за другом предложения, чтобы убедиться, не подводит ли его знание французского, но нет – множественное число действительно менялось на единственное. Выходит, сперва разломов было много, а потом открылся самый большой, из которого и вырвался черный огонь?
Алексей постучал пальцем по слову «пасть».
– Вы понимаете, почему меняется число?
– У авторов старых текстов часто свои собственные представления о грамматике. Но если здесь нет внятных ответов, какой от этой бумажки прок? Можно подумать, и так не ясно, что от этих ненормальных разломов надо ждать беды! – император раздраженно откинулся на спинку кресла. – Я уже несколько раз пытался срастить их сам, но ничего не выходит.
– Я могу попытаться вскрыть один из них, – неуверенно предложил Алексей. – Раньше я уже открывал только формирующийся разлом. Может, если разобраться с ними поочередно…
– Мы понятия не имеем, какого размера они на самом деле. И после этого духоподъемного текста я сильно сомневаюсь, что это хорошая идея.
– Но нельзя ведь просто ждать, пока от города останется пепелище.
– Что-то делать нужно, – согласился император. – Но с этой стороны мы перепробовали все, что могли.
Алексей вздрогнул.
– Вы хотите…
– Да. Нужно действовать так же, как с тем подземным разломом. Дождаться подходящего и, прежде чем сшивать его, отправить на Изнанку разведывательный отряд к этим, ненормальным. Может быть, их удастся сшить Иглой с той стороны. Или просто узнать хоть что-то, – император скомкал лист, но, опомнившись, снова разгладил и сунул в ящик. – Отряд поведешь ты. Это наша последняя надежда, так что будь готов.
В голове забухал черный молот. С усилием Алексей выдавил:
– Да, ваше величество.
Император смерил его пристальным взглядом.
– Что с твоими глазами? Я давно уже заметил. Они ведь раньше не были такими черными.
Алексей окаменел, как ребенок, пойманный у разбитой вазы.
– Сними перчатки, – приказал император.
Каждая мышца в теле напряглась, но Алексей не посмел ослушаться. Стянул перчатки, обнажив покрытую черными разводами кожу. Только тонкие белесые шрамы на костяшках, где он разбил руки, вытаскивая их с Александром из стеклянного кратера, да вздутые черные вены выделялись в серой мути.
Император наклонился вперед и провел холодными пальцами по его пылающей ладони.
– Ты жжешь больше тьмы, верно?
– Да, ваше величество.
Прежде Алексей был бы рад такому вниманию, теперь – едва удерживался, чтобы не отдернуть руку. Если его величество узнает, в какую беспомощную развалину он превращается без тьмы внутри…
Император нахмурился.
– Кутайсов жаловался, что ты на него набросился. Из-за этого?
Алексей замотал головой.
– Нет, мы просто… Мы повздорили из-за… – он почувствовал, как горят щеки. – Из-за ерунды, ваше величество.
Император потер залегшую меж бровей складку.
– Честно сказать, я не ждал, что вокруг тебя так быстро нарастут дурные слухи. Скрывать твои силы бессмысленно, но людскую суеверность я здорово недооценил.
Алексею отчаянно хотелось спрятать руки за спину, а еще лучше – самому забиться в какую-нибудь щель. Каждое слово резало, как кинжал.
– Да что у тебя с лицом? Я же тебя не браню. Только хочу сказать: не перегибай палку там, где этого можно избежать. Не хватало еще тебе влипнуть в какой-нибудь скандал.
Алексей дергано кивнул.
– Хорошо. Еще нужно увеличить количество патрулей, – император так резво перескочил на новую тему, что Алексей едва за ним поспел. – Кто-нибудь из новобранцев, которых ты обучаешь, уже готов выйти на улицы?
– Может быть, несколько из тех, у кого была хоть какая-то солдатская подготовка.
– Тогда начинай потихоньку выпускать их в патрули с более опытными бесогонами. Это все, можешь идти.
Алексей поклонился и поспешил к двери, на ходу натягивая перчатки.
От развалившегося в кресле Кутайсова его подавленный вид не укрылся – с чего бы еще тому быть таким довольным…
– Что, неудачно поговорили? – поинтересовался он с зевком.
Алексей не удостоил его ответом. Интересно, если одним прекрасным вечером он придушит Кутайсова его собственным шейным платком, это сочтется «скандалом»?
Пустые мысли, но какие же сладкие.
Глава 51. Экспедиция на Изнанку
Остановившись посреди коридора, чтобы отдышаться от приступа черного кашля, Алексей бросил беглый взгляд в окно и приметил на площади Константина, шагающего бок о бок с бесогонкой из полка Нелидовой. Рядом с коренастым великим князем белокурая девушка казалась совсем хрупкой, почти ребенком. Они держались так близко друг к другу, что Алексей сразу вспомнил заявление Константина, будто тот предпочел бы любую бесогонку своей тихонежене.
Впрочем, едва ли он стал свидетелем любовного свидания. Шагах в двадцати за ними следовали подчиненные: солдаты в черно-белых мундирах и девушки, прячущие лица масками. Алексей отвернулся и зашагал дальше. Его ждало очередное занятие с новобранцами.
Новые инструкции дали свои плоды: в столицу стягивались люди, в самом деле видящие тьму. Их было немного, даже полусотни не набиралось, но Алексей надеялся, что мало-помалу дело пойдет. Добровольцы подобрались самые разные: крестьяне, сельские лекари, пара деревенских священников, солдаты, никогда не проходившие бесогонскую подготовку, бедняки из близлежащих городов… Был даже сынок какого-то барона, проигравшийся в пух и прах и наотрез отказавшийся называть свою настоящую фамилию.
Способности у всех были разные, многие обучались туговато, но Алексей терпеливо вбивал им в головы основы бесогонской подготовки, как когда-то вечерним кадетам. По самым смелым прикидкам, выпустить пеструю толпу бывших крестьян и горожан на улицы, чтобы те не погибли в первой же схватке с серьезным противником, можно было месяца через три. В бывших солдат веры было больше, но Алексей и их бы потренировал подольше – теперь, когда в городе то и дело разверзался очередной зловредный разлом, любая стычка с бесами могла оказаться неподготовленному отряду не по зубам.
Алексей рассказывал о тактике битв на Изнанке, когда в дверь отведенной под занятия комнаты забарабанили. Он раздраженно обернулся и увидел на пороге Лена.
– Ваше превосходительство, вас требует к себе его величество.
Алексей с досадой отодвинул труд прусского генерала, выдержки из которого зачитывал, и подошел к двери. Лен посторонился и хотел уже отправиться восвояси, но Алексей его остановил:
– Докончите урок за меня. Вы ведь бывали на Изнанке?
– Не часто, – ответил Лен уклончиво. К гадалке не ходи – при первой возможности открестился от тяжелой и опасной работы. При покойной императрице насильно служить в черно-белых войсках никого не заставляли.
– Значит, справитесь.
Лен покосился на простоватые лица мужиков, сидевших в первом ряду. Рослый курчавый детина с носом-картошкой дружелюбно ему осклабился. Лена аж перекосило.
– Я глава вашей свиты, а не сельский учитель. Возиться с крестьянами в мои обязанности не входит. Уверен, если они пропустят один день занятий, большого
