этом было отражено несколько датских атак. На помощь обороняющимся со стороны Земляничной горы подошла 1-я бригада; около часа дня она атаковала по насыпи, которая пересекает Бусдорфскую низину. На ее пути оказались левый фланг Мёллендорфа и авангард Бонина. Сначала датчанам сопутствовал успех — они смогли занять высоты восточнее низины. Однако затем положение дел изменилось.
Направленный Врангелем офицер не нашел бригаду Бонина у Ягеля, поскольку она в соответствии с изначальным планом уже находилась западнее Клайн-Райде. Два последних батальона во главе с майором фон Штейнмецем, будущим победителем в сражениях у Находа и Скалица[13], только что ушли с Рендсбургского шоссе. Их удалось догнать и направить на Бусдорф. Штейнмец начал наступать вдоль старой Рендсбургской дороги и атаковал правый фланг датской бригады. Датчане по насыпи и низине бежали к Земляничной горе, понеся значительные потери, в первую очередь в офицерах. Рисберг и Лустхаус также были захвачены пруссаками. Здесь погиб командир датчан подполковник фон Магиус, а его преемник оставил северную часть Бусдорфа, которую удавалось удерживать на протяжении трех часов.
Местность южнее Шлей оказалась в результате в руках немцев, и Мёллендорф планировал прервать сражение, поскольку цель дня была уже достигнута. Однако гвардейцы уже ворвались во Фридрихсберг, и прекратить бой не представлялось возможным. Датчане заняли оборону у Готторпского замка и Порохового леса. Их бывшая левая колонна выдвинулась от курятников к кирпичному заводу на западной окраине зверинца, 2-я бригада заняла зверинец, резервная артиллерия сконцентрировалась у курятников. Свежие силы датчан готовились отразить удар.
Прусское командование пыталось остановить свои войска, однако значительная часть приказов вообще не была получена на передовой. Наступление продолжалось, главный удар пришелся на Пороховой лес, поскольку Готторпский замок перекрывал путь сосредоточенным в Бусдорфе и Фридрихсберге частям.
В этот момент было бы весьма кстати появление на поле боя бригады Бонина. Как уже говорилось выше, она двигалась от Ягеля на Хусбю. Записка, которую Штейнмец отправил Бонину, повернув на шоссе, не дошла до адресата. Генерал продолжал маршировать вперед вместе с основной частью своей колонны. Зато приказ продолжить движение по шоссе был получен находившимися в резерве голштинскими частями. Они направились в Бусдорф, и, добравшись до рва, Бонин, к своему удивлению, обнаружил, что в его распоряжении находится не одиннадцать, а лишь три тысячи солдат. Ясность в происходящее внес лишь офицер штаба дивизии капитан фон Делиус, прибывший с приказом наступать на Шлезвиг. Однако для этого было уже слишком поздно, и Бонин справедливо решил, что в этой ситуации будет правильнее атаковать Гросс-Данневерк. Усилить колонну не удалось, лишь позднее к ней присоединилась голштинская кавалерия и одна батарея. После безрезультатного ожидания Бонин двинулся дальше.
Тем временем после долгого боя пруссакам удалось ворваться в Пороховой лес. Противник закрепился в парке на горе Аннетты.
Парк и парковый дворец переходили из рук в руки. В три часа в бой вступили подошедшие голштинцы, однако не добились решающего успеха. Наступление правого крыла сдерживал огонь датчан из замка Готторп.
Генерал Хедеманн решил, что настал момент нанести контрудар. Он выдвинул вперед 2-ю бригаду, занимавшую позиции за зверинцем. Предполагалось, что она через Хусбю охватит фланг немцев, которые будут одновременно атакованы с фронта. Однако ложные известия о том, что противник переправился через Шлей и занял Старый город, вынудили датчан временно оставить замок Готторп и задержали их атаку. В конечном счете они начали наступление в Пороховом лесу, с горы Аннетты и горы Шурберг. В нем приняла участие и слабая 2-я бригада. Попытка наступать полностью провалилась; датчане храбро сражались в обороне, но для атаки им не хватало ни умения, ни твердости. Отбросив противника, пруссаки преследовали его по пятам.
В шесть часов вечера гром орудий раздался наконец и со стороны Хусбю, где генерал Бонин наткнулся на датскую кавалерийскую бригаду. После короткой перестрелки пруссаки ворвались в деревню. Они едва не захватили датскую батарею, однако эскадрон драгун бросился на них и спас орудия. Сами кавалеристы смогли прорваться к прусской батарее Петцеля, командир которой отбросил их во главе конных артиллеристов. Затем эта батарея заняла позицию севернее Хусбю и открыла огонь по горе Шурберг.
Хотя фланговый удар Бонина был нанесен небольшими силами, он вынудил датского командующего принять решение об отходе. Хедеманн перед этим лично наблюдал, как пруссаки атакуют Шурберг. Бонин оказался в конечном счете вознагражден за труды; его появление на самом уязвимом участке вражеской обороны принесло желаемые плоды.
Генерал фон Хедеманн собрал свои войска у Татеркруга, отступление прикрывали 18 орудий. Бонин мог бы воспрепятствовать отходу датчан, однако Врангель счел находившиеся в его распоряжении силы слишком слабыми и остановил наступление. Остальные немецкие подразделения были рассеяны на большом пространстве, к тому же солдаты находились на ногах уже 16 часов. Врангель лично осмотрел с кирпичного завода Кёнигсвилл новые датские позиции и пришел к выводу, что противник намерен оказывать решительное сопротивление. Поэтому он принял решение остаться в Шлезвиге. В восемь часов вечера датские орудия выпустили последние снаряды по зверинцу; после этого сражение прекратилось.
Шум боя был громким, но потери оказались незначительными. Немцы потеряли 21 офицера и 396 нижних чинов убитыми и ранеными. Потери датчан составили 170 человек убитыми и 433 ранеными, кроме того, около 250 солдат попали в плен. Стороны вели в основном огневой бой на местности, изобиловавшей укрытиями, к тому же были вооружены старыми гладкоствольными ружьями. Именно этим объясняются небольшие потери.
Победу, безусловно, одержали немцы, однако они могли бы достичь большего, если бы придерживались изначального плана либо полностью отказались от него в ходе сражения. Половинчатые меры привели к половинчатому результату. Сказались и нехватка боевой подготовки и боевого опыта. Несмотря на то что расстояния были небольшими, приказы терялись, а донесения не поступали; командиры теряли свои войска, а последние не компенсировали это инициативой.
После наступления темноты датчане отошли на подготовленные позиции у озера Аренхольцер-Зе и провели ночь в Идштедтском лесу. Рано утром 24-го они продолжили отход к Фленсбургу, куда направились и подразделения с северного берега реки Шлей. В два часа пополудни датская армия полностью сосредоточилась во Фленсбурге. Поскольку противник не следовал за ней по пятам, сразу же готовиться к обороне не потребовалось.
Врангель планировал выдвинуть вперед контингент Германского союза, еще находившийся у Брекендорфа и Рендсбурга. Эти свежие силы не принимали участия в сражении. Однако в столь серьезных делах, как война, действовать исходя из этикета — значит создавать проблемы. Разумная целесообразность должна играть главную роль. Только в 11 часов утра генерал Халкетт смог пройти во главе своих войск через
