там без меня. Только, это между нами.
Миша понятливо кивнул.
— Во! Этот рынок что ли? Людно сегодня, — пятачок стихийного авторынка по случаю выходного дня и правда был нехило запружен машинами и народом. Хотя, не то что до «Рижского», даже до нашего долгопрудненского продовольственного рынка по размерам и размаху лобненское гнездо капитализма не дотягивало.
— Чиж, машину покарауль. Мы с Мишей пойдём Митяя поищем.
Поиски успехом не увенчались — Митяя ни на точке, ни в «Чебуречной» не было. Но не зря на Руси говорят, что язык до Киева доведёт. Выяснилось у местных спортивного вида ребят, что пахан их изволит тренироваться в их местной школе бокса. Взяв адрес, туда мы и двинули, долго петляя по дворам в поисках нужного двухэтажного здания.
— Кажись, тут! О! И табличка висит, — посмотрел, прищурившись, через лобовуху, Чиж.
— Ну, погнали, пацаны! Посмотрим, что за кадры готовят в Лобне.
Открыв входную дверь здания, мы попали в небольшое прямоугольное помещение с рингом по центру и развешенными тут и там всевозможными снарядами и грушами. Левее от входа была прямоугольная арка, которая объединяла зал для занятий боксом с тренажёркой, точно такого же размера и конфигурации. Там же был вход в раздевалки и душ.
— У нас просторней, — с превосходством цыкнул Чиж.
— Зато пахнет так же. Пот, кожа и хлорка, — добавил я. А нам навстречу жиганской прыгающей походкой вышел совсем юный на вид пацан в спортивном костюме и с тонким носом буквой «Г»:
— Э! Вы чьих будете? — спросил с вызовом в голосе он.
— Своих мы будем, — улыбнулся я. — К Митяю в гости.
— Слышь, Копейка, охолонь, нна! Это ж с тобой на стрелку гоняли? Студент? Верно? — подошёл светловолосый парень лет тридцати и протянул мне руку. — Саня Соколов я. Можно Сокол, нна.
Парень повернулся к своему младшему товарищу и шуганул его:
— Чё стоишь? Дуй на второй ярус к Митяю. Скажи, Слава Студент приехал, нна.
— Да я чё? Я щас! — закивал пацан и быстро свалил, только его и видели.
— Ничё так устроились вы. Народу только мало что-то, — кивнул я в зал, где и правда занималось человек пять. Да и в тренажёрки тоже не сказать, чтобы было много людей, судя по шуму, — и тренера не видать.
— Так выходной день. Самая работа. Кто где, на. Мы так-то тоже скоро двигать собирались, — объяснил Сокол, — а тренером тут сам Митяй. Официально, нна. Шито-крыто!
— Чё за пацаны это, Сань? — с ринга спрыгнул парень среднего роста с короткими тёмными волосами, широко посаженными глазами и щёткой тёмных усов под носом. — А! Студент? Видел, видел тебя, — хмыкнул он одобрительно, хотя уважительным этот хмык назвать было трудно. Сквозило в нем что-то непонятное, негативное.
— Это Женя Жук, — представил нас Сокол, и мы пожали руки с новым знакомцем.
Тот почему-то решил, что отличной идеей будет мою ладонь пережать. Но я ответил той же монетой, спокойно при этом глядя в его глаза. Неизвестно, чем бы кончилось это соревнование, если бы не басовитый оклик вошедшего в зал Митяя.
— Студент! Вот ты и добрался до зала, а? А помнишь, кто-то обещал мне спарринг?
— Я вообще-то по другому делу здесь.
— Чё, зассал? — пренебрежительно хмыкнул Жук, отпуская наконец мою руку. — Не бойся, не обидим.
— А ты точно меня с другом своим каким не перепутал? — приподнял я вопросительно бровь, глядя на усатого парня, — Я вроде сюда по делам серьезным приехал, а не чьи-то детские комплексы выслушивать.
— Чёёё? — остолбенел Жук, и было дело, двинулся в мою сторону, набычившись, но крупная рука Митяя встала шлагбаумом на его пути:
— Ша, Женёк! Остынь! — посмотрел он на своего друга, а потом на меня. — Слышь, Студент, я без претензий, но может, реально побоксируем? Раз уж случай такой выпал.
— Перчатки, шлем и капа найдутся? — спросил я, скинул куртку на руки Медвежонка, а следом стащил через голову свитер и майку, оголяя торс под довольные улыбки лобненских. Еще бы! Ща их старший даст звиздюлей заезжему выскочке! Отказываться от дважды озвученного на людях предложения я посчитал глупым, это волки. И мыслят они довольно примитивно. В случае отказа просто перестанут уважать.
— Вот это дело! Копейка, в тренерскую сгоняй за новой капой, у меня там в шкафу. Сокол, подбери чё по шлему и перчаткам, — ухмыляясь отдавал распоряжения Митяй и, довольный устроенной им суетой, расстегнул олимпийку и стащил с себя майку, оголяя мощное крепкое тело с бурной растительностью на груди.
Вообще, от спорта в предстоящем спарринге было мало чего. Олег и выше меня ростом, и тяжелее килограммов на пятнадцать. А с учётом возраста был наверняка если не мастером, то КМС точно.
— Держи, Студент! — протянул мне резиновую капу, прибежавший назад Копейка, а Сокол подошел и вручил бинты, тёмно-коричневые перчатки на шнуровках и шлем. Я подозвал Чижа, и тот помог мне экипироваться, после чего мы с Олегом отправились на ринг.
— Фору даю тебе. Ты всё-таки малой еще, — объяснил Митяй тот факт, что не надел на себя шлем. — Ну чё, готов отхватить, Студент?
— Ты лучше сам голову береги, — улыбнулся я, отправляя в рот, зажатую между зубов капу.
— Шрамы украшают мужчину! Бокс! — крикнул Митяй после того, как Копейка ударил в гонг, и выставил перед собой руки.
Стоило начаться бою, Олег тут же прыгнул всем корпусом в мою сторону. Впрочем, это была обманка, так парень хотел меня шугать, но на всякий случай я сместился в челноке немного назад. В таком поединке, где соперник превосходит тебя по всем параметрам, как бы банально это ни звучало, мой шанс — в маневренности, скорости, выносливости. Терпеть и ждать момент. Этим я, собственно, и занялся. А лобненский боксёр напротив, попёр в атаку.
Длинные прямые полетели вперёд, серия хуков обрушилась градом: левая — раз, правая — два, каждый удар словно молотом по наковальне. Местная лобненская аудитория довольно взревела, они видели, что их лидер давил, гоняя заезжего меня по углам. Его кулаки то свистели в воздухе после моих уворотов корпусом, то через блок вскользь задевали плечо, корпус, чиркали по волосам. А я всё
