живущие на транзитные пошлины да доход с любителей экстремального туризма.
Дыры, в которых не спрятать несколько сотен солдат с одним лицом на весь модельный ряд.
Единственной более-менее заселённой планетой из живущих на доход с транзита, известной Чимбику, была планета Заббалин, более известная как Помойка. Основным занятием её населения была работа на предприятиях по переработке и утилизации мусора, привозимого из пространства Доминиона. На гигантской свалке хватало укромных щелей, но превращаться в помойную крысу сержанту не хотелось. Да и близость к Доминиону означала быстрый конец репликантской вольницы.
Были ещё независимые группы колоний, вроде Союза Первых, пока не поглощённые Доминионом. Но Чимбик не знал ни где они находятся, ни что собой представляют. Возможно, если он с братьями захватит корабль-«пробойник» и выпытает у экипажа координаты оставшихся независимыми систем…
Вот только кто пустит репликантов на бесценный «пробойник»?
Нужно искать убежище, пусть и временное, максимально близко.
Тиамат. Да, это не Китеж с его понятной структурой и простором для работы наёмниками, но на планете, полной смертельных опасностей, репликанты с их навыками тоже будут, как говорят люди, «ко двору». Да и в случае продолжения конфликта с Доминионом уже на территории Тиамат, репликанты пригодятся как весьма и весьма весомый аргумент на поле боя.
Понимать бы ещё, примут ли их в мире смерти?
Можно, конечно, попробовать поселиться в сельве самовольно — вряд ли кто-то будет устраивать военную экспедицию в смертельно опасный лес. Да и зачем? Сельва сделает всё сама — при всех своих навыках репликанты не знают лес так, как местные. А значит, будут нести бессмысленные потери от агрессивной среды и местных болезней. Запасы доминионских медикаментов рано или поздно иссякнут, а пополнить этот ресурс будет попросту негде.
Словно подслушав мысли сержанта, Блайз спросил через имплант:
«Садж, придумал, как уговорить наших дезертировать?»
«Как раз занят этим, — ответил Чимбик. — Перебираю варианты. Найду оптимальные — обсудим».
«Принял», — Блайз отключился.
Улучшенный слух сержанта уловил звук знакомых шагов в коридоре. Опять пожаловал капитан Нэйв, причём один. Интересно, что ему нужно?
— К нам гость, — опередил Чимбика Блайз.
В двери постучали — действие, одновременно удивляющее сержанта своей бессмысленностью и в то же время приятное. Редкое явление: кто-то проявляет уважение к личному пространству репликантов. Мелькнула даже мысль крикнуть «Нельзя!», чтобы проверить — уйдёт контрразведчик или нет? Мелькнула и тут же пропала: вряд ли капитан Нэйв явился просто так, поболтать.
— Войдите! — сержант крепче обнял Эйнджелу и с интересом уставился на вошедшего в комнату «контрика».
— Добрый день, — поздоровался Грэм, усаживаясь на свободный стул.
Он посмотрел на Эйнджелу, задержал взгляд на её руках, покрытых полосками незагоревшей кожи, и отвёл взгляд.
— Здрас-с-сте, — развязно поздоровался Блайз. — А где ваша тень? Виноват, лейтенант Дёмина.
— Занята, — коротко ответил Грэм. — Сержант, мисс Эйнджела, я, собственно, к вам. Старшина де Силва попросил передать вам приглашение на его свадьбу. Завтра, в восемь утра.
— Я смотрю, тут насыщенная светская жизнь! — восхитилась Свитари. — То визиты гостей, то приглашение на свадьбу…
Она склонила голову набок и капризно надула губки:
— А почему нас не приглашают? Я обожаю вечеринки!
— Я помню, чем обычно заканчиваются вечеринки с твоим участием, — напомнил Нэйв. — Так что извини. Кроме того, пригласили сержанта как принявшего участие в спасении невесты.
— Мы с Эйнджи, вообще-то, спасли весь город! — напомнила Свитари.
— И в благодарность за этот подвиг ты со своим… — он запнулся, видимо, не понимая, как обозначить Блайза, — другом развлеклась в квартале удовольствий. Теперь ваша очередь поскучать на гауптвахте.
— И вы позволите нам пойти? — недоверчиво спросил Чимбик.
Он всё ещё не мог поверить, что контрик вот так спокойно выпускает пленников погулять в город.
— Вы же не сбежите без брата и сестры, — едва заметно улыбнулся Нэйв.
Сержант согласно кивнул, поняв разумность такой позиции.
— Ну и, если примете приглашение, — добавил Нэйв. — Видите ли… Эйнджела, там будет орава зверья. Ты же знаешь тиаматцев…
И виновато развёл руками.
Чимбик ощутил, как Эйнджела напряглась. После посещения гауптвахты саблезубом, она рассказала сержанту о том, как на «Иллюзии» устраивали бои между тиаматскими хищниками, а нередко и скармливали им особо провинившихся рабов. Причём иногда такое зрелище устраивали по желанию клиентов. Чимбик и сам видел такое во время подготовки к захвату станции. Но одно дело — наблюдать со стороны, а другое — быть одним из тех, кто может стать обедом для жуткой твари из мира смерти.
При любых других обстоятельствах сержант ответил бы на приглашение отказом. Зачем бередить старые воспоминания и кошмары Эйнджелы? Но сейчас он искал выход для братьев, и праздник — отличная возможность присмотреться к тиаматцам, завести разговор об отношении к чужакам, желающим осесть на планете. И ему, всё ещё не слишком хорошо понимающему людей, нужна была помощь эмпата.
— Я бы хотел пойти, — сказал он, глядя на Эйнджелу. — С тобой.
Она удивлённо свела брови, то ли не ожидая от репликанта интереса к человеческому празднику, то ли недоумевая, почему он зовёт её навстречу страху.
Чимбик готов был услышать отказ, но Эйнджела, помедлив, кивнула:
— Если ты хочешь — я пойду.
Сержант молча прижал её к себе, досадуя на собственное косноязычие. Блайз бы наверняка нашёл подходящие слова, чтобы выразить благодарность, но Чимбик так не умел. Хорошо, что Эйнджеле и не нужны его слова.
— Тогда до утра, — Грэм хлопнул себя по коленям и встал.
— Привет маленькой злюке, — ухмыльнулся Блайз.
Нэйв на короткое мгновение замер, выдержав театральную паузу, и с явным наслаждением выдал:
— Заткнись, Блайз.
И вышел под общий хохот. Громче всех смеялся сам Блайз.
Планета Идиллия. Город Зелар, комендатура — ПВД тиаматского батальона
Когда Чимбик под руку с Эйнджелой вышел из комендатуры, то сразу увидел Нэйва и его «тень» — лейтенанта Дёмину. Вокруг их ног в погоне за бабочкой крутился вихрь из рыжего в чёрных пятнышках меха, опознанный сержантом как детёныш саблезуба.
— Привет, — Нэйв взмахнул рукой. — Прости, Эйнджела, но мне без него… — капитан показал на резвящегося котёнка, — …нельзя: это мой фамильяр. Но ты не бойся, он совсем котёнок и очень ласковый.
Маленький саблезуб попытался оглянуться на незнакомых людей и тут же полетел кубарем, запутавшись в собственных лапах. Неуклюжий пушистый зверёк выглядел безобидно, и Эйнджела немного расслабилась. Но руки Чимбика не отпускала.
— Я думала, что фамильяры — это только для тиаматцев, — произнесла она.
— Как видишь, есть исключения, — подмигнул капитан.
Котёнок между тем разобрался с лапами и, ловко увернувшись от попытки Ракши взять его на руки, подбежал познакомиться поближе. Брюки Эйнджелы моментально покорили его
