в лагере встретил их.
Олег остановился рядом и, скрестив руки на груди, смерил послов оценивающим взглядом. Их наряды выглядели куда богаче, чем у простых воинов. Кожаные пояса, стягивавшие просторные одеяния, были украшены золотыми пряжками.
«Наконец-то приехали. Понятно, от кого, с такими-то поясами», – подумал княжич.
Но вслух произнёс, положив руку на плечо младшего брата:
– Правильно, Ярополк, правильно. Коли гости пожаловали – требуется встретить. – И, обратившись к степнякам, добавил: – Рад вас видеть! С чем пожаловали?
Ханаты, склонив головы, поприветствовали Олега. Один из них выступил вперёд. На его голове, в отличие от остальных, была высокая медвежья шапка – видимо, знак старшинства. На смуглом и узком тщедушном лице не было никакой растительности, кроме длинных, жидких усиков, покачивающихся на ветру.
Подняв чёрные, непроницаемые глаза на княжича, посол несколько секунд пристально изучал его. Затем, будто по команде, широко улыбнулся, обнажив кривые, жёлтые зубы, и заговорил высоким, гнусавым голосом:
– Здрав будь, славный княжич Радонии. Моё имя – Тулускай, мы, – ханат развёл руки в стороны, – посланцы хана. Милостивый Угулдай, владыка Великой Степи, изволил пригласить тебя сегодня, после полудня, на пир по случаю праздника Полуцикла, где ты сможешь обсудить с ним цель своего визита.
Улыбка Тулуская растянулась так широко, что и без того узкие глаза ханата почти исчезли. Теперь он походил на кота, щурящегося от удовольствия, греясь на солнце.
Олег молчал. Его несколько удивили столь учтивые манеры послов. В отличие от нукеров, они старались соблюдать приличия, признав в нём знатного человека. Склонённые головы, вежливый тон, улыбка – всё это пришлось горделивому княжичу по душе.
«Видимо, даже хан понимает, что столь долгое ожидание не по чину наследнику государя, потому и велел быть мягче», – с удовлетворением отметил он.
– Рад знакомству, Тулускай! Передайте Великому хану мою благодарность, – сдержанно ответил Олег, стараясь сохранять достоинство. – Обязательно прибуду!
Посланцы закивали. Тонкие, почти прозрачные усы вестника задрожали, потревоженные резким движением головы.
«Усы, как у сома́», – пронеслось в голове у Ярополка, и маленький княжич прыснул, представив, что под алым одеянием ханского посланца скрывается скользкий рыбий хвост.
Тулускай, услышав смешок, резко повернулся к мальчику. В одно мгновение улыбка исчезла с его лица. Чёрные, пронзительные глаза вспыхнули горячей злобой, прожигая парня насквозь.
По спине Ярополка пробежали мурашки. Он тут же перестал смеяться, отшатнувшись назад будто от жаркого огня. Ещё мгновение ханат сверлил его взглядом, затем, как ни в чём не бывало, опять повернулся к Олегу, снова расплывшись в улыбке. Повисла тягостная пауза.
Тишину нарушил старший княжич:
– Я привёз дары из своих земель. – Он обернулся и указал на телеги, что дружинники поставили в центре лагеря. – Взять ли мне их с собой на ханский пир, или у вас иначе принято?
– Бери, – ответил Тулускай, не переставая улыбаться. Однако его чёрные глаза оставались холодными и цепкими. – Великий Угулдай, властитель земли и неба, будет рад твоим щедрым дарам.
Часть 3. Цель и средство
Глава 1. Среди рабов и хозяев
– Возьми меня с собой, братец! – уже битый час умолял Ярополк, не отходя от собирающегося Олега.
Княжич стоял в шатре, готовясь ко встрече с ханом. Аккуратно сложив серое походное одеяние, он достал наряд для церемоний – бирюзовый княжеский плащ и пояс, расшитый серебряной нитью. Пряжку, застёгивающую яркую накидку на плечах, украшал знак Радонского княжества – чайка, раскинувшая в полёте крылья. Олег переоделся и принялся деловито расправлять складки на небесного цвета ткани.
Он ощущал странное возбуждение, сменившее прежнюю злость. Да, поведение нукера его оскорбило, но послы вели себя гораздо уважительнее. Возможно, он ошибся, изначально восприняв отношение хана к себе как пренебрежительное. Нукер был груб? На то он и воин. Трудно ждать обходительности от служивого человека. Его дело – приказы, а не разговоры. Особенно если этот человек – ханат. Они – дикий народ, стоит лишь вспомнить, что степняки творили во время нашествия… Сейчас важнее другое – Угулдай, наконец, согласился его принять.
Томительное ожидание подошло к концу.
Перед глазами Олега вставала картина – он восседает на Речном престоле. Бояре, включая Тимофея Игоревича, кланяются, заискивающе улыбаются, рассчитывая, что сумеют и дальше, как было при его отце, попирать княжескую власть и божий закон.
В толпе придворных кротко стоит Ирина, осознавшая, какую ошибку совершила, выйдя замуж за посадника. Олег спокойно смотрит на их подобострастные лица. Пока они надеются, он уже знает: их жизнь не будет прежней. А у многих и самой жизни вскоре не останется.
Наследник престола усмехнулся своим мыслям. Его час пробил. Домой он вернётся князем.
– Олег, ты слышишь? – Брат резко дёрнул его за полы плаща. – Возьми меня с собой!
Мужчина сбросил пелену грёз. Повернувшись к Ярополку, он взял его за плечи и опустился перед мальчиком на одно колено.
– Нет, брат, извини, но тебе лучше остаться в лагере, – мягко улыбнувшись, ответил он.
– Но почему? – воскликнул парень. – Мне так же, как и тебе, надоело сидеть здесь без дела! Наконец-то выдалась возможность увидеть что-то интересное, и ты оставляешь меня тут? Возьми, ну пожалуйста!
Олег не хотел брать брата с собой по нескольким причинам. Во-первых, зная его непоседливый характер, мужчина опасался очередной выходки, подобной смеху перед послами. Не хватало ещё, чтобы важный разговор оказался испорчен случайной нелепостью.
Кроме того, старший княжич беспокоился, что Ярополк может повлиять на впечатление, которое он стремился произвести. Что это за князь, в свите которого дети? Мужчина, вынужденный возиться с ребёнком даже в таком важном деле, – не государь, а нянька. Нет, сегодня всё должно быть идеально.
Но мальчику он ответил другое:
– А кто останется в лагере? – Олег положил ладонь на русую голову Ярополка. – Ты ведь знаешь, что в моё отсутствие здесь ты старший.
– Но… – попытался было возразить тот.
– Нет, – встав, твёрдо осадил его старший брат. – Ты не поедешь.
Парнишка насупился, скрестив руки на груди. Мужчина, заметив обиду на его лице, сменил гнев на милость. Он улыбнулся, провёл тыльной стороной ладони по его щеке и произнёс:
– Не переживай, скучать больше не придётся. Завтра нас здесь уже не будет.
Ярополк вздохнул, поднял глаза:
– Хорошо бы! Пусть Владыка пошлёт тебе семь благословений, брат. Возвращайся скорее!
Замолчав на мгновение, он вдруг шагнул вперёд и крепко обнял Олега, изо всех сил обхватив его тонкими детскими руками.
– Ну всё, всё, – смеясь, сказал старший княжич. – Ненадолго ведь прощаемся. Пора отправляться. Из лагеря не выходи! Вернусь либо сегодня вечером, либо завтра утром, если хану будет
