воспроизводить, «мимикрия» для этого слишком слабое определение, потому что его игра была полна чувствительности, юмора и креативности.
Через несколько недель Сакс в разговоре с Робином стоял в задумчивой позе и тут вдруг заметил, что Уильямс стоит в такой же позе. «Он меня не пародировал, он в каком-то смысле был мной, – рассказывал Сакс. – Ощущение, будто у тебя появился близнец. Нас обоих это встревожило, и мы решили, что нам надо дистанцироваться, несмотря на то, что Робин будет играть свой образ, основываясь на моей личности».
Сакс не мог не рассказывать о Робине с точки зрения неврологии и эзотерики. «Робин может добраться до таких частей разума – сказочным частям с фантасмагорическими ассоциациями, куда многие из нас и не мечтают добраться», – говорил он. Он сравнивал Робина с Теодором Хуком, британским писателем и художником девятнадцатого века, чей дар был в том, что он мог один спеть целую оперу разными голосами. «И для Хука, и для Робина интерес зрителей был важен, – говорил Сакс. – Но у Хука не было внутренней силы – он много пил и умер в возрасте пятидесяти лет. Гений Робина под контролем».
За пять месяцев съемки, которые растянулись до зимы 1990 года, Робин научился справляться с напористостью Де Ниро, который одним своим взглядом мог «прожечь себе путь вплоть до Тасмании». В сцене, где насекомое ползет по столу, Де Ниро брезгливо отпрыгнул, а Робин решил успокоить коллегу и, приставив к ушам ершики, стал изображать таракана. Между ними было гармоничное сотрудничество, даже несмотря на то, что во время съемки сцены, где Сэйер сдерживает Леонардо во время припадка, локоть Робина соскользнул и сломал нос Де Ниро. «И тут мой локоть БАЦ! И его нос сломался как косточка у цыпленка. Вся команда тут же резко засобиралась уходить. Де Ниро же обрадовался, что теперь ситуация исправилась, так как во время съемок в ”Бешеном быке“ ему уже ломали нос, теперь же его сломали в обратную сторону, и наконец он стал прямой! Стало даже лучше, чем было».
Маршалл тоже нашла свой способ взаимодействия с Робином, одной из ее основных задач стало делать так, чтобы Робин не был смешным. Она заметила: «Робин мог так рассмешить Боба, что тот был весь красный от смеха, а Боб ведь должен болеть». Она придумала собственный короткий знак, чтобы показать Робину, что его шутки зашли слишком далеко: она сжимала руку в кулак и приставляла ее к промежности. «Это значило ”Твои яйца“», – объясняла она.
Съемки закончились в феврале, а релиз должен был состояться через несколько месяцев. В это время Робин тесно общался с Саксом. Сакс описал, насколько он оценил созданное Робином сходство с собой: «Вы создали совершенно новый, вполне достоверный и очень трогательный образ. А еще из вас с Бобо вышла отличная парочка, невероятная и абсолютно правдоподобная».
В другом письме Сакс восхвалял чудеса кинематографа, с которым он никогда раньше так близко не сталкивался. Он писал Робину: «Вы – актеры, драматурги – тоже создаете миры, и, несмотря на то что все это вымысел, в них полно правды. Я раньше не был знаком с актерами, да и в театры и кино я не часто ходил, но этот опыт меня изменил (или изменит)».
Незадолго до завершения съемок «Пробуждения» Робин узнал, что его снова номинировали на лучшую роль, теперь в фильме «Общество живых поэтов» – во второй раз в жизни. И опять жестокая конкуренция в этой категории, на этот раз с Томом Крузом («Рожденный четвертого июля»), Морганом Фрименом («Шофер мисс Дэйзи»), Кеннетом Брана («Генрих V») и Дэниелем Дэй-Льюисом («Моя левая нога»), но то, что его во второй раз признали, было для Робина немаловажным фактом и подтверждением, что первая номинация не была случайностью. Когда он узнал, какой удостоился чести, то издал свой собственный варварский клич над крышами Нью-Йорка – вышел на улицу и закричал «О да»!
В общей сложности «Общество мертвых поэтов» было номинировано на четыре «Оскара», в том числе одна номинация за сценарий Шульмана, одна – за режиссуру Уира и одна в категории лучшая картина. 26 марта на церемонию вручения премии была делегирована большая команда из «Поэтов»: Робин с Маршей, мать Робина Лори, продюсер фильма Стивен Хафт с женой Лизой Бернбах. Это была первая церемония, которую вел друг и коллега Робина Билли Кристал, высоко взлетевший после фильма «Когда Гарри встретил Салли». Его присутствие создавало домашнюю, дружескую обстановку на празднике, которая поддерживалась еще и присутствием Зельды, которой к тому времени было почти восемь месяцев, и Мейзи, дочери Хафта и Бернбах, двенадцати дней от роду.
Всем составом они встретили утро в отеле Bel-Air в Лос-Анджелесе, а днем они переместились в отель Omni, чтобы быть поближе к павильону Дороти Чендлер перед началом церемонии. «Вообще мы все собирались уехать из Bel-Air с утра, снять огромный номер и провести там весь день вместе с нашей двенадцатидневной дочкой и Зельдой, вместе с няньками, родителями, парикмахерами, гримерами, стилистами, с Билли и Дженис Кристал и Лори Уильямс. Очень тяжелый день».
Пока кормили детей, а взрослые готовились к выходу, Лори делала последний штрих. «Она не боялась выглядеть чересчур театрально», – говорила Бернбах о матери Робина, которая занималась бегом и играла в теннис, а за несколько месяцев до этого снялась в «Silver Foxes II», программе с упражнениями для пожилых людей, которую вели родители голливудских знаменитостей. «Она носила шляпы, тюрбаны, на ней было много косметики, – продолжала Бернбах. – У нее уже был готов макияж и прическа. Затем она накрутила вокруг седовласой головы нечто, похожее на чалму, и сказала перед тем, как отправиться в павильон Дороти Чендлер: ”Сегодня мы будет кубинцами!“ Это было похоже на то, что сказала бы Лана Тернер. Я еще подумала, что это так очаровательно и так в ее стиле».
Все приободрились, когда Шульман получил «Оскар» за оригинальный сценарий, обойдя при этом Нору Эфрон («Когда Гарри встретил Салли»), Спайка Ли («Делай как надо»), Стивена Содерберга («Секс, ложь и видео») и Вуди Аллена («Преступления и проступки»). «У каждого писателя во время создания фильма должна быть поддержка», – сказал Шульман в своей благодарственной речи, собираясь после этих слов поблагодарить Робина. К сожалению, этим вечером эта награда так и осталась единственной, которую получило «Общество мертвых поэтов»: к удивлению большинства, главная награда ушла к Дэниелю Дэй-Льюису, темной лошадке, сыгравшему роль писателя и художника с церебральным параличом Кристи Брауна в фильме «Моя левая нога». Во время телевизионной трансляции лицо Робина поместили в
