канцлерский суд,{389} генеральный суд и суд адмиралтейства. Первый и второй суды принимают апелляции по делам из судов графства, а также имеют первоначальную юрисдикцию над делами, в которых предмет спора оценивается от десяти фунтов стерлингов и выше или касается права собственности на землю или границ земельных владений. Юрисдикция судов адмиралтейства полностью первоначальная. Высокий канцлерский суд состоит из трех судей, генеральный суд — из пяти и суд адмиралтейства — из трех. Первые два проводят свои заседания в Ричмонде в установленное время, канцлерский суд — дважды в год, генеральный суд — дважды в год, по делам гражданским и уголовным, и еще дважды — только по уголовным. Суд адмиралтейства заседает в Вильямсберге по мере необходимости.
Есть один верховный суд, называемый апелляционным судом, состоящий из судей трех судов высшей инстанции и собирающийся дважды в год в установленное время в Ричмонде. Этот суд принимает апелляции по всем гражданским делам из всех высших судов и решает их окончательно. Но он не имеет права первоначальной юрисдикции.
Если спор возникает между двумя иностранцами из союзной Соединенным Штатам страны, он разрешается консулом этого государства или, по желанию обеих сторон, в обычных судах. Если же таким иностранцем является только один из участников разбирательства, дело подсудно судам штата. Но если дело назначается к слушанию в суде графства, иностранец может перенести его в генеральный суд или канцлерский суд, и там его должны решить на ближайших заседаниях, точно так же, как должны были бы сделать, если бы оно было и начато в этих судах. Если дело касается их жизни и смерти, иностранцы имеют право на суд присяжных, в котором половина жюри — иностранцы, а другая — местные жители.
Все государственные счета улаживаются советом аудиторов, состоящим из трех членов, назначаемых Генеральной ассамблеей, для решения достаточно участия двух из них. Но лицо, не удовлетворенное определением этого совета, может передать свое дело в соответствующий суд высшей инстанции.
Описание законов
Генеральная ассамблея была учреждена, как уже говорилось, на основании грамоты от 9 марта 1607 г., 4-го года царствования Якова Первого. Законы Англии были, вероятно, приняты здесь с согласия поселенцев, которое могло быть достаточно легко получено, пока их было немного и жили они все вместе. Однако у нас нет никакого другого доказательства их принятия, кроме практики их применения, вплоть до 1661 г., когда они были специально приняты актом ассамблеи, за исключением тех, которые из-за «различия условий» представлялись ей непригодными. По этому акту в судах нашего судоустройства стало действовать правило: обычное право Англии и общие статуты, принятые до 4-го года царствования короля Якова, были здесь в силе закона, но последующие статуты в силу не вступали, — «если мы не были в них названы», — говорили судьи и другие приверженцы короны, но — «названы или не названы, не имеет значения», — говорили те, кто мыслил свободно. Нет необходимости пытаться описывать законы Англии, поскольку все это можно найти в английских публикациях. К тем английским законам, которые были установлены здесь актом принятия их легислатурой, с тех пор был добавлен ряд актов ассамблеи, принятых в период монархии, и постановлений конвента и актов ассамблеи, принятых после установления республики. Возможно, стоит отметить следующие отличия от британской модели.
Должники, неспособные выплатить свои долги, но честно отдавшие все, что имеют, выпускаются из заключения и навсегда освобождаются от заключения в тюрьму за свой предыдущий долг. Однако любое имущество, которое они смогут впоследствии нажить, будет подлежать распоряжению их кредиторов.
Бедняки, неспособные содержать себя, существуют на средства от налога с лиц, облагаемых церковной десятиной в их приходе. Этот налог взимается и распределяется в каждом приходе двенадцатью лицами, членами приходского совета — первоначально они избирались домовладельцами прихода, а впоследствии стали замещать вакансии в своем совете по собственному выбору. Обычно это самые рассудительные фермеры, выбранные так по месту жительства в приходе, что каждая часть его находится под непосредственным присмотром одного из них. Они хорошо знают все детали и экономику частной жизни и, чтобы хорошо исполнять свои обязанности, находят достаточно стимулов в своем человеколюбии, в одобрении своих соседей и почете, который дает им их положение. Бедняки, у которых нет ни собственности, ни друзей, ни сил для работы, имеют пансион в домах зажиточных фермеров, которым ежегодно выплачивается установленная сумма. Те, у кого есть возможность кое-как прокормиться самим или у кого есть друзья, оказывающие некоторую помощь, недостаточную, однако, для полного их обеспечения, получают дополнительное вспомоществование, которое дает им возможность с уютом жить в своем доме или в доме своих друзей. Бродяги, явно не имеющие ни собственности, ни профессии, помещаются в работные дома, где их обеспечивают жильем, хорошо кормят, одевают и заставляют трудиться. Примерно таким же образом обеспечиваются бедняки во всех наших штатах, и от Саванны до Портсмута вы редко встретите нищего. В крупных городах, действительно, они иногда встречаются. Обычно это приезжие иностранцы, так и не сумевшие поселиться ни в одном из приходов. До сих пор я не видел ни одного коренного американца, просящего подаяние на улицах или дорогах. У нас легко добыть себе пропитание. Но если, к несчастью, люди оказываются зависимыми от благотворительности этого мира, то милости, оказываемые их собственной округой, настолько достаточны и надежны, что они и не думают отказываться от них, чтобы стать бродячими нищими. Если они болеют, им тоже гораздо лучше находиться в семье хорошего фермера, — где каждый стремится оказать им добрую услугу, где их навещают все соседи, приносящие всякие маленькие гостинцы, какие только может пожелать аппетит больного человека, и которые поочередно дежурят по ночам у их постелей, когда это требует их состояние, — чем в общей больнице, где больные, умирающие и мертвые теснятся в одной палате, а зачастую и в одной постели. Недостатки общих больниц настолько велики, что их никогда не сможет уравновесить то, что дают здесь медицина, лекарства и режим. Природа и хороший уход спасают гораздо больше в нашей бесхитростной жизни, и с меньшими затратами, с меньшими злоупотреблениями. Нам нужен лишь один вид больницы — для трудных случаев хирургического лечения. Польза, приносимая этим искусством, несомненна. Но каждый приход не может иметь способного хирурга. Поэтому для больных, нуждающихся в таком хирургическом лечении, должно быть создано специальное учреждение, но другие больные в него не должны приниматься.
Браки должны заключаться либо по специальному разрешению, выдаваемому первым должностным лицом графства по получении согласия родителя или опекуна любой из вступающих в брак сторон, не достигшей совершеннолетия, либо после официального оглашения
