Массена атаковал, как только забрезжил рассвет, и после нескольких часов боя отбросил на левый берег Бренты авангард Кваждановича, Липтая и дивизию Провера, причинив им большие потери в людях и захватив пленных.
Наполеон во главе дивизии Ожеро двинулся за Кваждановичем, потеснил его и отбросил на Бассано. Было 4 часа пополудни. Он придавал большую важность переправе через мост и овладению в тот же самый день городом. Но так как Гогенцоллерн уже подходил, он приказал бригаде из своего резерва выдвинуться вперед, чтобы поддержать атаку моста. Однако батальон в 900 хорватов, оказавшийся отрезанным, бросился в деревню на большой дороге.
Лишь только показалась голова резерва, намереваясь пройти через деревню, ее встретили сильным огнем. Пришлось выдвинуть гаубицы; деревня была взята, и хорваты перебиты. Но это вызвало задержку на два часа, и, когда резерв прибыл к мосту, наступила ночь. Форсирование переправы пришлось отложить на следующий день.
Вобуа получил приказ атаковать позиции противника на правом берегу Авичио. 1 ноября он атаковал позиции Сан-Микеле и Сегонцано. Противник был сильным и храбро оборонялся. Успех Вобуа был неполным, и новая попытка атаки на следующий день тоже была неудачна. Атакованный в свою очередь, он был оттеснен со своей позиции на Авичио и принужден был оставить Триент.
Сосредоточив свои силы, Вобуа занял позицию в Калиано, но Лаудон, маневрируя со своими тирольцами по правому берегу Адидже, овладел Номи и Торболе. Его намерением, по-видимому, было двинуться на Монте-Бальдо и Риволи. У Вобуа никого больше не оставалось на правом берегу, и он ничего не мог противопоставить этому маневру, который, если бы он был выполнен противником, тяжело отразился бы на участи всего его корпуса и всей армии.
Эти известия достигли главной квартиры в 2 часа утра. Больше колебаться было нельзя. Необходимо было спешить к Вероне, находившейся в таком угрожаемом положении, отказавшись от первоначального плана и всякой мысли о диверсии. Ближайшим намерением главнокомандующего было отбросить Альвинци на ту сторону Пьяве, двинуться вверх по ущельям Бренты и отрезать Давидовича.
Полковник Виньоль, офицер для поручений при штабе армии, был командирован для сосредоточения к Вероне всех войск, какие могли встретиться, и для направления их на Корону и Риволи. Он встретил батальон 40-й полубригады, только что прибывший туда из Вандеи, и сдержал первых неприятельских стрелков, выходивших к Короне. На другой день на эту важную позицию прибыл Жубер с 4-й легкой полубригадой, взятой из частей, блокировавших Мантую.
С этого момента больше нечего было опасаться. Вобуа тем временем навел мосты через Адидже, вновь перешел на правый берег и прочно занял позиции Корона и Риволи. Французская армия от Бренты весь день 7-го проходила через город Виченцу, который, став свидетелем одержанной ею победы, не мог уяснить себе этого отступательного движения; Альвинци, со своей стороны, в 3 часа утра тоже начал было отходить, чтобы переправиться через Пьяве, но вскоре узнал от своей легкой кавалерии об отступлении французов. Снова двинувшись к Бренте, он на другой день переправился через эту реку, чтобы следовать за противником.
Наполеон отправился к дивизии Вобуа, которую приказал собрать на Риволийском плато, и объявил ей: «Солдаты, я недоволен вами. Вы не выказали ни дисциплины, ни выдержки, ни храбрости. Вы не смогли удержать ни одну из позиций. Вы предались панике. Вы дали себя согнать с позиций, где горсть храбрецов могла бы остановить целую армию. Солдаты 39-й и 85-й полубригад, вы не французские солдаты. Начальник штаба армии, распорядитесь начертать на их знаменах: “Они больше не солдаты Итальянской армии!”»
Речь, произнесенная суровым тоном, вызвала слезы на глазах этих старых солдат. Дисциплина не могла заглушить их скорби. Многие гренадеры, имевшие почетное оружие, восклицали: «Генерал, нас оклеветали! Пошлите нас в авангард, и вы увидите, принадлежат ли 39-я и 85-я полубригады к Итальянской армии». Произведя, таким образом, желаемое впечатление, Наполеон обратился к ним с несколькими словами утешения. Эти две полубригады несколько дней спустя покрыли себя славой.
IV
Несмотря на неудачи Альвинци на Бренте, его операции увенчались самым блестящим успехом. Он завладел всем Тиролем и всей местностью между Брентой и Адидже. Но самое трудное было еще впереди: это было форсирование переправы через Адидже перед лицом французской армии и соединение с Давидовичем, на пути к которому стоял корпус храбрецов, укрепившихся перед Вероной.
Шоссе из Вероны в Виченцу идет вдоль Адидже, на протяжении трех лье, до Вилланова, где поворачивает под прямым углом налево, направляясь прямо на Виченцу. В Вилланова его пересекает речка Альпоне, протекающая через Арколе и впадающая в Адидже около Альбаредо.
Налево от Вилланова находятся высоты, известные под названием Кальдиерской позиции. Заняв ее, можно прикрыть Верону и ударить по тылам противника, маневрирующего на Нижней Адидже. Обеспечив оборону Монте-Бальдо и вернув стойкость войскам Вобуа, Наполеон решил занять Кальдиеро, чтобы получить больше шансов при обороне и придать своему положению большую прочность.
11-го в 2 часа пополудни армия перешла через веронские мосты. Бригада Вердье, следуя во главе ее, сбила неприятельский авангард, захватила несколько сот пленных и с наступлением ночи заняла позицию у подножия Кальдиеро.
Огни биваков, донесения шпионов, показания пленных не оставляли никакого сомнения в намерениях Альвинци: он готов был принять сражение и прочно утвердиться на этих прекрасных позициях, опираясь своим левым флангом на аркольские болота и правым флангом на гору Оливетто и селение Колоньола.
Эта позиция была хороша в обоих направлениях. Он еще укрепил ее несколькими редутами и очень сильными батареями. На рассвете провели разведку боевой линии противника: ее левый фланг был неприступен, правый, казалось, был слабее. Чтобы воспользоваться этой оплошностью, Массена получил приказ двинуться со своей дивизией для занятия холма, который выступал за правый фланг противника и который по небрежности не был занят последним.
Бригадный генерал Лоней отважно взобрался на высоту во главе отряда стрелков, но слишком выдвинулся вперед и не мог быть вовремя поддержан дивизией, которая, тоже взобравшись на высоту, была задержана оврагом. Лоней был отброшен и взят в плен. Противник, осознавший ошибку, исправил вслед за тем свою позицию.
Не было больше возможности атаковать его с надеждой на успех.
Между тем огонь был открыт по всей линии и продолжался весь день. Хлынул проливной дождь. Земля настолько намокла, что французская артиллерия не могла сделать ни малейшего движения, в то время как австрийская, уже находясь на позиции, вела самый эффективный огонь. Противник произвел несколько попыток атаковать, но получил энергичный отпор.
