности безвозмездно, получая за это права государственных служащих, классные чины и мундиры Человеколюбивого общества. Такой порядок установился не сразу. Предоставление чинов служащим медико-филантропического комитета началось еще в 1830-е гг. Тогда чины получили секретарь, казначей и чиновники для письма. В 1848 г. права государственных служащих в VIII классе получили врачи для бедных. Наконец, в 1858 г. чины получило большинство служащих медико-филантропического комитета. Председатель стал обладателем чина V класса, вице-председатель и действительные члены-врачи получили чин VI класса, помощники врачей для бедных – чин XIV класса. В 1880 г. права государственной службы в XIV классе получили зубные врачи. Видимо, руководство Человеколюбивого общества осознало, что для привлечения на службу квалифицированных медицинских работников только моральных стимулов было недостаточно.
Наиболее трудную работу в медико-филантропическом комитете выполняли врачи для бедных, а также их помощники. Врачи принимали больных у себя на квартирах. А тех, которые не могли самостоятельно передвигаться, посещали у них на дому. Врачи имели право выписывать рецепты на получение неимущими пациентами бесплатных лекарств и медицинских приборов. Такая организация медицинской помощи имела как положительные стороны, так и недостатки. С одной стороны, она позволяла неимущим сравнительно быстро и бесплатно получать все необходимое по предписанию медиков. Но небольшое число врачей и ограниченное время приема таких больных приводили к тому, что они скапливались в очередях у квартир врачей. Иногда это привлекало внимание петербургских газет. В сентябре 1870 г. «Петербургский листок» опубликовал критическую заметку «овации больных у подъезда врача». В ней рассказывалось об очередях и давке у квартиры врача медико-филантропического комитета Карасева, проживавшего на углу Бармалеевой улицы и Большого проспекта. Руководство медико-филантропического комитета отреагировало сразу. Было назначено служебное расследование и в результате выяснилось, что врач не виноват в том, что возле его квартиры скапливались больные. Размеры его жилья не позволяли впускать одновременно большое количество страждущих. В передней могли разместиться всего несколько человек. Впускать больных в комнаты более чем по одному было нежелательно, так как после их пребывания нередко пропадали личные вещи доктора. Это, кстати, является ярким примером того, что за благодеяния бедному вовсе не следует ожидать ответной благодарности. Когда человек подает милостыню во имя спасения собственной души, а профессиональный нищий благодарит его, это своего рода «правила игры», которые соблюдают обе стороны. Действительно обездоленный человек, вынужденный просить о помощи, несчастен и озлоблен. Не имея возможности ожидать своей очереди в помещении, больные, которых доктор Карасев принимал до четырехсот человек в месяц, скапливались на улице. Сам врач, как выяснилось в ходе разбирательства, относился к своим неимущим пациентам доброжелательно и лечил их добросовестно, несмотря на то, что некоторые из них оставляли себе «на память» его вещи. Императорское Человеколюбивое общество пришло к выводу, что газетная заметка «не заслуживает никакого внимания, а огромное число больных бедных, обращающихся к этому врачу для лечения, при множестве даровых лечебниц для приходящих в Петербурге, свидетельствует только о доверии этих больных к искусству Карасева и о той пользе, которую он им приносил»[295].
Недостатки, указанные в газете, следовало бы отнести на счет организации врачебной помощи медико-филантропическим комитетом. Жалования и содержания врачи для бедных не получали. Зарабатывать они могли только частной практикой, поэтому время приема бедных больных было ограничено. Нельзя отрицать искреннего желания врачей помочь бедным, но основным средством привлечения их на службу в медико-филантропический комитет служило предоставление прав государственных служащих, чины и мундиры Человеколюбивого общества. Это повышало общественный статус докторов, могло положительно повлиять на расширение практики, увеличение заработка. Однако, судя по тому, что врачей для бедных было всего полтора десятка на город с полумиллионным населением, избытка желавших воспользоваться этими преимуществами не было. Для того чтобы изменить положение дел в лучшую сторону, следовало установить врачам для бедных достойное жалование и содержание, позволявшее им трудиться полный день. А это противоречило базовым принципам организации помощи Императорским Человеколюбивым обществом и другими благотворительными структурами России.
Чтобы расширить возможности медико-филантропического комитета, в 1863 г. при нем была создана лечебница для приходящих, говоря современным языком, – поликлиника. В ней работало около десятка врачей-консультантов, несколько повивальных бабок и фельдшеров. Лечебница оказывала такую же помощь, как врачи для бедных. В исключительных случаях делались хирургические операции в стационарных условиях. В 1860–1880-е гг. в лечебнице получили помощь тысячи неимущих жителей северной столицы. В 1889 г. из-за недостатка средств Человеколюбивое общество вынуждено было закрыть лечебницу. Реанимировать ее удалось только в самом конце XIX столетия.
Несмотря на очевидные недостатки, организация помощи больным медико-филантропическим комитетом позволяла бесплатно лечиться и получать медицинские приборы десяткам тысяч бедных петербуржцев. В 1874 г. комитет оказал помощь 19 311 больным, в 1875 – 23 127, в 1876 – 21 321[296]. Примерно 18–20 тысяч неимущим ежегодно медико-филантропический комитет помогал в 1880–1890-е гг. В 1897 г. этой помощью воспользовались 19 842 человека. Из них непосредственно к врачам для бедных обратились 18 216 человек, к зубным врачам – 1103, к повивальным бабкам – 523[297].
Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 172
