редакция включала все фрагменты, вырезанные цензурой при первой, сокращенной публикации романа в журнале «Москва» за 1966–1967 годы.
Персонаж Мастера появился у Булгакова только в 1934 году; до этого писатель называл его Фесей. Феся был специалистом по демонологии и Средневековью. Но главным героем романа все же являлся дьявол. О главной героине в первых вариантах романа сказано всего три слова: «Маргарита заговорила страстно». В 1932 году Булгаков с Еленой Сергеевной приехали в Ленинград, и в гостинице «Астория» Булгаков сказал жене, что хочет вернуться к своему роману. Он не только по памяти восстановил свой прежний роман, но и наделил его новыми персонажами.
Возвращаемся к репетиции. Рюхин – Торд Петерсон – обижен, что его так грубо отчихвостил перед профессором Стравинским коллега по перу Иван Бездомный, назвав «идиотом, балбесом и бездарностью». Сегодня наш Автор – замечательный актер Бьерн Гранат – играет за Бездомного: Юхан Линделль куда-то смылся после обеда. У всех дела!
Любимов рассказывает о поэте и члене МАССОЛИТа Александре Рюхине, прототипом которого послужил поэт революции Владимир Маяковский. Булгаков и Маяковский питали друг к другу нескрываемую неприязнь, но частенько играли вместе на бильярде. Друзья Булгакова вспоминали, что если в бильярдной находился Маяковский, то Булгаков направлялся туда же. Толпа зевак следовала за ним в предвкушении взаимной пикировки. Писатели предвзято относились к друг другу и имели противоположные взгляды на жизнь: один ратовал за революцию, а второй – за эволюцию. Несмотря на явные разногласия и непримиримость политических взглядов, у Маяковского и Булгакова были общие враги: лицемерие, пошлость, мещанство, приспособленчество. Известный актер МХАТа Михаил Яншин, сыгравший роль Лариосика в пьесе Булгакова «Дни Турбиных», сказал по этому поводу: «Они оба боролись за чистоту внутреннего мира человека…»
В одном из писем Булгаков утверждал, что ему «точно известно, что нужно для счастья человека». На первое место он ставил здоровье, на второе – собственную виллу, на третье – автомобиль, а на последнее – деньги.
Режиссер замечает, что на заседание МАССОЛИТа собрались двенадцать литераторов, коллег погибшего под трамваем Берлиоза. У Булгакова написано: «В половине одиннадцатого часа того вечера, когда Берлиоз погиб на Патриарших, в Грибоедове наверху была освещена только одна комната, и в ней томились двенадцать литераторов». Это ли не отсылка к двенадцати апостолам Христа? Пародия на советских писателей – инженеров человеческих душ, как говаривал Сталин. МАССОЛИТ – вымышленное название, которое можно расшифровать как «Московская ассоциация литераторов», а можно как «Масонский союз литераторов», в которой Миша Берлиоз являлся председателем масонской ложи.
Юрий Петрович вспоминает случай, когда после репетиции в Ковент-Гардене мы, проходя мимо Великой масонской ложи, хотели туда заглянуть, но в ту пору женщинам был запрещен вход в ложу, а один Любимов зайти к масонам не решился. Зато теперь при случае я захожу в масонскую ложу выпить в кафе кофе латте с масонским символом циркуля и наугольника из шоколадной крошки.
Миша Берлиоз – Ян Бломберг – знает текст наизусть, играет без запинки, в сценарий не заглядывает. Режиссер уважительно кивает и говорит Яну, что Берлиоз атеист и гордится этим. Когда Воланд пожимает Берлиозу руку, он должен вздрогнуть и подуть на руку, как будто согревая ее от ледяного прикосновения.
Любимов повторяет, что Михаилу Александровичу Берлиозу Михаил Афанасьевич Булгаков дал свое имя и инициалы. Берлиоз тоже родом из Киева, как и сам писатель, но с замысловатой фамилией французского композитора Гектора Берлиоза. По образованию Гектор Берлиоз, как и Булгаков, был медиком. Он сочинил оперу о Фаусте («Осуждение Фауста»), ораторию «Детство Христа», «Фантастическую симфонию», где есть картина с дьявольской оргией, шабашем ведьм, колдунов и чудовищ. Весьма схожая с Великим балом у сатаны картина. Композитор также был одержим темой Фауста. Вспоминая о своих триумфальных выступлениях в Москве и Петербурге, он восклицал: «Ты моя спасительница, Россия!»
Любимов показывает Берлиозу, как надо икать. То ли от удивления, то ли от восторга Берлиоз начитает икать по-настоящему… и не может остановиться; он покраснел и стал забывать слова. «Дайте ему воды», – кричит режиссер, но тут его самого настигла икота. Они оба громко икают, а все вокруг хохочут. Любимов: «Ну вот, режиссер икнул, и вы все слова позабыли. Как я хорошо икнул!» Актеры аплодируют: «Браво! Великолепно поикали!» Любимов раскланивается и рассказывает историю о знакомом скульпторе, с которым случился нервный тик, но как только он пришел в себя и попытался заговорить, то начал хрюкать. Все гогочут, а Юрий Петрович садится на стул и вздыхает: «С актерами шутом гороховым на старости лет приходится быть». Потом он вспоминает, что, когда Сталин хотел понизить в должности кого-нибудь из своих высокопоставленных чиновников, он говорил: «Смотри у меня, на культуру брошу!»
Актеры не понимают, в чем тут фишка, но Любимов уже переключился на Коровьева – Матса Бергмана. Юрий Петрович просит Матса спрятаться, а актер отказывается. «Ну, спрячься, милый, спрячься. Ты же видение, тебя не должно быть видно», – уговаривает актера режиссер. Юрий Петрович бегает за Коровьевым и все показывает.
Аннушка – актриса Кристина Адольфсон – не роняет бутылку с подсолнечным маслом на сцене. К чему иллюстрировать слова Воланда о том, что Аннушка не только купила подсолнечное масло, но и разлила его… Она просто вытрет руки о трибуну – как результат содеянного. Любимов на ходу придумывает точные действия для актеров.
Некоторые из наших актеров полагают, что можно создать спектакль самостоятельно, без режиссера. «Если режиссер пустое место, тогда да», – соглашается Юрий Петрович.
Репетируем дальше. В психиатрической лечебнице во время вопросов, женат ли Бездомный, является ли он членом профсоюза, всем смотреть на Пилата. Кот Бегемот – Клас Монссон – недоумевает: тогда зрители подумают, что вопросы обращены к Пилату. «Так этого мы и добиваемся. Надо задурить публике голову: пусть думают, что Пилат тоже член профсоюза», – радостно отвечает режиссер.
Когда медсестра делает укол Бездомному, ее попка должна дергаться, как только она вкалывает мнимую иглу в задницу Бездомного. Юрий Петрович выбегает на сцену показать, как должна дергаться попка.
Всем актерам громко, с изумлением произнести вердикт болезни Бездомного: «Шизофрения!» Чтобы весь зал понял, что это касается и их.
«Вы реалисты, а я формалист, – вдруг заявляет Любимов, не растолковывая актерам, что он имеет в виду. – Когда изображаешь отрицательного героя, то сам становишься им, раскапываешь из своего прошлого такое, от чего волосы дыбом становятся. Это тяжелейшая психологическая нагрузка». Актеры смеются: «Теперь вы понимаете, каково нам…» Юрий Петрович говорит, что почувствовал себя консультантом по черной магии, когда вернулся на Таганку: «Там такое творилось!»
Напомню, что в
