лажают где-то, то моего отсутствующего слуха не хватает, чтобы подловить их на халтуре.
— Мальчики! Я их привезла! Знакомьтесь, ваш поэт и композитор СиСи, он же Крис. Славливаете⁈ И малышка Линда, моя соседка. У них прям реальная любовь… а ну, сыграйте что-то романтичное.
— «Я отымел копа этой гитарой»? Больше у нас про любовь ничего нет! — хохотнул толстый и бородатый барабанщик-мясник. Руки у него толщиной с мои ноги, но угрожающим он не смотрится — скорее, пухлым добродушным медвежонком.
Все музыканты одинаково патлатые, светлокожие, и несколько неухоженные. Футболки в пятнах от пива.
— Избил копа! Избил! — воскликнул худой парень с небольшой бородкой и бас-гитарой — где-то я его уже видел, не помню, где именно. — Ты же помнишь, что нам патрульные сказали, когда мы на первом концерте версию с «отымел» слабали?
— Прогнулись под систему, вот и не звучит, — проворчал автор песни, — малые, я Билли. Не хотите пивка?
Познакомились со всеми, вежливо отказавшись от алкоголя. Нет, я не трезвенник и угроз Елены не испугался, а пиво и вовсе народный айтишный напиток, но дела нужно решать на свежую голову.
— Чувак, твой Трактор — это будущий мегахит! — заявил Гарри, парень с загипсованной лодыжкой, сидящий за синтезатором. — Я бы тебе уже за него тачку покататься дал.
От одного взгляда на его гипс Линда густо покраснела. Ну как же еще четыре бухих рокера разрисуют ногу товарища, как не членами? Я бы очень удивился, обнаружив нечто иное.
Ох, как на него Трейси недобро зыркнула. Как будто я в последний момент переиграю и откажусь песню парням давать. Они мне показались нормальными ребятами, хотя и слегка алконавтами. Или не слегка.
— Ты не подумай, пацан, у нас большие планы, — добавил басист, — как пластинку выпустим и в ротацию на радио попадем — авторские отчисления твои, как по закону. Трейси нас тут всех уже запугала, какой у тебя адвокат крутой.
— Ты, главное, песню нам напиши не хуже Трактора, — добавил Эдди, — а мы с парнями всё сделаем. Гарри, давай, выпиши ему доверенность и еще десяток раз сыграть успеем.
Нормальные ребята. Трушные рокеры.
На оформление обычной записки от руки, что Гарри Доусон доверяет управление своей машиной номерной знак такой-то Линде Ким с ее реквизитами водительской лицензии, ушла всего пара минут.
— Если понравится моя тачка, с удовольствием ее вам продам баксов за пятьсот, — закончил расписываться клавишник. В качестве письменного стола он краешек синтезатора использовал.
Очень привлекательная цена. У меня столько пока нет, но накопится, если доход от уточек не упадет. Пока дерзкое ограбление скорее подогрело интерес к игре на районе, судя по тому, что каждый день стало приходить на несколько долларов больше выручки.
— Крис, если нам понравится, и у меня получится на турнире по Фроггеру, я куплю нам эту машину, — шепнула на ушко Линда. Не хочет нахлебницей казаться.
— Ключи вон, на крючке. Владей, крошка, будь с ней поласковей.
— Песня, — достал я из кармана сложенный вчетверо листок, — нотной грамоты я не знаю и петь не умею, но дайте инструмент, попробую, как смогу, показать ритм.
— Да мы сами не знаем! — хохотнул Томми. Где же я его видел-то? Вот прям знакомое лицо. Может быть, он все-таки стал знаменитым музыкантом в будущем?
Получив потертую акустическую гитару Эдди, я минут пять приноравливался. Сыграл пару аккордов из Эйсидиси и кое-как приспособился. Очень паршиво. Парни считают себя музыкантами, вот пусть и покажут, на что способны. Я-то всего лишь программист.
Глубоко под землей, в мертвом городе спит…
На второй декламации Эдди принялся подыгрывать, уловив ритм. Он на самом деле неплох, раз сумел. На третьей, четвертой, пятой попытках к гитаристу присоединилась и остальная группа. Криво, косо, невпопад, но с каждой итерацией чуточку лучше.
— Шикарно! — Трейси на месте засосала гитариста, прижавшись к нему бюстом. — Крис, ты меня прямо в сердечко стихами поразил! Такой офигенный мрачняк!
Я тоже получил свой поцелуй, но от Линды и в щечку. На публике привязанность она показывать немного стесняется.
И, наконец, главное блюдо дня. «Ford Pinto Wagon» 1977-го года, так назвал Гарри модель одолженной машины в доверенности.
За руль сел сам. Не то, чтобы я не доверял Линде — она неплохой водитель, а всякие глупые гендерные стереотипы про обезьян с гранатами я не поддерживаю. Скорее, прежде, чем доверить источник повышенной опасности близкому человеку, хочу сам убедиться, что с авто все в порядке.
Форд порадовал раздельными, вполне анатомическими сиденьями. Им бы не помешала химчистка, а так — удобно. Завелся с полоборота. Датчик топлива показал половину бака. Свободного места позади столько, что хоть заселяйся. Живем!
Динамика и в самом деле не очень, похуже, чем у «шестерки». Но все же куда приятнее, чем у пикапа «Швейного цеха Ким». Так что не нам с Линдой жаловаться. К габаритам привыкну и получится надежная рабочая лошадка — ездить по делам и в доставшую школу, где мне так-то делать уже нечего.
Рокеры вышли нас поприветствовать, когда мы прокатились вокруг квартала. Даже Гарри на одной ноге доковылял при помощи костылей.
— В субботу, через две недели! В столовой Экономического Колледжа! — объявил басист Томми. — Нам дали пятнадцать минут, еще и другие группы выступят.
— Ты часть коллектива, СиСи, мы твои песни собираемся играть, ты обязан прийти, — потребовал Эдди. — На сцену выпихивать не станем, если стесняешься, но хоть послушаешь!
— Я их притащу! Вот увидите, мальчики, — пообещала Трейси.
Как будто я отказываюсь. Уже говорил Линде, что мы с ней побываем на концерте, а «пацан сказал — пацан сделал».
До Пальмового Оазиса я так и доехал за рулём сам, окончательно убедившись, что Пинто меня слушается, тормоза работают хорошо и поводов жаловаться нет.
— Крис, ну как тебе мальчики, правда, талантливые? — спросила Трейси, которую Елена пригласила к нам на ужин.
— Название только у них не очень. Меня не привлекло, во всяком случае.
— Ой, да! Мне тоже не нравится. Скажу им, чтоб новое придумали!
Ну хоть меня скрипеть мозгами не заставила. Они у меня не гнилые, но лучше поберечь для работы по профилю.
Проводил Линду в парикмахерский трейлер и ночь снова позвала меня. Не кодить,
