Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 131
носков и огромных ботинок на меху, они одолжили мне здоровенный, неуклюжий и сильно пахучий костюм из тюленьей кожи, состоявший из штанов, парки с капюшоном и пары перчаток. Той ночью ветры злобно завывали за стенами крохотного здания аэропорта, приспособленного также под гостиницу и ресторан, а я почти не смыкал глаз во власти тревог и сомнений, выживу ли в предстоящей экспедиции, на которую сдуру согласился. Вместе с датским коллегой Крисом Мак-Дональдом и Иоахенной с Юлиусом в качестве проводников мы намеревались на собачьих упряжках подняться по замерзшему фьорду в заснеженные горы, окаймляющие ледниковый щит Гренландии, чтобы на себе испытать, как в этом царстве холода выживают коренные жители, гренландские иннуиты. Предполагалось, что под руководством Иоахенны и Юлиуса мы будем охотиться на овцебыков (крупное, заросшее густой длинной шерстью, жвачное копытное), ловить рыбу и ночевать под открытым небом на пронизывающем до костей холоде в рамках документального исследования о влиянии изменения образа жизни на здоровье человека.
В принципе я ожидал, что арктическое сафари потребует от меня напряжения всех моих физических сил. Но вот чего я совсем не мог предвидеть и что стало для меня самым тяжким испытанием, так это необходимость целыми днями просиживать на влекомых собачьей упряжкой нартах. Традиционные нарты иннуитов, qamutik (камутик), имеют в длину около 1,8 м и представляют собой деревянный поддон, к которому ремнями прикручены деревянные закругленные полозья. Ранним стылым утром мы погрузили наши запасы на камутик и закрепили прочными веревками, а Юлиус тем временем поставил в упряжку тринадцать наших взрыкивающих ездовых собак. Они резво взяли с места, и мы на ходу попрыгали в набирающий скорость камутик. Юлиус помещался впереди, правя упряжкой, а мне досталось место сзади. Вроде бы неплохо, да? Сиди себе и сиди. Но реальность грубо исправила эту почти радужную картинку. Шли часы, и, по мере того как мы пересекали заледенелую местность, сидение на нартах делалось все невыносимей. При –34°C дул неслабый ветер, и я коченел от неподвижности. Но куда мучительнее было часами сидеть, не имея упора для спины. Хотя я и считаю себя чемпионом по сидению, свои рекорды я ставлю на стульях со спинкой. И пока собаки неудержимо тянули нас вглубь однообразно-унылого царства льда и снега, моя спина сначала запротестовала болью, а потом от усталости и спазмами. Юлиус, выпрямившись, чинно восседал на передке, а я позади него осел бесформенным кулем, корчась как в агонии, изо всех сил стараясь получить хоть какое-то удовольствие от езды и при этом отчаянно пытаясь сохранять позу, чтобы не вывалиться из нарт в ледяное забвение.
По иронии судьбы я, просидевший чуть ли не большую часть жизни, не очень-то искусен в сидении и частенько читаю в разных источниках, что, видите ли, слишком много времени провожу в этом положении. Как представитель племени белых воротничков, я имею не особо широкий выбор и поневоле сижу за письменным столом, выполняя свою работу. Я и в остальное время много сижу: когда разъезжаю в машине, принимаю пищу, смотрю телевизор. Несмотря на меткое замечание нашего знаменитого поэта-сатирика Огдена Нэша, что «работающим сидя платят больше, чем работающим стоя», день ото дня растущий хор упертых экзерсистов, пеняющих нам за пренебрежение физическими упражнениями, клеймит сидение как бич современной жизни [74]. А один видный врач-терапевт заявил, что стулья «придуманы, чтобы строить нам козни, вредить нам и убивать нас», а «сидение — это новое курение» [75]. По его словам, средний американец просиживает по тринадцать часов в день, что категорически неприемлемо, ведь «за час сидения мы безвозвратно теряем два часа своей жизни». Пусть он для устрашения явно преувеличивает, но другие широко освещенные в печати исследования делают вывод, что в масштабах мира просиживание на месте более трех часов в день повинно в 4% смертей, а каждый час сидения на стуле причиняет организму столько же вреда, сколько пользы дадут двадцать минут физических упражнений [76]. По некоторым расчетам, если один-два часа сидения в день заменять занятиями с легкой физической нагрузкой, например ходьбой, удалось бы на 20–40% снизить уровень смертности [77]. Вот откуда повальная мода на различные конторки и столы с высокой столешницей для работы стоя; вот почему многие люди обзавелись носимыми датчиками или используют смартфоны для отслеживания и ограничения времени, которое проводят сидя.
Если мы хотим всерьез разобраться, как эволюция умудрилась приспособить нас одновременно и к физической активности, и к неактивности, надо понять суть и смысл процесса сидения. И главное, если эволюция старательно приучала нас избегать напрасной физической активности (упражнений), почему отдых на пятой точке действует на нас так убийственно? Действительно ли современный американец просиживает по тринадцать часов в сутки и как это соотносится с обычаями наших предков? Мои компаньоны-иннуиты Иоахенна и Юлиус во время нашего броска во льды Гренландии сидя проводили времени не меньше моего. Охотники-собиратели хадза, когда они на своей стоянке, тоже по многу часов в день сидят без дела за несложными бытовыми занятиями и болтовней или находятся в другой позе, но также не на ногах. Так что опасно для нас: само по себе положение сидя, поза или продолжительность сидения без физических упражнений? В качестве первого шага к осознанию этих и прочих потенциальных опасностей воспользуемся двойными окулярами эволюции и антропологии, чтобы в общих чертах понять, почему, как и сколько мы сидим.
Если вы не сидите, берите стул поудобнее, присаживайтесь и читайте дальше.
Как и почему мы сидим
Много за что я люблю нашу собачку Эко, в том числе за то, что она помогает изобличать мое лицемерие. Когда Эко не гоняет белок, не облаивает почтальона и не гуляет, она — сама лень, отдыхающая часами. Иногда она дрыхнет на твердом полу, но предпочитает нежить косточки на коврах, диванах, мягких стульях и в любых теплых уютных уголках (включая нашу с женой постель). Порой я поддразниваю ее за леность, а Эко молчаливо смотрит на меня и, видимо, думает: «А ты-то чем от меня отличаешься?» Да, я тоже дома чаще сижу в каком-нибудь уютном местечке и, как ни понукаю себя почаще вставать, по сути, мало чем отличаюсь от нашей Эко.
И по очень уважительной причине: сидя меньше устаешь и устойчивости больше, чем на
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 131
