Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 172
Несмотря на очевидные недостатки, организация помощи больным медико-филантропическим комитетом позволяла бесплатно лечиться и получать медицинские приборы десяткам тысяч бедных петербуржцев. В 1874 г. комитет оказал помощь 19 311 больным, в 1875 – 23 127, в 1876 – 21 321[296]. Примерно 18–20 тысяч неимущим ежегодно медико-филантропический комитет помогал в 1880–1890-е гг. В 1897 г. этой помощью воспользовались 19 842 человека. Из них непосредственно к врачам для бедных обратились 18 216 человек, к зубным врачам – 1103, к повивальным бабкам – 523[297].
Ведомство императрицы Марии и Человеколюбивое общество осуществляли призрение взрослых в стационарных учреждениях – богадельнях и больницах. Императорское общество к середине XIX столетия располагало в Петербурге несколькими богаделенными заведениями. Это были дом убогих, Орлово-Новосильцевское благотворительное заведение и дом призрения бедных женщин графа Кушелева-Безбородко. Во второй половине века в северной столице были созданы еще несколько заведений и обществ для призрения взрослых: Бесплатные квартиры Захарьинского, общество вспомоществования бывшим и нынешним воспитанникам гимназии Императорского Человеколюбивого общества, Большеохтинское благотворительное общество, четыре бесплатные швейные мастерские и столовая для бедных императора Николая II.
Крупнейшим богаделенным заведением Человеколюбивого общества в Петербурге был дом убогих. Название «Исидоровского» он получил в 1875 г. в честь митрополита Санкт-Петербургского Исидора, в 1860–1892 гг. занимавшего должность главного попечителя Императорского Человеколюбивого общества. Открылось заведение в 1823 г. Оно предназначалось для призрения взрослых бедняков обоего пола без сословного различия. В доме имелись три отделения. Первое – квартирное, являлось собственно богадельней, рассчитанной на 100 человек. Второе представляло собой больницу на 40 кроватей. Третье предназначалось для содержания 25 неизлечимо больных. Позднее число призреваемых возросло. Открылось четвертое отделение для страдавших «падучей болезнью», то есть эпилепсией. По новому уставу, принятому в 1848 г., комплект всех отделений дома убогих определялся в 266 человек[298]. В 1852 г. из-за сокращения доходов с недвижимости и основного капитала в связи с инфляцией, комплект призреваемых уменьшился. Мужчины были переведены в Орлово-Новосильцевское благотворительное заведение. К концу 1855 г. дом призревал единовременно 223 человека[299].
Во второй половине XIX в. дом убогих превратился в чисто богаделенное заведение для призрения женщин. В 1868 г. он получил новый устав, в соответствии с которым в доме остались три отделения. Одно предназначалось для «убогих», т. е. обычных призреваемых, два других – для неизлечимых больных и падучих. Больница закрылась. Это было связано с углублением специализации учреждений Человеколюбивого общества, проводившейся со второй половины XIX в. По новому уставу отделение убогих должно было призревать только женщин дворянского происхождения. Лица «простого звания» переводились в дом призрения графа Кушелева-Безбородко. В 1870–1880-е гг. Исидоровский дом убогих единовременно призревал от 150 до 200 женщин. В 1874 г. заведение давало призрение 176 бедным. Из них 125 находились в отделении убогих, 39 – в отделении неизлечимо больных и 12 – в отделении эпилептиков. В 1875 г. здесь призревались 187 человек, из них 137 убогих, 39 неизлечимо больных и 12 эпилептиков. В 1876 г. призрением в Исидоровском Доме пользовались 122 убогих, 34 неизлечимо больных и 12 эпилептиков[300]. Кроме того, в то время в доме имелись 40 пансионерских вакансий.
Пансионерская плата была одним из источников существования Исидоровского дома, содержавшегося на благотворительные пожертвования. Денег из казны он не получал. Бо́льшая часть средств на содержание заведения, поступала из сумм совета Человеколюбивого общества. Исидоровский дом убогих привлекал благотворителей путем предоставления им классных чинов и ведомственных мундиров. По уставу 1868 г. при доме учреждались должности попечителя, сотрудников попечителя и членов-благотворителей. Желавший иметь должность попечителя обязан был содержать не менее пятнадцати пансионерок, его сотрудники – не менее двух пансионерок каждый. Члены-благотворители должны были ежегодно вносить в пользу заведения 50 руб. каждый. Попечитель имел чин V класса, десять его сотрудников – чин VI класса. Члены-благотворители, количество которых уставом не оговаривалось, чинов не получали, но имели право носить мундир Императорского Человеколюбивого общества, соответствовавший чину VIII класса. Такой подход к предоставлению чинов и мундиров был рассчитан на благотворителей с различным достатком.
Орлово-Новосильцевское благотворительное заведение в Петербурге предназначалось для мужчин. Открытое в 1842 г., оно получило название в честь благотворительницы – вдовы бригадира и кавалерственной дамы, графини Екатерины Владимировны Новосильцевой, урожденной Орловой. Согласно утвержденным советом Человеколюбивого общества правилам, составленным самой графиней, заведение предназначалось для призрения десяти нижних воинских чинов и десяти нуждавшихся в уходе бедных из прочих сословий. Средства к существованию заведению должны были обеспечивать доходы с пожертвованного графиней Человеколюбивому обществу имения в ярославской губернии с 500 душами крепостных крестьян. Этот пример ярко иллюстрирует то, что благотворительность каждый понимал по-своему. Безусловно, помощь даже двум десяткам старых и больных людей была полезным и благородным делом. Но о том, что гораздо более масштабным актом милосердия могло быть освобождение упомянутых крепостных, графиня, видимо, не задумывалась. После отмены крепостного права имение перестало приносить доход. Лишившись дарового труда крепостных, Богадельня временно осталась без средств к существованию. Чтобы сохранить заведение, совет Человеколюбивого общества решил поддержать его своими средствами. Желание помочь заведению выразил один из наследников графини – граф В. П. Орлов-Давыдов, после кончины Новосильцевой занявший должность попечителя заведения. В 1884 г. он и еще один наследник, граф В. Н. Панин, пожертвовали богадельне 22 тыс. 500 руб. взамен ежегодных выплат. После стабилизации финансового положения богадельни, комплект призреваемых увеличили. По новому уставу 1869 г., он составил 60 человек, кроме пансионеров. В 1870-е гг. в заведении призревались до 70 человек. В 1874 г. в нем содержались 72 человека, 9 из которых являлись пансионерами, в 1875 – 73 человека, из них 13 пансионеров. В 1876 г. богадельня давала приют 70 лицам, 9 из которых были пансионерами[301]. В конце века количество призревавшихся здесь было примерно таким же.
Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 172
