заявлениями пытался в ряде случаев именно «декретировать социализм».
Знакомясь с декретами конца 1917 и начала 1918 годов, мы видим, что в собственность государства передавались в это время не только такие крупные и крупнейшие предприятия, как, например, Путиловские заводы, Невский судостроительный завод, Сестрорецкий металлический завод и другие, но и такие относительно малые предприятия, как Ростокинская красильная фабрика, конфетная фабрика в Екатеринославской губернии, картонная фабрика, меховой завод «ПЛО» и т. п. Рядом с актом о национализации всего торгового флота страны можно было прочесть постановление СНК о национализации небольшой фабрики «Коновалов» в Костромской губернии[162].
Всего с ноября 1917 года по март 1918 года и только по линии центральной власти было принято около 850 актов о национализации и отчуждении предприятий, монополий, целых горных округов и отраслей экономики. Сам Ленин назовет впоследствии все эти действия «красногвардейской атакой на капитал». В результате этой «атаки» в экономике Российской Федерации был создан социалистический уклад. Командные высоты в экономике перешли в руки государства. Однако для управления всеми перешедшими к нему предприятиями новое государство не располагало ни нужным опытом, ни кадрами, а потому работа большинства промышленных предприятий от перехода их в руки Советского государства обычно не улучшалась, а ухудшалась. Это негативно отражалось на отношении города и деревни.
Экономические затруднения отошли, однако, в конце февраля 1918 года на второй план перед угрозой политической и военной катастрофы. Перемирие со странами Тройственного союза кончалось, а советская делегация, вопреки требованиям Ленина, так и не подписала мирного договора на германских условиях. Возглавлявший советскую делегацию Л. Д. Троцкий полагал, что немцы не будут наступать. Однако германские войска на Восточном фронте неожиданно перешли в наступление и стали быстро продвигаться вперед.
В задачу книги не входит описание всех тех драматических обстоятельств, которые были связаны с немецким наступлением, с ожесточенными дискуссиями о мире, который вскоре пришлось подписать, но уже на более тяжелых и унизительных условиях, отчаянно защищая свою точку зрения как внутри партии, так и в рамках коалиции с левыми эсерами. Ленин был тогда, безусловно, прав. Брестский мир был тогда необходим для Советской России – и как временное отступление и как временный компромисс. Нас интересуют в данном случае лишь некоторые политические и экономические последствия Брестского мира.
Мир был необходим для Советской России просто потому, что она уже не была в состоянии вести войну. Прежняя русская армия распадалась, и нужно было время, чтобы ликвидировать этот больной организм и начать создание не только нового общественного строя, но и новой армии, однако и заключение Брестского мира содержало в себе немалые риски для Советской России. Брестский мир осложнял положение Антанты в Европе. Антанта могла теперь, не считаясь с волей Советской России, начать интервенцию с целью создания на востоке нового антигерманского фронта. И действительно, как раз после заключения Брестского мира на севере России началась высадка первых десантов английских и французских войск, а на Дальнем Востоке – американских и японских войск.
Серьезные последствия Брестский мир имел и внутри Советской России. В РКП(б) образовалась активная фракция левых коммунистов, выступавших против Брестского мира. Хотя крестьянство и солдаты в целом, безусловно, выступали за мир, но не только партия правых, но и партия левых эсеров активно выступила против заключения мира с Германией, и это привело к распаду недолгой коалиции большевиков и левых эсеров.
Но так или иначе, а мир был заключен. Остатки русской армии были демобилизованы. Стали возвращаться из немецкого плена сотни тысяч русских солдат, а сотни тысяч немецких солдат стали возвращаться в Германию и Австро-Венгрию. С голодающей России снималась забота о содержании многомиллионной армии, а также военнопленных. Миллионы крестьян и рабочих, одетых в солдатские шинели, могли включиться в полезный труд по восстановлению разрушенного хозяйства страны. С таким же страстным желанием работать в своем хозяйстве вернулись домой и сотни тысяч казаков. Однако не только казаки, но крестьяне коренных русских губерний возвращались домой с оружием в руках. Весной 1918 года русская деревня была полна всякого оружия, включая и пулеметы. Миллионы крестьян приобрели знания и навыки солдат, и они были готовы с оружием в руках отстаивать свои новые права и свою землю. Промышленность могла решительно сократить выпуск оружия и военных припасов и начать перестройку на выпуск нужной стране продукции. Облегчались и задачи транспорта.
Конечно, Брестский мир не только устранил, но и породил немало трудностей. Временно была потеряна Украина. Немецкие войска стали продвигаться в Донскую область, они заняли также Крым и значительную часть Закавказья. Это были тяжелые потери для России. Но если следить за ходом всей Первой мировой войны, то можно предположить, что в этом жадном продвижении на восток состоял один из просчетов немецкого командования. Уже с марта 1917 года германский генеральный штаб бросал свои войска во Франции в отчаянные наступления, но так и не смог одержать решающей победы. Не потому ли, что германская армия, несмотря на Брестский мир, продолжала держать слишком много войск на востоке.
После заключения Брестского мира главной заботой советского правительства было обеспечение промышленных областей страны продовольствием и налаживание самой промышленности на выпуск нужной стране продукции. Все городское население России составляло в 1918 году 28,5 млн человек, или 18 процентов населения империи[163].
Если учесть, что в 1918 году заботы советского правительства ограничивались только территорией Российской Федерации, если исключить также небольшие города в производящих губерниях, которые могли прокормиться за счет местных ресурсов, то главной проблемой для правительства было население городов Нечерноземной зоны; это было немногим более 10 миллионов человек. Обеспечить этих людей хотя бы минимумом продовольствия, но также организовать их рациональный труд на промышленных предприятиях было трудной, но все же вполне разрешимой задачей. Какие главные решения должно было принять советское правительство, чтобы выполнить эту задачу и таким образом начать новое мирное строительство в новой России?
Сегодня – после опыта страшной Гражданской войны, после НЭПа, после большой теоретической работы историков и экономистов, то есть задним числом, пожалуй, можно ответить на этот вопрос. Нужно было наладить учет и контроль всего того, что имелось в стране в целом и в распоряжении советского правительства в частности, то есть всего того, из чего нужно и можно было строить «новый мир». Нужно было прекратить все новые крупные национализации и навести порядок в национализированном секторе экономики. Нужно было активно переводить военную промышленность на мирные рельсы, начав в первую очередь выпуск товаров, необходимых сельскому хозяйству. У государства были товары для обмена на хлеб, но этих товаров было еще слишком мало. Советские бумажные деньги быстро обесценивались и не пользовались доверием у крестьян. В этих условиях нужно было решительно отказаться
