Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 168
Ну, придумал он «Жука» в 1926 году. Ну, придумал его же через пять лет Порше. Ну, наводнили мир этой легендарной машиной – ну и что? Идей у Бэлы Барени было так много, что он на это и внимания не обращал, его буквально сотрясала уже другая гениальная придумка. Представляете: едет автомобиль. Снаружи – как все: колеса, крылья, двери, салон. И вдруг – удар! Лобовой!! Крылья, капот, моторный отсек – в лепешку, а людям в салоне хоть бы что! Да, вся передняя и задняя части автомобиля – амортизаторы жесткого, несминаемого салона, защищающего жизни людей, – вот что главное: жизни людей!
Тогда, сразу после кровопролитнейшей во всей мировой истории войны, со многими десятками миллионов жертв, слышать о необходимости спасения жизней в шикарных автомобилях (!) было, конечно, дико. Но «Мерседес-Бенц», на который тогда Бела Барени работал, потому и «Мерседес», что самые безумные идеи не отвергал, а сначала их переваривал. Переваривал он потихоньку и безопасный автомобиль будущего Барени, заодно прислушиваясь к его громкой, на весь мир звучавшей тяжбе с Фердинандом Порше за «Фольксваген». Но «Мерседес» не вмешивался. И никакие расходы Барени на суды, буквально разоряющие его, не компенсировал: ведь старший Порше был главным конструктором... «Мерседеса» в 1920-х годах.
Но зато, когда Барени суд выиграл, первым поздравившим его был председатель совета директоров «Даймлер – Бенц» герр Фриц Кенеке, приславший такую телеграмму: «Я могу только поздравить вас с решением суда, которое повысило вашу репутацию как конструктора».
Но повышали репутацию конструктора Бела Барени не такие телеграммы, а патенты, патенты, патенты, которые он получал на свои изобретения. На травмобезопасную рулевую колонку последнего поколения, на убирающиеся под капот щетки стеклоочистителя, на сдвижные двери, на плоскую и даже вогнутую крышу, на сайлент-блоки для двигателя – более двух с половиной тысяч патентов принадлежат замечательному конструктору Бела Барени!
Самое интересное, что до конца жизни Барени считал «Фольксваген-Жук» Фердинанда Порше крайне неудачной конструкцией и ждал скорого «провала» этого автомобиля. Он был убежден, что его идею Порше извратил, воплотил не так. Барени вообще называл этот «Фольксваген» неправильным. И мечтал сделать настоящий, правильный народный автомобиль «Фольксваген». Но так и не сделал.
В начале пятидесятых годов был разбит первый опытный «Мерседес» с безопасно сминаемым кузовом, в 1968 году такие, но гораздо более совершенные «Мерседесы» сошли с конвейера, а в 1997 году Бела Барени не стало. Его имя увековечено, конечно, в детройтском Зале автомобильной славы.
Но до сих пор и на «Фольксвагене», и на «Даймлер – Бенц» имя Бела Барени упоминать не любят.
ЗА 110 ДНЕЙ ВОКРУГ ЗЕМНОГО ШАРА НА «МОСКВИЧЕ»
Вспомните, какое сладостное чувство охватывает вас перед дальней дорогой! Если же вспомнить вам нечего, поверьте на слово – охватывает.
А теперь представьте, что вот сейчас вы сядете в машину, хлопнете дверкой, вставите ключ в замок зажигания, заведете двигатель и проедете первые метры... вокруг земного шара!
Представьте, что вы движетесь на восток, и потому каждое утро солнце будет бить вам в глаза, а каждый вечер... тоже в глаза, но уже через зеркало заднего вида.
Представьте, что каждый пройденный километр будет отдалять вас от дома, одновременно приближая к нему. Именно так началось мое кругосветное путешествие прекрасным майским утром 1989 года. И началось оно в Италии, в Риме, в Ватикане, с площади Святого Петра, прямо из-под балкона резиденции папы Римского.
К сожалению, сам папа, как было задумано, на балкон не вышел и в дальний путь нас не благословил: что-то у организаторов-итальянцев с этим делом не заладилось. Зато корреспондентов было достаточно. Мы стояли-стояли, ожидая благословения, давали-давали интервью направо и налево, а потом сели в машины да поехали.
Машин поначалу было двенадцать: четыре «Опель-Кадета» универсала, джип «Исудзу» с кондиционером и лебедкой, джип «Рендж-Ровер», городской английский микроавтобус «Бэдфорд» – это была итальянская группа. Наша – две «девятки», два «Москвича» и микроавтобус РАФ, груженный ящиками с дефицитными тогда российскими деликатесами: крабами, балыком, салями, соками. В легковушках сидели по двое, все остальное пространство было загружено туристским снаряжением, консервами, запчастями и личными вещами. То же имущество располагалось и в специальных герметичных контейнерах, закрепленных в багажниках над крышами легковушек.
В составе итальянской команды, кроме водителей, находились: немец эколог, американская журналистка, две съемочные группы итальянского телевидения, фотограф.
Официальной целью пробега была благородная трескотня типа укрепления мира и дружбы между народами. Нечто вроде девиза было написано на наших бортах: «За 100 дней вокруг света» и тут же наше как бы название: «Караван Колумбов».
В общем, с такой вот помпой мы собрались обогнуть земной шар примерно по сороковой параллели.
А случилась эта первая моя кругосветка неожиданно и просто, как и все великое: вызывает меня однажды главный редактор «Комсомолки» Геннадий Николаевич Селезнев (впоследствии – председатель Госдумы). Прихожу. У него итальянец, в светлых брюках и синем пиджаке с металлическими пуговицами, с массивным золотым перстнем на пальце. Знакомит: «Товарищ Лоренцо Минолли, член ЦК Компартии Италии. Прибыл к нам с идеей автомобильного кругосветного путешествия».
Как я потом узнал, прибыл-то «товарищ» Лоренцо сначала в ЦК КПСС, но, узнав, с чем он прибыл, его оттуда направили в молодежную газету: «Это им по плечу». И если прибыл он в «Комсомолку» всего лишь с блоком «Мальборо» и пятьюстами долларами в кармане, то уходил из нее уже почти что миллионером. Как это? А очень просто – не деньги движут миром, а гениальные идеи.
В конце 1980-х годов весь мир проявлял интерес к «перестройке». «Империя зла» обретала человеческое лицо. Включив в состав нашего «Каравана Колумбов» две итальянские телегруппы, которые снимали от Бреста до Находки все, заслуживающее внимание западного обывателя, передавая в каждом городе «Аэрофлотом» на родину отснятый материал, где он обрабатывался, монтировался, комментировался и распродавался со свистом мировым телеагентствам, «товарищ» Лоренцо Минолли стал миллионером. А почти миллионером он стал, когда увез из Москвы номер «Комсомолки» с моей небольшой заметкой о предстоящем кругосветном пробеге и протокол о намерениях, подписанный обеими сторонами с нотариально заверенным переводом на английский.
А поскольку «Комсомолка» в те годы по тиражу была газетой № 1 в мире (тираж в двадцать один миллион экземпляров зафиксирован в Книге рекордов Гиннесса), то, прибыв в Италию и предоставив гарантии своего грандиозного предприятия, Лоренцо Минолли получил даром или авансом все, что хотел: кредиты, четыре автомобиля «Опель-Кадет» у «Дженерал Моторс», спонсорский бензин по всему миру (кроме СССР) у «ЕССО», полсотни комплектов обмундирования – от трусов до фонариков, ножей и зимних курток – у «Gamba», спонсорские гостиницы мировой сети «Бест Вестерн» и т. д., и т. п.
Наш пробег итальянцы приурочили к двухсотлетию открытия Америки и назвали его «Караван Колумбов». А для большего понта в начале пути мы заехали в монастырь Святых Францисканцев в Ассизи, где торжественно наполнили полулитровую колбу святой землей с тем, чтобы отсыпать ее по щепотке властям тех городов, которые будем проезжать. Символизировать это должно было что-то очень хорошее, иначе бы власти столицы штата Огайо, города Коламбуса, не присвоили нам с моим другом Сергеем Агапитовым звания почетных граждан города и не вручили соответствующие грамоты с золотыми печатями.
(Лишь много лет спустя я узнал, что и в составе итальянцев, и у нас были «специальные» люди: они по ходу пробега брали пробы грунта и воды на радиоактивность, а двое наших молодых парней – «переводчики из МИДа» – их контролировали. Только на двух участках пробега КГБ запретил иностранцам ехать на автомобилях, им пришлось лететь через весь Казахстан – от Алма-Аты до Барнаула – и от Хабаровска до Находки.)
Наша, советская тогда еще, команда состояла из двух представителей «Комсомолки», двух представителей телевидения, одного представителя «Аэрофлота», спонсора пробега, одного журналиста «Правды», двух водителей-испытателей ВАЗа и одного водителя-испытателя РАФа.
Как видите, за рулями наших машин сидели все профессионалы, один был даже мастером спорта по ралли, я был кандидатом в мастера, но как же мы все волновались по дороге из Москвы в Рим перед встречей с итальянской командой! Ну, думаем, выйдут крутые ребята, как сядут в крутые тачки да как заставят нас «пыль глотать»!
Забегая вперед, скажу, что кругосветка перевернула все наши представления и о западных автомобилях, и о западных водителях, и о западных обывателях. Только о дорогах мнение не изменилось – они как были, так и остаются на Западе великолепными. Проехав всю Европу под проливными дождями, все машины как были, так и остались сверкающими, покрытыми лишь едва заметным налетом пыли.
Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 168
