К осени несколько южных вассалов отказались от верности Иоанну и объединились с Лузиньянами. Опасаясь, что Филипп поддержит столь могущественную коалицию, Иоанн предпочел избежать рассмотрения спора с Гуго в суде Франции. В октябре он обвинил Лузиньянов в государственной измене и вызвал их на поединок, для которого обе стороны должны были выставить рыцарей. Лузиньяны ответили отказом и вновь обратились к Филиппу за справедливостью. Тот вызвал их и Иоанна предстать перед французским судом в Париже. Дата слушания была согласована, но Иоанн всю зиму его отменял или откладывал. К концу 1201 года Артур объединился с Филиппом и Лузиньянами против Иоанна, который провел Рождество в Кане с Изабеллой, пируя и нежась допоздна в постели, по-видимому не обращая внимания на растущие угрозы со стороны врагов.
4 февраля 1202 года Иоанн заключил новый союз с Санчо VII, братом Беренгарии, при посредничестве графа Эмара. 28 апреля Филипп в последний раз призвал Иоанна явиться в Париж и предстать перед судом пэров Франции. Тот опять не явился, обеспечив Филиппу долгожданный законный предлог, чтобы объявить английского монарха непокорным изменником. «Собрание баронов Франции постановило лишить короля Англии его земель, которыми он и его предки до сих пор владели по воле короля Франции»325. В число конфискованных земель вошел Ангулем, унаследованный Иоанном по линии жены, ныне графини Ангулемской, после смерти «дражайшего отца», графа Эмара, 16 июня. Потеря Эмара, самого могущественного сторонника в Пуату, сделала короля опасно уязвимым для врагов.
Тем летом Иоанн отвез Изабеллу в Ангулем, чтобы получить ее наследство, на которое претендовал Гуго де Лузиньян по праву супруги Матильды. В присутствии сенешаля Пуату бароны и рыцари Ангулема поклялись в верности Изабелле. Было решено, что мать королевы, вдовствующая графиня Алиса, будет править столичным городом от имени дочери при поддержке представителей Иоанна, в то время как сенешаль возьмет на себя обязанности доверенного лица Иоанна в отношении прочих земель Ангулема. О том, чтобы тринадцатилетняя Изабелла сама правила Ангулемом, речи не шло.
В марте 1203 года Иоанн вызвал тещу ко двору, назначил ей ежемесячную пенсию в обмен на вдовью часть наследства, снял с нее полномочия регента и взял бразды правления в свои руки. В 1204 году он даровал городу Ангулему статус коммуны. После этого Иоанн передал ангулемцев под управление сенешаля, или мэра, – землевладельца из Пуату по имени Бартоломью де Ле Пюи. Алиса осталась жить в Ангулеме, время от времени издавая хартии.
Между тем Филипп объявил о нарушении условий мирного договора и атаковал пограничные укрепления Нормандии, намереваясь завоевать герцогство и помочь Артуру захватить другие континентальные владения Иоанна. В июле Артур, которому уже исполнилось пятнадцать, принес Филиппу оммаж за все земли Анжуйской империи на материке и «с напыщенным шумом выдвинулся в поход»326 в направлении Пуату. Теперь Иоанну предстояла война на два фронта, к которой он оказался совершенно не готов.
Алиенору возмутило безрассудство Артура, пытавшегося отнять Пуату у законного правителя. Она заявила о поддержке Иоанна и в последнюю неделю июля, по-прежнему энергичная в свои семьдесят восемь лет, выступила из Фонтевро с небольшим военным отрядом, намереваясь закрепиться в Пуатье и помешать Артуру завладеть столицей. Она остановилась в двадцати милях к северо-востоку от Пуатье в полуразрушенном замке Мирбо.
К несчастью, Артур узнал о местонахождении Алиеноры и выступил вместе с Гуго де Лузиньяном, его дядей Жоффруа и двумястами пятьюдесятью солдатами к Мирбо, чтобы «осадить замок», намереваясь захватить бабушку в заложницы и обменять ее на королеву Изабеллу, что позволило бы добиться от Иоанна огромных уступок. Замок не имел запасов провизии на случай осады и не был укреплен, но Алиенора, «опасаясь пленения», приказала своим воинам и гарнизону защищаться. Она тайно отправила двух гонцов: одного – к Иоанну с просьбой «прийти к ней на помощь как можно скорее»327, а другого – вызвать из Шинона Гийома де Роша.
«Артур затеял переговоры с бабушкой, потребовав, чтобы та капитулировала и передала ему всю свою собственность, после чего смогла бы спокойно отправиться куда пожелает, поскольку он не хотел проявлять к ней ничего, кроме уважения. Королева ответила, что никуда не уедет, но если [внуку] знакома учтивость, он удалится и найдет множество других замков для нападения, где ее нет. К тому же Алиенора выразила удивление по поводу того, что он и ее вассалы-пуатевинцы осадили замок, зная, кто остановился внутри»328. Артур потребовал, чтобы в обмен на свободу Алиенора предоставила свои владения в распоряжение Филиппа. Когда та наотрез отказалась, Артур немедленно осадил Мирбо.
Иоанн услышал о бедственном положении Алиеноры на пути в Шинон. «Король немедленно выступил с частью своей армии»329. Он шел к Мирбо день и ночь напролет, преодолев за два дня более восьмидесяти миль. По дороге к нему присоединился Гийом де Рош. Когда ранним утром 1 августа король достиг Мирбо, ему сообщили, что мать была вынуждена запереться в донжоне, поскольку люди Артура прорвались сквозь стены и внешние укрепления замка. Вскоре после рассвета, когда ничего не подозревавшие Артур и Гуго де Лузиньян ели на завтрак жаркое из голубей, Гийом де Рош с войсками вошел через ворота и атаковал. «Вооруженные напали на безоружных», ввергнув их в замешательство. «После тяжелой битвы король вступил в город»330, и враг был разбит. Осаду сняли, и Алиенора, целая и невредимая, вывела своих людей из западни.
Почти все солдаты Артура попали в плен или были убиты. Его сестру Элеонору, «жемчужину Бретани», также схватили, и она до конца своих дней томилась в неволе. Но самым большим триумфом Иоанна стало взятие в плен Артура, Гуго и Жоффруа де Лузиньянов.
10 августа Артура заключили в темницу замка Фалез в Нормандии. Более двухсот пятидесяти рыцарей, независимо от ранга, были с позором закованы в цепи и в качестве трофеев провезены на запряженных волами повозках по дорогам, ведущим к переправе через Луару, чтобы затем заключить их в тюрьмы Англии и Нормандии. Гуго де Лузиньяна заковали в кандалы в Кане. Это была блестящая и самая значительная победа Иоанна, которая укрепила его позиции, побудив Филиппа отвести войска от нормандской границы.
Лузиньянов вскорости выкупили и освободили после того, как они присягнули на верность Иоанну и сдали крепости, но большинство рыцарей, которых также могли выкупить с выгодой для Иоанна, оставались в кандалах. Из них двадцать два человека погибли голодной смертью в замке Корф. Обращение Иоанна с пленниками вызвало возмущение, и многие сторонники отвернулись от английского короля. Даже Эмери де Туар и Гийом де Рош перешли
