чудить!
Согласно теории Эрика Берна, в каждом из нас живут Внутренний ребенок, Взрослый и Родитель, хотя сама концепция Внутреннего ребенка – часть мировой культуры уже по меньшей мере две тысячи лет. К. Юнг называл его «Божественное дитя», а Э. Фокс – «чудо-ребенок». Это та часть нашей психики, которая извечно полна жизни и сил, творческих порывов и удовольствия. Это наше настоящее «Я» – то, кто мы есть на самом деле.
Внутренний ребенок гениев абсолютно свободен! Благодаря ему у них сохраняется игривость, любознательность и способность к инновациям и даже выходкам, которые свойственны детям. В хорошем смысле «детский» (свободный от стереотипов и взрослых запретов) ум и воображение позволяют им находить новые и нестандартные решения, искать свежие идеи и не бояться экспериментировать, проявляя те самые чудачества и странности. Внутренний ребенок у одаренных людей может проявляться через искреннее и прямолинейное поведение, а также фанатичную приверженность своим увлечениям и интересам. Они сохраняют способность удивляться, радоваться и проявлять любопытство перед сложностями мира, продолжая исследовать его, как истинные следопыты, при этом достигая невероятных высот по сравнению с теми, у кого Внутренний Ребенок обесценен и задавлен внутренним рациональным Взрослым и критикующим Родителем.
В отличие от обычных людей, которые стесняются демонстрировать свои особенности, гении, наоборот, лелеют их и постоянно выставляют напоказ, заставляя окружающих брать с них пример. Так что, если вам необходимо творческое вдохновение и прорыв, воспользуйтесь советом великих – дайте свободу своему Внутреннему дитя. Наше творческое начало и спонтанность – это именно наш Внутренний ребенок. Он живет в каждом взрослом, и когда мы творим, то возвращаемся в детство: становимся азартными мальчишками и девчонками, которые ничего не боятся и на все способны. Мы смотрим на мир широко раскрытыми глазами и жадно ловим все новое.
«Школьные годы чудесные», или Как гении учились в школе
У каждого гения было детство. А вместе с ним и школьные годы, те самые «чудесные», где чудеса чаще всего прятались не в учебниках, а глубоко в голове – там, куда ни один учитель не смог заглянуть. Преподаватели не смогли и не захотели тратить время – ведь они не знали, что, возможно, им предстоит писать биографию будущего великого человека.
Школа – то место, где формально учат всех одинаково, но запоминают одних за «особые успехи», а других – за «особые трудности». И очень часто именно последние оказываются теми, кто потом создает новое мышление, пишет умные книги, рисует иные, доселе неведомые миры и получает благодарственные слова от потомков.
Гении и школа – признаемся, как правило, немного конфликтная пара.
Им скучно, тесно, им не нравится учеба, потому что в это время они мысленно разрабатывают ядерную теорию при помощи пружинки от линейки. Их наказывают за несобранность, прогулы, странные рисунки в тетради по геометрии и за то, что они не похожи на остальных. Но как раз это и есть их инвестиция в будущее. Одни сбегали с уроков, чтобы читать интересные книги. Другие спорили с учителями о гравитации или смысле жизни. У всех был свой способ сказать: «Я здесь, но я – не отсюда».
Так что мы собрали для вас истории. Фрагменты биографий. Маленькие зарубки на школьных партах, которые потом стали именами в энциклопедиях. Посмотрите на них – и может быть, поймете, почему ваше поведение на уроках труда могло быть предвестником чего-то великого.
Знаменитый изобретатель Томас Эдисон проучился в школе три месяца, после чего мать забрала его, так как преподаватели обвинили мальчика в умственной отсталости.
Пикассо не сдал экзамен за начальную школу, и отцу пришлось дать взятку, чтобы его сыну разрешили продолжить обучение. Чтение и правописание были для маленького Пабло непостижимыми тайнами.
В школьные годы гении редко выглядят как гении. Чаще – как странные, рассеянные или вообще неуправляемые дети, от которых устал весь педагогический коллектив.
Вот, к примеру, Исаак Ньютон. В младших классах был тихим и вечным аутсайдером, больше похожим на недосыпающего ботана, чем на будущего великого математика. Но однажды с ним поссорился одноклассник и захотел его унизить. Ньютон так разозлился, что решил наказать обидчика самым изощренным способом: стать лучшим учеником в школе. И стал. От скуки открыл закон всемирного тяготения. Представляете, насколько нужно обидеться, чтобы открыть физический закон?!
Леонардо да Винчи, скажем, вообще по большому счету учился самостоятельно – государство гуманно решило с ним не связываться. В школе он не блистал, латынь не любил, зато мог с детства разобрать все что попадалось под руку: от птиц до механизмов.
Классика придумала красивый термин – «универсальный гений». Во времена Леонардо это называлось просто: «с ним сложно». Он все понимал быстрее всех, но учителей не слушал. Между тем успел изобрести вертолет, анатомировать десятки тел и в промежутке нарисовать «Мону Лизу».
Альберт Эйнштейн научился говорить очень поздно; к девяти годам его речь была все еще довольно медленной. Будущего гения исключили из мюнхенской гимназии за неуспеваемость, и на вопрос отца, какая профессия подошла бы Альберту, директор гимназии ответил: «Неважно, чем он будет заниматься, он ни в чем не добьется успеха».
Жене Эйнштейна приходилось по три раза повторять одно и то же, прежде чем до великого физика доходил смысл ее реплик. Со своей копной седых волос, спутанными усами, дружелюбным, однако отсутствующим взглядом он стал в обществе образом эксцентричного ученого: симпатичного, блестящего, но не от мира сего.
Переходим к Чарльзу Дарвину, который в школе был, как это сейчас модно говорить, «не в системе». Учителя считали его тугодумом, а он просто ловил бабочек. Пока остальные зубрили латынь, Дарвин блуждал по лесам в каком-то счастливом внутреннем диалоге с природой и мухами. Позже именно его «прогулы» превратились в эволюционную теорию, которая перевернула биологию. Как говорится, бабочки не подвели.
А вот вам Бетховен. Поверьте, вряд ли кто-то хотел сидеть с ним за одной партой. У него плохо получалось считать, он писал с ошибками, плохо читал и слыл неуправляемым. Учителя частенько рекомендовали «не тратить время» на этого мальчика. Что он сделал в ответ? Создал девятую симфонию, будучи абсолютно глухим. Видимо, чтобы никого больше не слышать, кроме своей гениальной музыки.
Добавим в нашу коллекцию еще одного героя – Стивена Хокинга. В школе он был ленив до гениальности. Домашние задания сдавал в последний момент, часто оставлял тетради пустыми. «Он будет либо гением, либо безработным», – с грустью говорил его учитель. В свободное от учебы время Хокинг мастерил всякие механизмы, устраивал
