Прошла примерно неделя, и опять служебные дела свели их в телефонном разговоре. Генерал не стал напоминать про антенну, но начальник штаба о своем обещании вспомнил и поинтересовался положением дел. Генерал ответил с прежней нескрываемой грустью. Разговор прервался на несколько часов, а когда возобновился, то начальник штаба строго порекомендовал генералу почаще звонить маме. Генерал тут же позвонил, и мама сурово отчитала его за то, что он переполошил всю белорусскую армию – сам командир бригады приезжал проверять отремонтированную днями ранее антенну, которая была теперь установлена в соответствии с требованиями уставов и ГОСТа на металлической мачте с системой ориентации.
В этом примере, как в капле воды, отразилась разница в исполнительской дисциплине в армии двух братских стран. Российский опыт не позволял генералу даже надеяться, что подобное обещание столь высокого командира вообще не будет тут же забыто, а будет реализовано столь быстро и столь обстоятельно.
Особый период наступил, когда генерал решил построить дачу. Один из друзей организовал ему шикарный участок под Москвой на месте стоявшей в лесу воинской части. Собственная дача была давней мечтой генерала. Моя дача, на которой мы провели немало приятных минут, естественно, стала для него ориентиром, а я его главным советчиком.
Следуя моему примеру, генерал начал с покупки хорошего щитового домика-бытовки с прихожей и комнатой и начал его обживать. Я с готовностью передал ему с трудом сохраненную от постоянных попыток уничтожения со стороны дочери и жены утварь, которая осталась от периода освоения нашего участка.
Все родственники генерала были воодушевлены открывшимися перспективами дачной жизни и стали строить планы по строительству дома. Генерал был счастлив и взволнован. Он говорил, что так повезло ему впервые в жизни.
Но безоблачное счастье оказалось недолгим. Буквально через пару недель его домик вдруг исчез. Сказать, что генерал был удручен, это не сказать ничего. Он был просто сломлен и подавлен, поскольку это событие действительно подтверждало тезис о его фатальной невезучести. У кого еще мог бесследно исчезнуть домик с территории изолированного и охраняемого дачного кооператива. Милиция в решение этого бесперспективного вопроса отказалась вмешиваться сразу, так что генералу предстояло вести расследование собственными силами. Выяснилось, что домик увезла в неизвестном направлении грузовая машина, снабженная краном. Охранник кооператива вывозу не препятствовал, но бдительность проявил и записал номер машины и данные водителя. Последний был из Тверской области.
Неискушенный человек поехал бы в Тверь на розыск пропажи. Но генерал все решил, не выходя из кабинета. Через друзей в МВД он нашел адрес водителя и направил к нему знакомого офицера-юриста из Тверской военной академии. Водитель был так удивлен такому визиту, что сразу во всем сознался и сообщил, что его подрядили доставить бытовку на стройку в Дмитров. Стало ясно, что бытовку он перепутал. Путем опять же длительных телефонных переговоров удалось найти под Дмитровом прораба соответствующей стройки. Прораб тоже не стал отпираться и сознался, что сомнения о подмене бытовки у него возникли сразу, так как домик был совершенно новый и к тому же хорошо оснащенный. Строители в полной мере воспользовались его бытовым оборудованием и инструментом, который был закуплен генералом.
Вскоре бытовку вернули и водрузили на прежнее место. Внешне от этих злоключений она практически не пострадала, но внутри была полная разруха. Ничего полезного не осталось. Генерал пережил утрату стоически, требовать компенсации не стал, понимая всю безнадежность ситуации.
Прежде чем приступить к реализации основного дачного замысла, генерал стал изучать вопрос и советоваться со всеми подряд. Ежедневные дискуссии по выбору проекта, фундамента, забора и подъездных дорожек длились бесконечно долго. Каждый вечер генерал принимал очередное окончательное решение, но уже на следующее утро все начиналось сначала. Через пару месяцев, когда это занятие всем всерьез надоело, генерал все же остановился на конкретном проекте.
Наступил этап реализации. О лесоматериалах и строителях он договорился в Белоруссии. Дело, естественно, обросло многими проблемами, несколько раз откладывалось и срывалось, но, в конце концов, красивые цилиндрованные бревна доставили вместе с опытным мастером, который генералу сразу понравился своей обстоятельностью и аккуратностью. Он создал ему все бытовые условия, и работа закипела.
Генерал был окрылен ожиданием быстрого успеха. Первое время донесения, приходившие со стройки, были действительно обнадеживающими, но постепенно темпы строительства начали спадать, а затем и вовсе все застопорилось. Поступило сообщение, что белорус беспробудно запил. Генерал провел инспекцию и обнаружил мастера в непотребном виде в окружении 12 пустых водочных бутылок. Наступила очередная черная полоса. Мастера отправили на родину, а стройка остановилась. Но и эта трудность была преодолена, и за год дом был построен и полностью оборудован.
Таким образом опыт воинской службы при правильном его использовании имеет большое значение в нашей непростой гражданской жизни.
Глава двадцать первая
Уникальная наука
В шестидесятые и семидесятые годы прошлого века физики были в большом почете, и физическая наука в нашей стране бурно развивалась, привлекая к себе самую способную молодежь. Государство щедро финансировало грандиозные проекты ускорителей, ядерных реакторов, токамаков, научных кораблей, космических станций, мощных лазеров, оптических, нейтринных, и радиотелескопов и т. д. По долгу министерской службы (и из любопытства тоже) я посетил многие из них и познакомился с образом жизни работающих на них ученых, подчас не менее экзотическим, чем сами установки и решаемые на них физические проблемы. Для полноты картины, думаю, стоит предвосхитить эти впечатления небольшим экскурсом в саму физику. Это целесообразно и для придания убедительности следующей главе, посвященной антинауке.
У большинства людей представление о физике ассоциируется преимущественно со школьными задачками про движение грузиков на блоке, нежели с фундаментальной наукой, занимающейся закономерностями возникновения, существования и превращения пространства, времени, материи и энергии.
На пути первооткрывателей законов физического мироустройства многократно возникали гносеологические барьеры, когда приходилось делать выводы, противоречащие совершенно очевидным убеждениям, типа отказа от плоской модели Земли. Насколько устойчивы во времени были такие заблуждения, можно заключить по изумительному рассказу А. Чехова «Письмо к ученому соседу», в котором предельно четко сформулирован основной довод догматика:
