нам в этот час боевой…
МИХАЙЛОВ. Полки республики! Полки республики!
ХОР (в отдалении). Новых придут миллионы, станут в незыблемый строй.
МИХАЙЛОВ. В честь годовщины третьей воскликнем: Крым будет наш!
ХОР. Крым будет наш!
МИХАЙЛОВ. Оставим же память в столетьях! Войска! Войска республики, вперед!
КОМАНДАРМ и КОМКОННОЙ. Через Сиваш!»
Несомненно, Булгаков сознавал полную никчемность своего «революционного» либретто. Поэтому в дневнике жены и в булгаковской переписке не найти никаких следов попыток драматурга добиться постановки Ч. м. или огорчения по поводу того, что это либретто так и не было принято. А ведь за другие либретто – «Рашель», «Минин и Пожарский» и «Петр Великий» Булгаков переживал и делал все возможное, чтобы увидеть их на сцене.
Рассказы, очерки, фельетоны, наброски. дневник
«Багровый остров»
Фельетон, имеющий подзаголовок: «Роман тов. Жюля Верна. С французского на эзоповский перевел Михаил А. Булгаков». Опубликовано: Накануне. Берлин – М., 1924, 20 апр. (в рубрике «Литературная неделя»). Б. о. в пародийной форме излагает историю Февральской и Октябрьской революций 1917 г., Гражданской войны и возможной будущей интервенции против СССР, как это виделось русским эмигрантам-сменовеховцам, чьим органом была газета «Накануне» (подробную характеристику сменовеховства и отношения к нему Булгакова см.: «Под пятой»). Сменовеховцы признали советскую власть, призывали эмигрантов сотрудничать с ней, а в случае нападения иностранных держав на СССР встать в ряды Красной армии. Многие персонажи фельетона имеют очевидных исторических прототипов. Вождь и повелитель белых арапов Сизи-Бузи – это последний русский император Николай II (1868–1918), «махровый арап», пьяница и бездельник Кири-Куки – глава Временного правительства А.Ф. Керенский (1881–1970), Февральская революция уподоблена извержению вулкана, т. е. некоему стихийному бедствию, и т. д. Иностранные интервенты представлены героями романов французского писателя-фантаста Жюля Верна (1828–1905). Лорд Гленарван и Паганель взяты из «Детей капитана Гранта» (1867–1868). Сам Багровый остров у Булгакова расположен «под 45‐м градусом» в Тихом океане, точно там, где у Жюля Верна расположен Южный остров Новой Зеландии, у берегов которого чуть не погибли герои романа. Мишель Ардан – это персонаж романов «С Земли до Луны» и «Вокруг Луны» (1865), капитан Гаттерас попал в булгаковский Б. о. из «Приключений капитана Гаттераса» (1866), а Филеас Фогг – из романа «Вокруг света в восемьдесят дней» (1873). Более сложная генеалогия у полководца арапов Рики-Тики-Тави. Его имя – это название рассказа английского писателя и поэта Нобелевского лауреата Редьярда Киплинга (1865–1936), где так зовут симпатичного зверька мангуста. Рики-Тики-Тави у Булгакова пародирует некий обобщенный образ белого генерала, оказавшегося в эмиграции. В дальнейшем, когда в 1927 г. Булгаков написал на основе фельетона Б. о. пьесу «Багровый остров», этот персонаж превратился в полководца Ликки-Тикки и получил черты биографии конкретного белого генерала Я.А. Слащева, послужившего прототипом Хлудова в пьесе «Бег». В связи с такой трансформацией персонажа неожиданное значение, почти пророческое, приобрела сцена убийства Рики-Тики-Тави в Б. о., во многих деталях повторенная в эпизоде убийства Иуды из Кириафа в «Мастере и Маргарите». В пьесе «Багровый остров» Ликки-Тикки, как и его прототип Я.А. Слащев, переходит на сторону краснокожих эфиопов и служит в их армии, т. е. по отношению к белым арапам ведет себя как Иуда. Позднее, в январе 1929 г., Я.А. Слащев был убит, как бы повторив судьбу персонажа фельетона, получившего в пьесе его биографию.
Разговаривает Ликки в пьесе «Багровый остров» так же, как казачий генерал Чарнота в «Беге», также имеющий своим прототипом Я.А. Слащева: «Бетси. Боже, какая у вас сила!.. Но что скажет лорд?
Ликки. Молчать!.. Пардон, мадемуазель. Что он скажет? Он негодяй и грабитель. Одна жемчужина, которую он уволок с Острова, стоит дороже, чем все это барахло, в пять раз. Принимай! (Бросает в окно Тохонге кресла, стол, ковер, картины.)»
И ведет себя здесь Ликки как Чарнота, привыкший грабить неприятельские обозы – полководец в «Багровом острове» прихватывает с собой провизию, мебель и другое имущество лорда Эдварда Гленарвана, а также оружие, которое помогло туземцам разбить интервентов.
Одним из важнейших источников для Б. о. послужил рассказ друга Булгакова, писателя Евгения Ивановича Замятина (1884–1937) «Арапы» (1920), где высмеяна двойная мораль большевиков в отношении насилия в годы Гражданской войны. Повествование у Замятина ведется от лица краснокожих, которые воюют с живущими на одном с ними острове Буяне арапами: «Нынче утром арапа ихнего в речке поймали. Ну так хорош, так хорош: весь – филейный. Супу наварили, отбивных нажарили – да с лучком, с горчицей, с малосольным нежинским… Напитались: послал Господь!» Когда же арапы в свою очередь жарят шашлык из краснокожего, это вызывает совсем другую реакцию: «– Да на вас что – креста, что ли, нету? Нашего, краснокожего, лопаете. И не совестно?
– А вы из нашего отбивных не наделали? Энто чьи кости-то лежат?
– Ну что за безмозглые! Дак ведь мы вашего арапа ели, а вы – нашего, краснокожего. Нешто это возможно? Вот дайте-ка, вас черти-то на том свете поджарят!»
У читателей, знакомых с рассказом Замятина, булгаковский Б. о. должен был вызывать в памяти усиленно насаждавшийся коммунистической властью миф об оправданности и даже благотворности красного террора, который был якобы только реакцией на достойный всяческого осуждения белый террор. И Замятин, и Булгаков сознавали лживость этого мифа. В Б. о. намек на «Арапов» и проблему оправдания красного террора дан опосредованно – через демонстрацию смехотворности просоветской версии истории революции и Гражданской войны.
«Богема»
Рассказ. Опубликован: Красная Нива. М., 1925, № 1. Б. – про-изведение автобиографическое, основанное на истории создания и постановки булгаковской пьесы «Сыновья муллы» весной 1921 г. во Владикавказе и последующей поездки драматурга на вырученные деньги в Тифлис (Тбилиси). Эти же события отражены в повести «Записки на манжетах» (1922–1923). Упоминаемый в Б. фельетон, за который автор получил «1200 рублей и обещание, что меня посадят в особый отдел, если я еще напечатаю что-нибудь похожее» – это, вероятно, «Неделя просвещения», хотя не вполне понятно, какие именно «насмешки» могло усмотреть там бдительное революционное око.
В Б. Булгаков признает написание «Недели просвещения» одним из четырех преступлений своей жизни, наряду с растратой на кино денег, предназначенных на учебник физики, женитьбой на Т.Н. Лаппа вопреки воле матери (к моменту написания Б., в 1924 г., Булгаков с первой женой уже развелся), а также вынужденное заявление в особом отделе, что пьеса «Сыновья муллы» хорошая и для постановки этой революционной пьесы он едет в Тифлис. Характерно, что Булгаков не считает криминалом создание бездарной пьесы само по себе. В «Записках на манжетах» он прямо заявляет, что писали ее «втроем:
