Михаил Кутузов - Тактика победы

Если хотели обойти и сильно атаковать правый фланг противника, следовало совсем отказаться от левого, ничего не иметь между большой дорогой и горами и поставить все наши силы, пехоту и кавалерию, на нашем левом фланге, чтобы иметь там значительные массы, а не разбрасываться на таком большом пространстве. Наконец, отчего было не подождать еще два дня прибытия 12 000 генерала Эссена, который был только в двух переходах от нас и дал бы нам численное превосходство, с которыми нельзя было не считаться?

Или Вейротер был генералом совершенно неспособным составить диспозицию для сражения, или он хотел предать нашу армию – середины нет между этими двумя предположениями.

Я упомяну еще о составе и силе различных колонн и корпусов соединенной армии. По численности она была едва равна французской армии, но по нравственной силе армии не были на одной и той же высоте.

С одной стороны 80 000 человек, истощенных голодом и усталостью, дурно одетых и привыкших бояться своего противника; с другой тоже 80 000, находящихся в полном довольстве.

С одной стороны 60 000 рекрутов, никогда не бывших в огне, а с другой – 80 000 старых солдат, одерживавших блестящие победы, половина которых насчитывала до десяти кровопролитных и славных кампаний.

Дивизионные генералы противника почти все командовали прежде армиями и сделали 15 лет победоносных войн.

Наши корпусные командиры никогда не бывали на войне, и не имели другого опыта, кроме парадов и маневров мирного времени.

Как видно, партии были не равны.

[…]

20-го ноября (2-го декабря) 1805 года, по диспозиции, сообщенной нам генералом Вейротером у Его высокопревосходительства генерала Кутузова в Крженовице, в 2 часа ночи, и копию с которой я получил на биваке в 6 часов утра, я собрал в 7 часов утра мою колонну, бивакировавшую в двух линиях на Праценских высотах, имея правый фланг у деревни Працен, а левый в направлении на Аустерадт; 8-й егерский полк был поставлен вправо от Працена, против Пунтовица; он был снят с кавалерийских аванпостов, близ бивака третьей колонны.

Движение моей колонны было немного задержано кавалерийским корпусом, расположившимся ночью по ошибке на Праценских высотах и возвращавшимся на место, назначенное ему по диспозиции, на правом фланге, близ авангарда князя Багратиона.

Я разрезал эту кавалерию и, двигаясь левым флангом, спустился в следующем порядке с Праценских высот, повсюду очень возвышенных, и в особенности со стороны Сокольница, где они почти остроконечные.

8-й егерский полк под командою полковника Лаптева.

Пионерная рота майора Берга.

Полки: Выборгский, Пермский, Курский мушкетерские, составляющие 2-ю бригаду под начальством генерал-майора Олсуфьева; Ряжский мушкетерский, Фанагорийский гренадерский, образующие 1-ю бригаду под начальством генерал-майора графа Каменского 1-го.

Спустившись на равнину, находящуюся между Праценскими высотами, деревнею Аугест, каналами Аугеста, озером Мельница и ручьем и болотистым оврагом, вдоль которого расположены деревни Тельниц, Сокольниц, Кобельниц, Шлапаниц и проч., я увидал впереди Аугеста первую колонну, под начальством генерал-лейтенанта Дохтурова, при которой находился генерал от инфантерии Буксгевден; она двигалась к Тельницу; так как она стояла биваком вместе с моей колонной на Праценских высотах, то, благодаря этому, теперь я находился не далее 300 шагов от графа Буксгевдена и поехал сказать ему, что третья колонна еще не показывалась; он лишь ответил, что это ничего не значит, и приказал все время держаться на высотах его колонны.

Я подравнял голову моей колонны с таковою колонны Дохтурова. Впереди последней шел австрийский авангард генерала Кинмайера, стоявший биваком впереди колонны Дохтурова, стрелки которого прогнали неприятельских стрелков, находившихся по эту сторону ручья. Мне показалось сначала, что этот авангард слишком далеко выдвинут от головы колонны Дохтурова.

Между тем, все еще не видя третьей колонны генерал-лейтенанта Прибышевского, которая должна была быть правее меня, я послал офицера австрийского генерального штаба, прикомандированного к моей колонне, барона Валленштедта, узнать о ее движении, а сам поехал на правом фланге своей колонны к Сокольницу.

Я не видел больших сил, сосредоточенных против меня, но только некоторые легкие войска и стрелков, которые могли беспокоить мой правый фланг. Я отдалил против них 8-й егерский полк, приказал его 3-му батальону рассыпаться в цепь на моем правом фланге и поддержать егерей гренадерским батальоном Выборгского полка.

Неприятельские стрелки были отброшены; голова колонны Прибышевского показалась (она была задержана тою же кавалерией, которая помешала и мне), и я приказал 8-му егерскому полку и Выборгскому батальону снова стать в голове колонны. Было около девяти часов утра. Между моей колонной и колоннами Дохтурова и Прибышевского были интервалы не более версты и около двух верст от Праценских высот до Сокольница.

Уже прошло около часа, как авангард генерала Кинмайера, присоединившись к голове колонны генерала Дохтурова, атаковал и взял деревню Тельниц. Огонь был довольно оживленный. Следуя диспозиции, я шел между Тельницем и Сокольницем: 8-й егерский полк перешел ручей у конца этой последней деревни, которая очень длинна. За ним следовала голова моей колонны, и в то же время генерал Миллер 3-й с двумя батальонами 7-го егерского полка, образуя голову колонны Прибышевского, атаковал Сокольниц и проник туда.

Легкость, с которою мы проникли в деревни Тельниц и Сокольниц, мне показала (и это мнение потом было вполне подтверждено французскими реляциями), что французские войска, расположенные в начале сражения от Тельница до Кобельница, не были значительны и не составляли даже шестой части 63-х батальонов (более 35 000 человек), их атаковавших; я видел мало орудий, мало линейных войск и мало кавалерии.

Наполеон, всецело поглощенный прорывом нашего центра, направил в 8 часов утра большую часть своих сил к Пунтовицу и Працену и атаковал на марше 4-ю колонну под начальством генералов графа Колловрата и Милорадовича, и только более трех часов спустя после начала сражения французские войска, опрокинувшие эту колонну и их резервы, расположенные у Тураса, Кобельница и пр., подкрепили правый фланг.

Сначала мы имели против себя на нашем левом фланге только слабый отряд в 6–8 батальонов, численностью от 4000 до 5000 человек; но около девяти часов утра маршал Даву, находившийся в монастыре Райерн, в 4–5 верстах от Тельница, прибыл на подкрепление этих восьми батальонов с 4000 человек, назначенными, чтобы атаковать нас или, по меньшей мере, тревожить нас с тыла после того, как мы проникли бы в Турасский лес; но, так как нам это не удалось, он присоединился к войскам, оборонявшим Тельниц и Сокольниц.