5
Во всяком случае, именно его впервые тщательно задокументировали. В 1841 году Чарльз Макэй написал отчет в тысячу страниц о событиях под названием Memoirs of Extraordinary Popular Delusion and the Madness of Crowds. Это подробный отчет о том, как пузырь появился, рос и лопнул. Труд оказался настолько влиятельным, что его издают до сих пор. Это обязательное чтение для большинства будущих экономистов.
Robert O’Brien and Marc Williams, Global Political Economy: Evolution and Dynamics (New York: Palgrave Macmillan, 2014), e-book.
Stephen Worchel, Jerry Lee and Akanbi Adewole, “Effects of Supply and Demand on Ratings of Object Value”, Journal of Personality and Social Psychology 32, no. 5 (1975): 906–14.
B. B. Cialdini et al., “Empathy-based Helping: Is It Selflessly or Selfishly Motivated?” Journal of Personality and Social Psychology 52 (1987): 749–58.
J. J. Inman, A. C. Peter and P. Raghubir, “Framing the Deal: The Role of Restrictions in Accentuating Deal Value”, Journal of Consumer Research 24 (1997): 68–79.
Это название актуально до сих пор.
Frank J. McVeigh and Loreen Therese Wolfe, Brief History of Social Problems: A Critical Thinking approach (New York: University Press of America, 2004).
Хотя гранит делает Манхэттен непригодным для возделывания земли и многого другого, остров благодаря граниту оказался уникальным местом для того, что стало его фирменным знаком, – для зданий, известных под названием «небоскребы».
Если бы события развивались в том же ключе, то сегодня весь мир говорил бы по-португальски. Но всего лишь через двести лет гонки за пряностями люди произносили фразу «солнце никогда не заходит над Британской империей» почти в каждом месте из тех, где первыми высадились испанцы и португальцы. И что из этого следует? Почему испанцы и португальцы потеряли свои владения и как такая часть земного шара оказалась под властью Британии? Одно слово: драгоценности. Успехи и неудачи Англии и Испании напрямую связаны с жемчугом и изумрудами, о чем вы сможете прочесть в главе 3 «Цвет денег» и в главе 5 «Привет, моряк».
Так голландцы называли всех местных жителей, которых они встречали.
Национальный акт о пробах на золоте и серебре 1906 года.
Так и было, пока на рубеже двадцатого века умный торговец лапшой из Японии не изобрел способ выращивать жемчуг, и жемчужная столица мира навсегда переехала в Восточную Азию. Почитайте об этом в главе 7 «Нитка босса».
Это наиболее распространенный и популярный в то время вид торговых бусин из венецианского стекла и великолепный соперник современных пуговиц.
Это было до контактов с европейцами. Колумб привез стекло, как и европейцы, последовавшие за ним.
ОК, технически это семена.
Очень ядовитое средство, его часто используют для обеззараживания массовых захоронений.
Если вас беспокоит тот факт, что люди ели отравленные известью мускатные орехи, вспомните о том, что они пользовались косметикой, в которой было полно свинца, и пили целебный напиток с мышьяком… Так что, скорее всего, у них было куда больше проблем.
Kathleen Wall, “No Innocent Spice”, NPR Morning Edition? November 26, 2012.
Голконда была первым центром по торговле алмазами в мире, пока примерно 150 лет назад алмазы там не закончились.
На самом деле в нас столько углерода, что компания Life Gem, основанная в 2001 году, готова взять пепел наших кремированных любимых людей и с помощью нагревания и сжатия превратить их в натуральный, пусть и искусственно выращенный алмаз. Я сама задумываюсь об этом. В таком виде я смогу продолжать ссоры и дорого стоить вечно.
A. J. A. Janse, “Global Rough Diamond Production Since 1870”, Gems and Gemology 43, no. 2 (2007).
Ну ладно, признаюсь, я думала.
Bain & Company and Antwerp World Diamond Centre, “The Global Diamond Industry: Portrait of Growth”, 2012.
В 2012 году семья Оппенгеймер продала все свои 40 процентов акций в De Beers Англо-Американской добывающей компании, которой уже принадлежало 45 процентов акций компании, за 5,1 миллиарда долларов наличными. Стоит упомянуть, что Англо-Американская добывающая компания также была основана Эрнстом Оппенгеймером, инвестором De Beers. Поэтому едва ли можно говорить о разделе картеля.
Карл Лысый был таким страстным поклонником ван Беркена, человека, который изобрел технологию, облегчавшую огранку алмазов в новом стиле, что стал его покровителем. Одним из лучших бриллиантов монарха был известный «Санси»: крупный, красиво ограненный бледно-желтый бриллиант, знаменитый до наших дней.
Victoria Finlay, Jewels: A Secret History (New York: random House, 2007), 343.
Курсив автора.
Edward Jay Epstein, “Have You Ever Tried to Sell a Diamond?” Atlantic, February 1, 1982, 23–34.
Модель табачной рекламы «заполучить их молодыми» повторяет рекламу алмазной промышленности, а не наоборот.
J. Courtney Sullivan, “How Diamonds Become Forever”, New York Times, May 3, 2013, р. 23.
Согласно последнему интервью Джерети, в период между великой депрессией и Второй мировой войной, при минимальном росте экономики, американцы готовы были тратить деньги на что угодно, только не на бриллианты. В этом интервью Джерети сказала, что бриллианты и кольца в знак помолвки считались «деньгами, выброшенными на ветер».
A. Winecoff and others, “Ventromedial Prefrontal Cortex Encodes Emotional Value”, Journal of Neuroscience 33, no. 27 (2013): 11032–39.
Что De Beers может сказать в свое оправдание? Хотела бы я это знать…
При написании этой книги я опросила немалое количество представителей ювелирных фирм. Эти интервью были разными. Некоторые нервничали, другие держались настороженно. Кое с кем было очень трудно, зато другие поражали открытостью и стремились помочь.
Никто по-настоящему не ожидал интервью с De Beers. Все знают, насколько это трудно сделать. Компания славится своей закрытостью. Поэтому я просто отправила электронное письмо начальнику отдела по связям со средствами массовой информации. Я объяснила, что пишу о De Beers и мне хотелось бы поговорить с представителями компании об истории De Beers и истории первого кольца с бриллиантом в знак помолвки. На ответ я не надеялась.
Но я его получила. Ответ был очень дружелюбный. Мне позвонила женщина из этого отдела и спросила, о чем, собственно, эта глава. Я дала ей честный, но краткий обзор. Она отнеслась к этому с энтузиазмом, проявила интерес и задала множество вопросов. Я спросила, не могу ли я взять интервью у Стивена Люссье, исполнительного директора De Beers по внешним и корпоративным делам. Он также является президентом De Beers Ботсвана и De Beers Намибия. Женщина ответила мне, что интервью возможно, и предложила встретиться с другими сотрудниками.
И она продолжала расспрашивать меня о «невероятно интересной теме».
Я подождала три недели. Ответа не было. В конце концов я принялась звонить ей по телефону. При каждом нашем разговоре она неизменно излучала энтузиазм. Просто все очень заняты… И не могла бы я прислать им написанную мной главу, чтобы они освежили память? Я терпеливо объясняла, что мне не хотелось бы показывать незаконченную работу и что глава пока не имеет окончательного варианта.
Наконец эта дама сообщила мне дату предполагаемого интервью. У меня были и другие дела в Лондоне, поэтому я села в самолет и отправилась туда. И хотя она назначала мне две встречи в разное время, но я не прислала ей по электронной почте то, что я собираюсь написать о De Beers (я и сама на тот момент этого не знала), она отменила обе встречи в последнюю минуту.
Я отправила ей последнее электронное послание. Моя поездка подходила к концу. Я провела в Лондоне пять недель. Мне нужно было знать, состоится ли все-таки интервью. Мне было сказано, что разговор состоится только в том случае, если я пришлю ей главу для ознакомления и рецензирования De Beers. Никакого интервью не будет, но De Beers пришлет мне свои официальные комментарии. Мне пришлось отказаться. Мне нужно было интервью, а не заранее одобренный пресс-релиз.
Так что же De Beers может сказать в свое оправдание?
Судя по всему, ничего, если только они сами не устанавливают строгие рамки для разговора.
Я была разочарована, но не удивлена. В конце концов, с самого первого кольца с бриллиантом в знак помолвки и до последнего De Beers всегда контролировала восприятие людей: восприятие бриллиантов, восприятие любви, восприятие необходимости.
Поэтому не следует удивляться тому, что компания строго контролирует и восприятие публикой самой De Beers.
