class="title6">
120. Д. С. Лихачев — А. Л. Гришунину 26 декабря 1980 г.
Дорогой Андрей Леопольдович!
Сердечно поздравляю Вас с Новым годом! От души желаю Вам новых успехов и хорошего Блока.
Ваш Д. Лихачев 26.XII.80
Сочувствую трудностям.
РГАЛИ. Ф. 3288. Оп. 1. Ед. хр. 204. Л. 20. Автограф. На открытке; Ед. хр. 40. Л. 197. Машинописная копия.
121. Д. С. Лихачев — А. Л. Гришунину 8 марта 1981 г.
Дорогой Андрей Леопольдович!
Посылаю Вам копию своего письма А. И. Кузьмину[2656] по поводу Вашего «От редакции». Предлагаемое мной решение вопроса о порядке напечатания единственно приемлемое, если есть в редколлегии члены, не согласные с мнением других.
Надеюсь, что теперь ждать Вам в нашем институте придется недолго. Май — не за горами.
Рукопись Добужинского я читал. Это не так блестяще написано, как «Воспоминания» Бенуа, но все же очень хорошо. Воспоминания не стремятся рассказать всю жизнь, это не автобиография, а дают яркие характеристики отдельным художникам. Они очень все же интересны, и надо их издать, запросив мнение В. С. Кеменова (как мы поступили и с Бенуа).
Рукопись Добужинского, находящаяся у Чугунова, — с поправками и добавлениями рукой Добужинского. В добавлениях можно дать письма Добужинского (некоторые, особенно — Тамаре Платоновне Карсавиной[2657]), также содержащие воспоминания.
С наилучшими пожеланиями Д. Лихачев 8.III.81
РГАЛИ. Ф. 3288. Оп. 1. Ед. хр. 204. Л. 22. Авторизованная машинопись; Ед. хр. 40. Л. 197. Машинописная копия. С приложением копии недатированного письма Д. С. Лихачева А. И. Кузьмину:
«Дорогой Александр Иванович! Я прочел „От редакции“ по поводу статьи трех докторов наук — Лотмана, Успенского и Толстого. Помещать в таком виде ответ нельзя. Я член редколлегии, и я против такого официального решения редакцией такого сложного и ответственного вопроса — как вопрос об издании текстов XVIII в. Никаких официальных и окончательных решений в науке вообще быть не может, если это не указание на какую-то ошибку. Кроме того, в ответе „От редколлегии“ содержится фраза, что издательство не согласилось и не согласится на издание по предлагаемой тремя докторами системе. С каких это пор мы стали рупором мнений издательства? Это неудобно.
Предлагаю решить таким образом вопрос. Статья печатается с указанием: „В порядке обсуждения“. В следующем номере (только так поступить прилично) печатается мнение А. Л. Гришунина, мое и тех, кто пожелал еще выступить: на обсуждении доклада Б. А. Успенского в редколлегии „Литературные памятники“ было довольно много выступлений. К сожалению, протокол не велся, не велась и стенограмма.
Не успел с Вами поговорить на лесковской конференции: было много суеты.
Это свое письмо Вам в копии посылаю Андрею Леопольдовичу Гришунину.
Искренне Ваш [Д. Лихачев]»
(Ед. хр. 204. Л. 23; Ед. хр. 40. Л. 197, 198).
122. А. Л. Гришунин — Д. С. Лихачеву 26 марта 1981 г.
26. III.81. Москва
Глубокоуважаемый и дорогой Дмитрий Сергеевич,
Простите, что задержал ответ на Ваше письмо от 8 III, я почти две недели, пока Вы были в Узком, провел в Ленинграде над рукописями Блока и письмо Ваше получил только по возвращении, 24 марта.
Мне очень горько оттого, что возникли у меня с Вами разноречия, равно как и с Лотманом и Успенским, которых я и люблю, и ценю. Очень прошу Вас не сердиться на меня за мое мнение. Я (как, между прочим, и ряд других в той и другой редколлегии) совершенно убежден, что статья Лотмана и Успенского несостоятельна в научном отношении, п[отому] ч[то] они смешивают орфографию и язык. Недопустимость такого смешения давно уже считается аксиомой в науке. Добавления Н. И. Толстого относительно сербских «аналогий» только растянули статью, не усилив ее убедительности. Спорить с ней, однако, затруднительно, п[отому] ч[то] они скрыли конкретный повод возникновения спора, ссылаются на тексты Феофана Прокоповича[2658] и даже Симеона Полоцкого, тогда как в виду имеют Карамзина. Напечатать Карамзина так, как они хотят, по-моему, совершенно немыслимо.
Мне представляется, что Вас они просто околдовали.
Но раз Вам этот спор неприятен, — я обещал Вам больше в него не ввязываться и не препятствовать ни статье Лотмана, Успенского и Толстого, ни изданию в «Литературных памятниках».
Как получилось, что я контрстатью все-таки написал? — П[отому] ч[то] самое мое неписание оказалось препятствием к печатанию статьи Л[отмана — ]У[спенского — ]Т[олстого] в «Известиях ОЛЯ». Г. В. Степанов и товарищи по редколлегии упросили меня изложить свое мнение, с тем чтобы оно могло послужить отправной точкой для выработки всеми членами редколлегии безымянной сопровождающей статью Л[отмана — ]У[спенского — ]Т[олстого] редакционной заметки. Ни на что большее я не претендую, и моей статьи в журнале не будет.
Предполагалось, что каждый член редколлегии «И[звестий] ОЛЯ» сделает свои добавления, отмены, переработки и т. п. (если моя заготовка хоть в какой-то степени будет принята за основу). Но никто пока, насколько мне известно, ничего такого не сделал, а Кузьмин, который в первую очередь должен был об этом позаботиться, вместо этого преподнес Вам этот материал — статью Гришунина.
Таково мое необходимое объяснение по этому «сюжету» (как любит выражаться А. М. Самсонов).
О Добужинском — поговорим.
В «Виноградовских чтениях» скоро выйдет моя статья «Исследовательские аспекты текстологии»[2659]. Ее пришлось сжать до 13 страниц, изложение получилось тезисным; но тема эта давно меня занимает и представляется значительной. Я исходил из Вашей идеи об общем значении текстологии, не узко-эдиционном.
Защита моя назначена на 11 мая. Оппоненты: Рейсер, Фридлендер (назначен советом), Краснов. Если бы и Вы смогли выступить, был бы я очень счастлив. Для этого, я думаю, Вам совсем не обязательно читать всю диссертацию и т. п. Мы сотрудничаем с Вами около 20 лет. С. А. Рейсер уже написал хороший отзыв. Он предсказывает мне по обстановке в П[ушкинском] Д[оме] 1–2 голоса «черных». Плохих отношений ни с кем из членов совета у меня нет, но в нем есть люди типа, напр[имер], Выходцева, с которым я избегал знакомства, и это нежелание познакомиться, вероятно, было замечено. Кроме того, «отношения» внутри П[ушкинского] Д[ома] могут также сказаться на результатах голосования. Не думаю, что дело может дойти до провала; но естественное предзащитное напряжение я все-таки ощущаю. Поэтому и Ваша поддержка была бы мне очень нелишней.
Желаю всего доброго, дорогой Дмитрий Сергеевич, Вам, Зинаиде Александровне и всей Вашей семье.
Ваш А. Гришунин
P. S. В Отделе рукописей ГПБ я читал огромный и интересный дневник Е. П. Казанович[2660], очень им увлекся, потрясен ее судьбой.
А. Г.
РГАЛИ. Ф. 3288. Оп. 1. Ед. хр. 40. Л. 198–200. Машинописная копия.
123. Д. С. Лихачев — А. Л. Гришунину 31 марта 1981 г.
Дорогой Андрей Леопольдович!
Расхождения в науке плодотворны. Недопустимы нажимы. Вы написали
