Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 70
В августе 1973 года «Оксидентал» уступает Ливии 51 % своих активов, 49 %, оставшихся у нее, гарантируют приличный ежегодный доход. Кроме того, в обмен на этот шаг Триполи платит фирме 136 миллионов долларов — огромную сумму, которая поражает руководителей всех соперничающих компаний, начиная с Бункера Ханта, ультраконсервативного техасского миллиардера, старого соперника Хаммера: совершив тот же шаг, он получает всего лишь 40 миллионов долларов.
Калифорнийская компания получила выгоду от договора, потому что за кулисами один скромный, но влиятельный партнер сыграл свою решающую роль: Советский Союз.
В 1973 году Каддафи очень сблизился с Москвой. В это время Хаммер, личность мифическая для советских руководителей, очень сблизился с Леонидом Брежневым. Он стал «ключевой персоной» экономической советско-американской разрядки. ЦРУ и Агентство национальной безопасности, чьи шпионы и шпионские центры могут поставить на прослушку весь мир, следят за переговорами между «Оксидентал» и Ливией и устанавливают, что объем шифрованных сообщений, которыми обмениваются Кремль и советское посольство в Триполи, как и Кремль и штаб-квартира Хаммера на Уилширском бульваре в Лос-Анджелесе, возрос с начала этих переговоров во много раз.
Однажды вечером на своей вилле в квартале Бел Эйр, в двух шагах от Голливуда, Хаммер, самодовольно улыбаясь, рассказал мне об окончании этих событий: «В 1970 году все меня бросили. Руководители семи крупнейших компаний — восьмая была моей — всего-навсего управляющие, лишенные индивидуальности и смелости. Кроме того, они нас ненавидели — меня, Гетти, Ханта — потому что были обычными служащими, а мы обладали значительными состояниями. Тогда я решил, что они за это заплатят и что я устрою им настоящее землетрясение. Я хотел, чтобы земля горела у них под ногами». Результат превзошел его ожидания.
Затем он перешел к воспоминаниям о фильме «Формула», который наделал в США много шуму. Сюжет таков: один нефтяной магнат, личность инфернальная, роль которого сыграл Марлон Брандо, манипулирует властью, проходит невредимым через эпохи, войны, идеологические потрясения. Автор и режиссер-постановщик признается, что его вдохновил образ Хаммера. Этот последний называет сумму, полученную Брандо за две недели съемок: «Три миллиона долларов». Он раздраженно вскидывает голову: «За эту цену я сам мог бы сыграть эту роль».
6 Волчий аппетит на нефть
В 1967 году нефть обгоняет уголь и становится первым источником энергии во всем мире. В середине 1970-х годов она составляет более половины экономических мировых потребностей человечества, точно — 54 %. Семнадцать лет назад, в 1950 году, она составляла всего лишь четверть мирового потребления энергии по сравнению с 62 % угля. Количество потребляемого горючего перевалило в 1960 году за 300 миллионов тонн, а в 1975-м — за 500 миллионов тонн.
Похоже, что волчий аппетит на нефть не имеет пределов, и с 1960 по 1975 год ее потребление возросло на 16 %. Часть импортируемой нефти, в основном со Среднего Востока, в странах Европы, Японии и США увеличивается с 38 % до 53 %. Эти страны, которые в 1960 году потребляли всего 65 миллионов тонн нефти, купленной за границей, начиная с 1973 года вынуждены покупать 290 миллионов тонн, а еще через пять лет — в разгар так называемого «кризиса» и по «несправедливым» ценам — они покупают 410 миллионов тонн.
«Подчиниться или быть казненным»
14 февраля 1971 года в Тегеране представители компаний подписывают новое соглашение с представителями ОПЕК. Как справедливо пишет об этом британский журналист Энтони Сэмпсон, компании оказались перед простым выбором: «подчиниться или быть казненным». Соглашение о «капитуляции», по мнению многих ответственных лиц, отметило конец принципа «половина — мне, половина — тебе». Отныне страны — производители нефти оставляют себе 55 % прибыли и получают дополнительно по 0,30 доллара за баррель сверх объявленной цены, а в 1975 году эта сумма увеличится до 0,50 доллара. «Впервые, — утверждает один из руководителей организации, — мир обнаружил, что у ОПЕК есть мускулы». Неудача, постигшая компании, частично происходит из-за нового соотношения сил в то время, но также и от выбора людей, призванных вести переговоры от их имени. Это неудачный выбор. Джордж Перси, новый патрон «Эксона», человек безликий, ничего не знает о хитростях и ловушках, присущих переговорам с представителями стран — производителей. Лорд Стратальмонд, новый генеральный директор БП, недавно унаследовал титул своего отца и практически все его функции, поскольку тот в течение многих лет был президентом БП.
В сентябре 1973 года, впервые со времени образования ОПЕК (1960), курс нефти на рынке превысил объявленную цену. Поскольку возникла угроза нехватки нефти, среди арабов распространяется идея использования нефти в качестве оружия. Каддафи, отмечая четвертую годовщину ливийской революции, сообщает о своем намерении национализировать все нефтяные компании и открыто угрожает прекратить весь экспорт нефти в США, если Вашингтон будет поддерживать Израиль. Ричард Никсон в одном телевизионном интервью предупреждает ливийцев об опасности подобного бойкота, напомнив о несчастном эпизоде с Моссаддыком в Иране. В редакционной статье «Нью-Йорк таймс» того времени прямо задавался вопрос: «Может ли быть, что президент США еще не уловил главного? Вопрос заключается не в том, найдет ли нефть рынки, а в том, найдут ли рынки нефть».
8 октября в атмосфере острого кризиса представители крупных компаний встречаются с делегатами ОПЕК в Вене. В тот самый момент, когда они прибывают в австрийскую столицу, египетские войска переправляются через Суэцкий канал и обстреливают позиции израильтян, в то время как Сирия нападает на Голанские высоты. Началась война «Киппур»[21], которая побуждает некоторые арабские страны — члены ОПЕК ужесточить свою позицию.
Двумя главными переговорщиками для «семи сестер» являются Джордж Перси из «Эксона» и француз Андре Бенар, генеральный директор объединения «Шелл». Шейх Ямани, нефтяной министр Саудовской Аравии, первой страны-экспортера из ОПЕК, требует увеличения налогов на продукцию, которое удвоит объявленную цену, подняв ее до 6 долларов за баррель. Нефтепромышленники, придерживающиеся своего строго коммерческого плана, предлагают надбавку в 15 %. Но становится ясно, что конфликт между Средним Востоком и Израилем, защитой которого занимается Ариэль Шарон, будущий премьер-министр, чреват новой угрозой: к вопросу о ценах добавляется введение эмбарго.
Андре Бенар — хладнокровный человек, обладающий скрытым чувством юмора и немногословный. Этот бывший герой Сопротивления, один из чрезвычайно редких французов, возглавлявших нефтяной транснациональный концерн, описал мне несколько месяцев спустя эти драматические переговоры во время одной нашей встречи в офисе «Шелл». Он повредил ногу — «при падении с велосипеда, но я никогда не боялся, — добавил он, — что акции «Шелла» могут тоже упасть». Его рассказ проливает свет на потрясающую и вызывающую тревогу пассивность и бессилие политических деятелей. «Фактически, — говорит он, — в течение тридцати шести часов, проведенных в Вене, мы вели переговоры с представителями ОПЕК всего несколько часов. Остальное время мы занимались составлением и отправкой телексов, чтобы предупредить правительства стран-производителей и требовать от них директив. Мы не добились никакого ответа. Странная вещь: мир казался полностью немым и погруженным в ступор».
Менее чем за два месяца цена на черное золото выросла в четыре раза и потрясла основы юридического, капиталистического и экономического механизма, который в течение полувека нефтяные компании приводили в действие. Они снова обратились к своему вечному советнику, человеку семидесяти девяти лет, сохранившему жизненную энергию, — Джону Макклою. Этот человек, который за двадцать два года до этого освободил Круппа из тюрьмы Шпандау, продолжал работать в своем адвокатском кабинете, находящемся на верхнем этаже нью-йоркского небоскреба, принадлежащего банку «Чейз Манхэттен». Он представлял не только «семь сестер», но также и большинство независимых производителей нефти. Президенты, министры, генеральные директора сменяли друг друга — Макклой оставался, символизируя собой память и постоянство мира бизнеса. Он отправляется в Вашингтон, встречается с Ричардом Никсоном, которому вручает послание своих клиентов. Президент отдает его для рассмотрения Киссинджеру, который, в свою очередь, передает его Александру Хейгу, государственному секретарю. В этом письме особенно подчеркивается, что «любая военная помощь американцев Израилю повлияет самым пагубным образом на отношения, которые мы поддерживаем с арабскими странами — производителями нефти, занимающими определенную позицию». В письме также говорится: «…есть риск, что европейские и даже советские интересы могут вытеснить интересы США в этом регионе на Среднем Востоке и в районе Персидского залива».
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 70
